Мастер-класс История создания медного колье «Eryn Lasgalen» («Лес зеленой листвы»)

Краткое содержание:

История создания медного колье «Eryn Lasgalen» («Лес зеленой листвы»)

Колье в этническом стиле выполнено в технике чеканки по металлу и мокрого валяния шерсти.
Для создание потребовалось:
— лист меди 0,8 мм;
— шерсть двух цветов (в моем случаи темно-зеленая и песочная);
— пластиковые бусины;
— магнитный замок;
— леска;
— патина.
Инструменты для чеканки:
— надфиль;
— круглогубцы;
— плоскогубцы;
— бокорезы или кусачки;
— ножницы по металлу;
— молоток и наковальня;
— горелка, патина.
Инструменты для валяния:
(бусины можно приобрести готовые)
— иголка для валяния
— большой кусок поролона (на чем валять бусины)
— мыльный раствор

И так:
1. Намечаем.

3. Поправляем крупные заусенцы на шлифовальном круге (можно надфилем).

4. Шлифуем торцы до гладкой поверхности бор машинкой.

6. Сверлим 2 отверстия.

8. Проходим мелкой шкуркой, чтобы снять излишне темный цвет патины и предать фактуру листа.

9. Нанизываем и прикрепляем магнитный замок.

Подтверждение

Ночь – удивительное время, все изменяется и привычные предметы, пейзажи в полумраке кажутся иными. Горят, что перед сном полезно подышать свежим воздухом, так вот и я решил пройтись немного. С чашкой горячего чая, согревая руки, выдыхая клубы пара, я стоял в беседке и любовался ночным Лихолесьем под чье-то тихое пение.
Я хотел полюбоваться звездами – небо было затянуто тучами, и я не видел их, но шел снег, под прекрасное пение он кружился, вальсировал, оседая на мои волосы, корону и одежду. Отставив чашку, я подождал немного, чтобы руки стали прохладными, потом протянул ладони вперед. Сначала я пытался ловить снежинки, но они ускользали от меня, словно боялись растаять в теплых руках, тогда я вспомнил, что говорил мне отец, если хочешь поймать что-то подобное, снежинку или лепесток, стоит просто протянуть руку и ждать.
Я протянул руку и ждал, не прошло и минуты, как десятки снежинок опустились на мою ладонь, переливаясь в свете уличного фонаря, что освещал беседку. Действительно ли среди них нет ни одной одинаковой?
Снег продолжал кружиться, танцуя под пение, плавно и грациозно. В какой-то момент я подумал, а что если представить, что это звезды? Прикрыл глаза. Забыл о том, что я в беседке недалеко от дворца, забыл о том, что я вообще здесь есть. Были только падающие сияющие завораживающим светом звезды, танцующие под чье-то изумительное пение, что эхом раздавалось в неизвестности.

Мне вспомнилась цитата: «Я не пишу стихов и не люблю их. Да и к чему слова, когда на небе звезды?», — пожалуй, на этом пора бы завершить свою прогулку, а то, так и заболеть не долго. Позабыв про красный, давно остывший чай, я отправился в свои покои, думая о том, что было бы замечательно, если бы мне сегодня приснились звезды.

Подтверждение

Олень или Лось?

Подтверждение

Ми-ми-ми..

По моему это очень мило. URL

  • U-mail
  • Дневник
  • Профиль
  • Комментировать

Подтверждение

Я просто оставлю это здесь.

Подтверждение

Цитаты из книги

[Во время праздника лесных эльфов потревожили гномы из комании Торина. Гномы все, кроме Торина, как известно едва не попали паукам на обед, но были спасены Бильбо, а Торин. ]

У Торина была несколько другая судьба. Торин, шагнув вперед к костру, упал, как одурманенный. Крики заблудившихся гномов, вопли, когда их схватили и опутали пауки, звуки сражения на следующий день — ничего этого Торин не слышал. Потом его подобрали лесные эльфы, связали и унесли с собой. Да, разумеется, пирующие были лесными эльфами.

В большой пещере у восточной границы Черного Леса жил могущественный король лесных эльфов. Перед громадными каменными дверьми протекала река, сбегавшая с лесистых холмов, и дальше впадала в болота, расположенные у подножия гор. Эта большая пещера под землей состояла из многочисленных залов и ходов, от нее ответвлялось множество мелких пещерок. И пещера, и коридоры были куда светлее и веселее гоблинских, совсем не такие глубокие и не такие опасные. Подданные короля, вообще-то говоря, жили и охотились по большей части на открытом воздухе, в лесах. Жили они на земле и на деревьях, из всех деревьев больше любили буковые. Пещера же была королевским дворцом, сокровищницей и крепостью при нападении врагов. Там же находились и темницы для пленных. Туда и потащили Торина, с которым обращались не слишком вежливо, так как гномов здесь не жаловали. В старину у эльфов даже случались войны с гномами, которых они обвиняли в краже эльфовских сокровищ. Справедливость требует сказать, что гномы объясняли это по-иному — они, мол, взяли то, что им принадлежало. Король эльфов когда-то заказал им драгоценные украшения, дав для этого золото и серебро, а потом отказался платить за работу. И тогда гномы, не получив платы, оставили украшения у себя. У могущественного короля эльфов и в самом деле была слабость — он был скуповат. Сокровищница его ломилась от золота, серебра и алмазов, но он хотел еще и еще, чтобы сравняться в богатстве с прежними властелинами эльфов. Его народ не добывал руду, не обрабатывал металлы и драгоценные камни, не торговал и не возделывал землю. Любой гном это знал. Но Торин и его предки не имели никакого отношения к той старой распре между эльфами и гномами. Поэтому, когда с него сняли чары и он проснулся, он был возмущен их обращением. И решил, что из него не вытянут ни одного слова про золото и драгоценности. Король устремил на Торина суровый взгляд и стал его расспрашивать, но Торин на все отвечал только одно: он умирает от голода.

— Зачем ты и твои спутники трижды нападали на мой народ во время пира? — Мы не нападали, — отвечал Торин, — мы хотели попросить еды, ибо умирали от голода.
— Где сейчас твои друзья? Что они делают?
— Не знаю, вероятно, умирают от голода в лесу.
— Что вы делали в лесу?
— Искали пищу и питье, ибо умирали от голода.
— А что вам там понадобилось? — вконец рассердившись, спросил король.
Но Торин стиснул губы и не пожелал отвечать.
— Отлично! — сказал король. — Уведите его и держите в подземелье, пока не скажет правды! Пусть сидит хоть сто лет!

Эльфы связали Торина ремнями и заперли в одну из самых дальних темниц с крепкой деревянной дверью. Ему дали вдоволь еды и питья, пусть и не очень изысканных, — ведь лесные эльфы не гоблины, и даже со злейшими врагами они обращались вполне сносно. Только к гигантским паукам были беспощадны.

[Далее, следуя «Хоббиту», в плен попали и остальные гномы, и Бильбо, пробыв какое-то время во дворце, смог помочь своим спутникам бежать. А после смерти Смога. ]

Слух о смерти стража сокровищ прокатился повсюду, а легенда о богатствах Трора не устарела от того, что ее рассказывали без конца. Многие мечтают о том, что им тоже достанется часть добычи. Сюда уже движется войско эльфов, и с ними — стервятники, рассчитывающие на бой и кровопролитие.. Однако .король эльфов повернул к озер. Прошло четыре дня, и наконец гномы услыхали, что объединенные армии жителей Озерного города и эльфов подходят к Горе.

[Известно, что Трануил помог жителям Озерного города бескорыстно, Бэрд сказал об этом: «Король эльфов — мой друг, он поддержал озерных жителей в тяжелое время и сделал это по чистой дружбе, бескорыстно .» Когда Бильбо тайно вышел из лагеря гномвов и добился того, чтоюы его провели к Бэрду и Трандуилу, между ними произошел такой разговор:]

. Через два часа после побега Бильбо сидел у жаркого костра перед большой палаткой, а рядом, с любопытством глядя на него, сидели король лесных эльфов и Бэрд. Хоббит в доспехах, сделанных руками эльфов, завернутый в старое одеяло, — такое зрелище увидишь не каждый день.

— Знаете, право, — Бильбо говорил самым своим деловым тоном, — создалось совершенно невыносимое положение. Я лично крайне устал от всей этой истории. Я хочу домой, на запад, там жители гораздо благоразумнее. Но, понимаете, у меня в этом деле свой интерес — четырнадцатая доля, как гласит письмо, к счастью, я его сохранил. — И он достал из кармана своей старой куртки, надетой поверх кольчуги, смятое, сложенное во много раз письмо Торина, найденное им на каминной полочке под часами. — Четырнадцатая часть общего дохода, — продолжал он. — Лично я готов внимательно рассмотреть ваши притязания и вычесть из целого справедливо причитающуюся вам сумму и только потом заявить право на свою долю. Но вы не знаете Торина Оукеншильда. Уверяю вас, он так и будет сидеть на куче золота, пока не умрет с голоду, если вы отсюда не уйдете.
— Ну и пусть! — отозвался Бэрд. — Такому безмозглому упрямцу туда и дорога.
— Совершенно верно, — продолжал Бильбо. — Я вас понимаю. Но, с другой стороны, зима приближается, скоро тут будет и снег, и мороз. Продовольствия будет не хватать, даже эльфам придется туго. Возникнут и другие трудности. Вы не слыхали про Дейна и гномов с Железных Холмов?
— Слыхали когда-то. А какое они имеют к нам отношение? — спросил король.
— Так я и думал. Значит, у меня есть кое-какие сведения, которых нет у вас. Дейн, должен вам сообщить, находится в двух днях перехода отсюда, с ним по крайней мере пятьсот свирепых гномов; многие из них опытные воины, участвовали в ужасной войне гномов с гоблинами, вы несомненно о ней слыхали. Когда они дойдут сюда, начнутся большие неприятности.
— Зачем ты нам все это рассказываешь? — сурово спросил Бэрд. — Ты предаешь твоих друзей или запугиваешь нас?
— Дорогой Бэрд! — пропищал Бильбо. — Не спеши с выводами! В жизни не встречал таких подозрительных людей! Просто я пытаюсь избавить от неприятностей всех заинтересованных лиц. Теперь я сделаю вам предложение.
— Послушаем! — отозвались король и Бэрд.
— Вернее, посмотрим! — поправил хоббит. — Вот! — И он вынул из тряпицы Аркенстон.
Сам король эльфов, чьи глаза привыкли взирать на красивые вещи, был поражен. Даже Бэрд молча дивился камню. Словно шар, наполненный лунным светом, висел он перед ними в сети, сотканной из сверкания снежинок.
— Это Аркенстон Трейна, — пояснил Бильбо, — Сердце Горы. И сердце Торина. Для него камень ценнее золотой реки. Отдаю его вам. Он поможет вам вести переговоры. — И Бильбо не без сожаления протянул чудесный камень Бэрду. Тот, как зачарованный, уставился на Аркенстон в своей руке.
— Но как он достался тебе и почему ты отдаешь его, как свой? — спросил он, оторвав с усилием взор от камня.
— Н-ну, — смущенно ответил хоббит, он не совсем мой, но я. понимаете, я готов не требовать своей доли. Может, я и Взломщик, со стороны виднее, я лично себя таковым никогда не считал, но Взломщик более или менее честный. Сейчас я возвращаюсь назад, и пусть гномы делают со мной, что хотят. Надеюсь, камень принесет вам пользу. Король эльфов посмотрел на Бильбо, как на диковину.
— Бильбо Бэггинс! — сказал он. — Ты более достоин носить королевские доспехи эльфов, чем многие из тех, на ком они сидят лучше. Но что-то я сомневаюсь, чтобы Торин Оукеншильд думал так же! Пожалуй, я все-таки лучше знаком с гномами, чем ты. Вот мой совет: оставайся с нами, тут тебе будут оказаны почет и гостеприимство.
— Спасибо, спасибо большое, — ответил Бильбо и поклонился.

[В Битве Пяти Воинств, которая последовала на следующий день после этого разговора, Трандуил возглавил войска лесных эльфов. Эльфы, люди, гномы с помощью орлов и Беорна победили, однако Торин пал. ]

На могиле король эльфов оставил Оркрист, меч эльфов, отобранный у Торина в плену. В песнях говорится, будто меч светился в темноте, если приближались враги, поэтому на крепость гномов никто не мог напасть врасплох.

[Когда настало время возвращаться в Хоббитанию, Бильбо, Гэндальф и Беорн отправились в путь вместе с королем Трандуилом и лесными эльфами. Достигнув леса, путники разделились: эльфы вернулис в лес, а хоббит, маг и Беорн решили обогнуть лес с севера..]

— Прощай, король эльфов! — сказал Гэндальф. — Да будет весел ваш зеленый лес, мир еще достаточно молод! Желаю веселья всему вашему народу!
— Прощай, Гэндальф! — ответил король. — Желаю тебе и впредь сваливаться как снег на голову, когда ты нужнее всего. Чем чаще ты будешь гостем в моем дворце, тем мне приятнее!
— Прошу вас, — проговорил Бильбо, запинаясь и переминаясь с ноги на ногу, примите от меня подарок! — И он протянул королю серебряное с жемчугом ожерелье, которое поднес ему на прощанье Дейн.
— Чем же я заслужил такой дар, о хоббит? — спросил король.
— Э-э-э, я думаю. мне кажется. — промямлил в смущении Бильбо, — я. э-э-э. обязан вам за ваше. м-м-м. гостеприимство. И Взломщикам свойственно чувство благодарности. Я выпил много вашего вина и съел много вашего хлеба. — Я принимаю твой дар, о Бильбо Щедрый! торжественно произнес король. — Причисляю тебя к друзьям эльфов и благословляю. Да не укоротится твоя тень, иначе воровство станет слишком легким делом. Прощай!

Подтверждение

ПОЧЕМУ Я и торин?

Почему я и Торин? ПОЧЕМУ Я и торин?
А вековая ненависть за разграбление Дориата, не, не слышали?
Или то, что произошло при разорении Эребора, не наводит на мысли?
Да, было дело, мы сражались вместе с гномами.
НУ И ЧТО?!

Подтверждение

Ежегодная конференция эльфийских королевств

Ежегодная конференция эльфийских королевств
Автор: Master Erestor of Rivendell
Перевод: Таэлле
Фэндом: Дж.Р.Р.Толкиен
Пейринг: Эрестор/Глорфиндель, Элронд, Келеборн, Галадриэль, Трандуил и др.
Жанр: юмор, романтика
Саммари: Ежегодная конференция эльфийских королевств в этом году проходит в Имладрисе, и Эрестору она не несет ничего, кроме головной боли. Или нет?
Дисклеймер: Все принадлежит их законным владельцам.

День 1: Глорфинкль, Гарфиндель и Глорфанкль

Суматошный день. Ежегодная конференция эльфийских королевств в этом году проходит в Имладрисе, так что лошадей и знати набилось тут множество.

Рано утром прибыл Его Величество Трандуил Исключительный и Впечатляющий, Великолепный и Грозный Правитель Лихолесья, король милостью Валар, правитель двух тысячелетий, Сияющая Звезда Зеленого Леса, прекраснейший из всех эльфийских владык, Свет Темных Эпох, сын Орофера Великолепного, дар Элберет Эльфам и т.д. и т.п. со свитой.

Это было непросто, если учесть слегка напряженные отношения между нашими королевствами.

Последние несколько дней мы потратили на то, чтобы убрать из общих помещений все портреты, статуи, статуэтки и памятные кружки с Гил-Гэладом. Элронд дуется, потому что я вычеркнул посещение музея Гил-Гэлада из официального списка завтрашних мероприятий. Но убрать бабу на чайник с Гил-Гэладом я его уговорить не сумел.

Я собирался приветствовать короля на впечатляющем парадном приеме, но он, к сожалению, прибыл рано, и Элронд был все еще занят на совете.

Два хоббита спорили о праве собственности на ослика, и пока Элронд пытался уговорить их обратиться к здравому смыслу, ослик решил, что с него на сегодня хватит свар и сбежал в большой зал как раз в тот момет, когда прибыл Трандуил.

Он посмотрел на меня и сказал: — Мастер Эрестор, вы ни капли не изменились с тех пор, как я вас видел в последний раз.

Потом он повернулся к ослику. — И вы тоже, дорогой Элронд.

Я решил проводить Трандуила в его комнаты, пока не началась вторая Резня.

Потом я пошел поискать Глорфинделя, обсудить график охраны. Нашел я его у Бруинена; он тренировался в стрельбе из лука, используя в качестве мишени портрет Трандуила.

Судя по результатам, либо он очень плохо стреляет, либо ни разу не целился выше пояса…

Говорят, что одна из бесчисленных бывших жен Глорфинделя еще во Вторую Эпоху сбежала с эльфом из Лихолесья, торговавшим луками, и с тех пор он затаил обиду.

Если учесть, что одна из бывших жен Трандуила сбежала с Глорфинделем, по-моему, он немножко перебарщивает.

Трандуил привез просто замечательные подарки: книгу для близнецов («Это исторический обзор боевых стратегий нолдор и причин их провала»), набор серебряных вязальных спиц для Арвен («Единственное оружие, подходящее для леди») и трех ворон («лучшие в Лихолесье») для Элронда.

старинные веера (часть 1)

Одна его сразу укусила.

Именно этого нам и не хватало. Какая прелесть.

Как только Трандуил скрылся из виду, Элронд отдал птиц мне, схватил бутылку мирувора и ушел к себе, объявив, что у него болит голова.

Глорфиндель предложил подать ворон на обед в чесночном соусе, но я решил оставить их себе. Он скривил губы и сказал, что идея замечательная, и держать домашних любимцев — свидетельство чуткости, но мне стоит тогда для разнообразия начать носить, скажем, красное, а то людям сложно будет отличать меня от ворон.

Я назвал их Глорфинкль, Гарфиндель и Глорфанкль.

Он почему-то не нашел это смешным.

Ну и замечательно!

Заметка на память: завтра прибывают Келеборн и Галадриэль. Не забыть повесить на винный погреб замок потяжелее.

День 2: Ежевика и суматоха

Крайне неприятный день.

Сегодня утром обнаружил у себя на тахте пятилетнюю дочь друзей. Она жевала один из моих свитков. На столе была записка:

«Пришлось уехать в Гондор на праздники. Не смогли взять Ежевику с собой. Заберем ее через две недели. Развлекайтесь. Не давай ей есть маргаритки. С благодарностью — Кролик».

Я попробовал забрать свиток, но Ежевика меня укусила. Тогда я осторожно поднял ее с тахты и посадил на ковер. Она бросила свиток и немедленно начала жевать ворс.

Кажется, мне вовсе не нравятся дети.

А ко всему этому только что приехал Келеборн. С собой он привез не только стилиста по прическам и личного дизайнера мантий, но еще и двадцать четыре экзотических танцовщицы — чтобы произвести впечатление на Трандуила, разозлить Элронда, а еще потому, что Галадриэль пришлось остаться дома и проследить за ремонтом королевского талана.

Келеборн въехал в Ривенделл со свитой, которая сответствовала его эго, а нам в итоге пришлось искать комнаты для скудно одетых девиц, которые шли во главе королевской процессии, колотя в тамбурины, мелодично воспевая хвалу его светлости и покачивая бедрами.

К моему глубокому удивлению Элладан, Элрохир и Леголас немедленно предложили помочь проводить гостей по комнатам. Я рад отметить, что они наконец-то проявили интерес к исполнению своего долга как наследников соответствующих королевств.

Тем временем Ежевика воспользовалась тем, что я на секунду отвлекся, взобралась на портьеру в большом зале и принялась швыряться яблоками в делегацию из Лихолесья. Даже если не считать опасности того, что она упадет, тут под угрозой был мой авторитет, но как я ни кричал, вопил и ругался, непохоже было, чтобы она в ближайшее время собиралась слезать.

Глорфиндель отодвинул меня в сторону, сказал: «Эрестор, позволь этим заняться профессионалу,» а потом проворковал, «О прелестная юная эльфийская принцесса, не хотите ли спуститься и пойти погулять с дядей Глорфи?»

Она молнией слетела с портьеры и очутилась прямо на руках у Глорфинделя, и он самодовольно улыбнулся мне. — Надо тебе поработать над техникой, Эрестор. Неудивительно, что ты все еще не женат.

Кажется, мне очень сильно не нравится Глорфиндель.

До обеда все было хорошо. Схдил на кухню, велел шеф-повару приготовить роскошный обед, чтобы угодить нашим королевским гостям. Попытался забрать у Ежевики суповую кость, она меня укусила.

Осенний зонтик из природных материалов / Autumn umbrella made of natural materials /Творческое место

К обеду столы ломились от сладчайших фруктов и сочнейшего мяса. Трандуил начал одну из своих лекций о преимуществах вегетарианства и аскетического стиля жизни. Он хвастался, что всех его детей растили только на овощах и фруктах, и живут они все целомудренно, даже женатые, и стоит только взглянуть на Леголаса, чтобы увидеть, что именно так и надо растить юных эльфов.

К несчастью, Келеборн заметил, что под столом что-то происходит, и имел невоспитанность приподнять скатерть, а там как раз одна из его танцовщиц кормила принца Леголаса куриной ножкой.

Трандуил не нашел в этом ничего смешного.

(— Три эпохи подряд питаться мясом! Вы сами виноваты в своих залысинах, Элронд!)

они перешли к здоровому образу жизни

( — В Лихолесье наши воины каждое утро купаются в ледяной воде, и это делает их тела тверже. — А я-то всегда думал, что от ледяной воды бывает наоборот.)

и наконец к боевым искусствам

(У нас здесь есть великие воины — всем, в конце концов, известно, что Глорфиндель победил балрога! — Победил балрога? А разве балрог не от смеха умер?)

и через несколько минут у нас назревала новая Резня.

— Да тебе и ночи в лесу не прожить без мягкой постели, надушенной ночной рубашки и шести девиц, которые бы тебя листьями мэллорна обмахивали, — насмешливо протянул Трандуил.

«Да неужели?» — сказал Келеборн, и Трандуил крикнул, «Вот именно! Хочешь поспорить?» — а Келеборн ответил «Да!»

Знаменитые последник слова.

Спор был простой: Элронд и Келеборн должны были прожить в лесу два дня и две ночи, вооруженные только луками, стрелами и охотничьими ножами. Если они справятся, то Трандуил вручит каждому из них по бутылке своего вина Второй эпохи особо редкого урожая 2948 года, а если нет, то Элронд отдаст Трандуилу ящик Мирувора из своих запасов, а Келеборн на неделю отправит к нему танцовщиц.

Я попытался их вразумить, но Элронд все еще дулся из-за того замечания насчет его залысин, а Келеборн вообще никогда никого не слушает, так что они оба пошли к себе собрать вещи, и вернулись через полчаса одетые в рейтузы и вооруженные согласно предварительной договоренности.

Келеборн осмотрел необычайное зрелище — собственного зятя без парадной мантии — и что-то пробормотал насчет луков и ног дугой. Элронду это чрезвычайно не понравилось, и он заметил: «Неплохая туника, Келеборн, в талии не жмет?»

Наконец они оба со всеми распрощались и уехали во тьму. У меня плохие предчувствия. Сказал об этом Глорфинделю, но тот только пожал плечами.

— Не знаю, чего ты беспокоишься, — сказал он. — Они оба взрослые и опытные воины. Самое плохое, что может случиться, это если Келеборн сядет на ядовитый плющ, и если по-честному, Эрестор, мы оба будем этому рады.

Я не ответил, хотя отчасти был согласен — только отчасти, потому что самое плохое будет не то, что Келеборн сядет на ядовитый плющ, а то, что он и Элронда туда пошлет, и скажет, что там абсолютно безопасно. У него так уже было во время медового месяца с леди Галадриэль. Она потом два дня в ведре с холодной водой сидела.

Так что теперь Келеборн и Элронд где-то в глуши, Трандуилу уже снится мирувор Элронда (а возможно, и девицы из Лориена, исполняющие танец с покрывалами), а Глорфиндель сидит в большом зале и развлекает затасканными анекдотами из своей биографии танцовщиц Келеборна.

Ежевика одну из них укусила.

Кажется, дети мне нравятся.

День 3: «Noli me tangere!»

Прошлой ночью я застал Глорфинделя в библиотеке — он как раз демонстрировал одной из танцовщиц Келеборна, как именно он набросился на Балрога и повалил его.

Она изображала Балрога.

Я как раз вспомнил, что мне бы надо остаться рассортировать кое-какие свитки, так что засиделся там допоздна.

Кажется, он назвал меня Эрестеррор, когда уходил, но возможно, я неправильно его расслышал.

Проснулся от громких криков из сада. Схватил халат и кое-как добрался до окна — оказалось, это Трандуил и его стражники занимаются утренней зарядкой.

Они бегали вокруг старого дуба, того, что возле летнего павильона Элронда, и это уже было чересчур в такой час, но они еще и пели популярные лихолесские песни вроде «Моей лесной малышки».

Я подумал было поупражняться в стрельбе из лука по движущимся объектам, но решил, что дело не стоило дипломатического инцидента.

Заметил, что неподалеку притаились несколько танцовщиц Келеборна. Они одобрительно свистели каждый раз, когда мимо пробегал Леголас.

Он пробегал часто.

И бегал он без рубашки.

Суматоха в летнем павильоне.

Орофин дал Арвен пощупать свои бицепсы, потом Эстель дал Орофину пощупать свой кулак. Орофин предложил засунуть ему лук туда, где никогда не светит Ариен, и через несколько секунд они уже вцепились друг другу в горло.

За исключением перелома нескольких незначительных костей, все обошлось благополучно. Надо поговорить об этом с Элрондом — пора кому-то обсудить с Арвен достоверность гипотез об аистах и капусте.

Услышал крик Арвен и схватился за меч. Явно либо на нас напали орки, либо Ежевика, за которой Арвен присматривала, попробовала на ней какие-нибудь древние лориенские боевые искусства, так что я побежал туда.

Оказалось ни то, ни другое. Кто-то положил ей в постель мертвого варга.

Обязательно надо поговорить с Орофином о том, как различаются традиции ухаживания в Лориене и Имладрисе.

Решил пойти искупаться в Бруинен. Пришел на берег, разделся и изящно нырнул головой вниз в воду. Слишком поздно осознал, что я не один. Там была вчерашняя танцовщица, одетая в три стратегически расположенных листа мэллорна.

И при этом на ней было надето куда больше, чем на мне.

Она предложила помыть мне спинку; я вежливо, но твердо отказался. Потом она сказала, что мне давно пора справиться с нездоровой боязнью плотских удовольствий и начать наслаждаться жизнью.

Я спросил ее, о чем она говорит, и она ответила, что стесняться нечего, лорд Глорфиндель все ей объяснил про мою фобию.

Это предел всему. Я еще увижу его голову на блюде. С яблоком в зубах.

Она подобралась ближе и начала говорить, про то, что мы взрослые эльфы и надо ловить момент, и как раз когда она приготовилась к атаке (потеряв при этом один или два листочка), я выскочил из реки и убежал.

К несчастью, я забыл одежду.

Больше часа просидел в кустах, отмораживая себе уязвимые места, пока наконец мимо по пути к конюшням не прошел Трандуил. К моему пущему унижению Глорфиндель тоже там оказался.

Трандуил что-то пробурчал о местном упадке нравов, а Глорфиндель хлопнул его по спине и радостно объявил: «Посмотрите, ваше величество, какие прекрасные ягоды растут на наших кустах — в Лихолесье наверняка ничего подобного не найдется! Это, дорогой Трандуил, знаменитая ривенделлская черноплодка!»

В тот момент я бы с удовольствием придушил его прямо на месте.

Но он хотя бы одолжил мне свой плащ.

Нашел девицу из реки у себя в ванне. Она предложила мне откусить кусочек. Я сказал, что сижу на диете.

Пришел один из стражников с запиской от Келеборна. Он просит послать корзину с едой, подушки, вино и танцовщиц в лес, где они ночуют. Вместо этого я дал стражнику «Добродетель аскетизма», том 2, из моей личной библиотеки, и отослал его обратно.

Посмотрел в окно. Увидел, как Румил скачет к лесу. К седлу у него были прикреплены корзинка для пикника, две шелковых подушки и девица.

Келеборн просто не в состоянии вести честную игру.

Пошел к себе, чтобы пораьше лечь спать.

Нашел у себя на постели мертвого варга и корзину черноплодки.

Должно быть, все дело в жаре.

Элронд и Келеборн все еще борются за выживание в лесу. Пока я это пишу, они имеют дело с ядовитыми пауками, кровожадными москитами, орками-головорезами и ужасными дикими зверями.

Ох, как я им завидую.

День 4: «Миссис Глорфиндель, я полагаю?»

Этот жуткий день, скорее всего, худший в моей жизни, начался не так уж плохо.

Проснувшись утром, я обнаружил на прикроватном столике очень приятный сюрприз — корзинку со свежей земляникой. Должно быть, какая-то добрая душа подслушала, как я вчера сказал Глорфинделю, что в последнее время чрезвычайно соскучился по эти ягодам. Как мило! Я решил попозже выяснить личность своего неизвестного благодетеля, но в тот момент, когда я укусил первую сладкую сочную ягоду, утро показалось мне куда ярче.

К полудню Элронд и Келеборн все еще не вернулись домой, и я начал беспокоиться об их благополучии. Силы зла были недалеко от наших границ, два лорда были одни в лесу, и не дай валар, на них нападут! Нет, я не сомневался в воинских дарованиях Келеборна и Элронда, но последней битвой, в которой они участвовали, был четвертый развод Глорфиделя, и хотя там тоже были напряженные моменты (бывшая жена Фина номер 4 решила поправить будущей жене номер 5 прическу булавой), два эльфа, вооруженных только луками, охотничьими ножами и сарказмом, против банды орков — это совсем другое дело.

Я в сотый раз обругал Трандуила за то, что тот затеял этот дурацкий спор, и пошел к Глорфинделю обсудить с ним этот вопрос.

Я постучался и услышал внутри шебуршание, потом стук и шелест ткани, но дверь никто не открыл. Тогда я постучал еще, на этот раз несколько погромче.

— Глорфиндель, это я, Эрестор. Мне надо с тобой поговорить.

Опять шебуршание, и наконец Глорфиндель открыл дверь, весь растрепанный и бледный, в одних штанах и с засосом на ключице размером с лист мэллорна. Это уже было просто… Я там стоял и беспокоился за жизнь двух наших самых замечательных эльфийских лордов, а неподражаемый победитель балрога занимался… чем там занимаются победители балрогов, чтобы заработать засос.

По крайней мере, ему хватило совести принять виноватый вид и покраснеть.

— Могу я зайти, — спросил я наконец, — или мы обсудим вопрос отправки поискового отряда за лордами Элрондом и Келеборном прямо тут в коридоре?

Глорфиндель тяжело вздохнул и отошел в сторону.

— Эрестор, потише, пожалуйста. У меня в голове семь гномов ведут рудничную добычу митрила, и вообще сейчас слишком рано, чтобы спорить.

Я неодобрительно глянул на него.

— «Рано»? Милорд Глорфиндель, клянусь валар, с моей стороны было крайне невежливо вытащить вас из постели в такой безбожно ранний час, как одиннадцать утра. Я предложу лорду Элронду, что в будущем заседания лучше проводить за обедом, чтобы вас не отвлекали от развлечений такие мелочи, как то, что он пропал в лесу и его может сожрать банда орков.

Глорфиндель посмотрел на меня налитыми кровью глазами.

— Полегче с сарказмом, дорогой Эрестор. Я уже чувствую, как в воздухе образуются сосульки. Если я чем-то тебя расстроил или разгневал, я прошу прощения. И вообще, торжественно обещаю завтра повеситься, если тебе это поможет, но пока что, может, сядешь и расскажешь, в чем дело?

В хорошие дни кресла в комнате Глорфинделя завалены одеждой, книгами, свитками, легкомысленными картинками и разнообразным оружием. Над камином вывешена для всеобщего восхищения голова балрога, хотя грязный носок, свисающий с одного из его рогов, слегка снижает героический эффект.

В плохие дни Фин забывал относить обратно на кухню тарелки с недоеденным, и объедки начинали жить своей собственной жизнью.

Сегодня был плохой день; глядя с отвращением на зеленоватую массу на тарелке, прикрытую небрежно брошенной на стол рубашкой, я ощутил полную уверенность в том, что там зародилась новая форма жизни, которая несомненно обожествляла Глорфинделя как своего творца.

Глорфиндель сел на кровать и, натягивая сапоги, поинтересовался, какая «добрая богиня» направила меня к его «скромному жилищу».

— Элронд и Келеборн, — сказал я.

Глорфиндель посмотрел на меня выжидательно и заметил: — Значит, не богиня. Ладно. Что с ними такое?

— Я боюсь, что у них проблемы.

Фин озадаченно посмотрел на меня. — Ты думаешь…? Да нет, не стоит переживать, Келеборн совсем не во вкусе Элронда…

— Фин! — крикнул я. — Это не смешно! Они там совсем одни и без всяких средств защиты!

Фин саркастически улыбнулся.

— Ну тогда остается только молиться валар, чтобы ни один из них не забеременел…

Не успел я выразить своем возмущение по поводу этого замечания, как гобелен (купание обнаженных дев) упал, и из-за него показалась роскошная блондинка без малейшего клочка одежды; быстро узнал в ней ту самую женщину, которая набросилась на меня у реки.

Будь проклят Келеборн и его личное развлекательное шоу.

Фин откашлялся и сказал:

— Дорогая, это Эрестор, мой…

Я одним взглядом дал ему понять, что я ни в коем случае не его, так что он прервался и махнул рукой в сторону женщины.

— Эрестор, это Алиэль… моя жена.

Тарелка из-под фруктов ударилась о голову Глорфинделя с замечательным глухим стуком. Вряд ли он в ближайшее время будет сомневаться в моей меткости.

Несмотря на свое отношение к вопросу, Глорфиндель немедленно собрал поисковую партию — как только он возьмется за дело, то действует очень эффективно.

Наверняка его бывшая жена со мной согласится.

Не то чтобы мне было до этого дело.

Майстер-клас з виготовлення новорічної ялинкової прикраси

Они довольно быстро доставили Элронда и Келеборна обратно. Келеборн и правда попал в переделку, но орков там не было, только книга «1001 поза любви Лотлориена», 6 бутылок мирувора и одна из его танцовщиц, которая представилась как Алисвель, в результате чего ему защемило нерв в пояснице и он не мог пошевелиться.

Так он, по крайней мере, заявил.

Элронд, которому пришлось целые сутки терпеть ноющего Келеборна, направился прямо в винный погреб и закрыл за собой дверь, объявив что в ближайшие несколько часов он будет медитировать и беспокоить его не следует, и не присмотрит ли Элладан за лордом Келеборном, потому что с него, спасибо, хватит.

Так что мы отнесли Келеборна к целителям и позвали Элладана, чтобы он занялся своим дедом. Элладан, конечно, был далеко не лучшим целителем в Ривенделле; Элронд неоднократно замечал, что его старшенькому лучше бы лечить скот, а не эльфов, и если учитывать обстоятельства, скорее всего Элронд именно поэтому хотел, чтобы Элладан взял на себя его обязанности.

Пока Элладан осматривал деда, а тот каждую минуту вскрикивал от боли, Алисвель утирала ему разгоряченный лоб влажной тряпочкой. Келеборн как-то раз после боя добрался до Дориата со сломанными ногой и рукой, так что я никак не мог избавться от ощущения, что возможно, он играет на публику.

— Ой, больно! Полегче, Элладан, я же не лошадь!

Элладан пробормотал что-то, к счастью, неразборчиво, а Алисвель проворковала:

— Могу я чем-то вам помочь, милорд?

Келеборн устало помахал у нее перед носом левой рукой, на которой была царапина от ягодных кустов размером примерно с ноготь.

— Эта рана ужасно меня терзает, дорогая… — прошептал он слабым голосом.

Алисвель взяла его руку и промурлыкала: — Может, я поцелую и все пройдет, милорд?

— Я никогда бы не посмел попросить, но раз ты сама предложила…

Александр Сафронов: «Военное дело народов Мезоамерики»

— Чем, во имя Элберет, ты тут опять занимаешься, Келеборн?

Создание травы из сантехнического льна / Creating a grass on a diorama

Возрадуйся, о Ривенделл — прибыла леди Галадриэль, сопровождаемая Халдиром и Кроликом.

Температура сразу упала как минимум на двадцать градусов.

Ее присутствие вызвало у Келеборна чудесное исцеление — он побелел и соскочил с постели, причем с изумительной ловкостью, если учесть серьезность его травмы.

Алисвель попыталась спрятаться за Элладаном, а Глорфиндель ушел к себе, заявив, что очень устал.

Кто бы сомневался!

Да покроют валар дальнейшие события милосердным покрывалом забвения — сначала Галадриэль гонялась за Келеборном с мечом, а когда Халдир наконец сумел отнять у нее оружие, Трандуил вручил ей метлу, держать которую было легче, в результате чего она смогла бежать быстрее.

Элладан и Элрохир ставили на победу деда, а Леголас болел за Галадриэль. Мне все еще кажется, что он в нее слегка влюблен.

Я отвернулся от ужасного зрелища, но поскольку я отвечал за наших гостей, пока Элронд занимался созерцанием жизни в винном погребе, то мне пришлось проследить за исходом танцовщиц Келеборна и удостовериться, что ни одну не забыли.

Кроме того, Галадриэль, лихо размахивающая вилами (спасибо королю Трандуилу) — это незабываемое зрелище.

Наконец она откинула волосы с лица и пробормотала: «Так, с этим разобралась». Потом она повернулась к своим галадримам и скомандовала: «Халдир! Орофин! Румил! Дезинфицируйте спальню!»

Последней, кстати, уходила бывшая миссис Глорфиндель. Я не удержался и помахал ей на прощание.

Я такой внимательный хозяин.

Я уже надел ночную рубашку и заканчивал последнее на сегодня письмо, когда кто-то постучался ко мне в дверь.

— Войдите, — крикнул я, ожидая Элладана с сообщением о здоровье Келеборна или по крайней мере о состоянии процесса развода между ним и Галадриэль.

Но это был Глорфиндель.

Я не стал даже вставать, просто глянул на него неодобрительно и продолжал писать.

— Ну вот… — начал он.

— Что вам угодно, лорд Глорфиндель? — спросил я, не поднимая головы от работы.

— По-моему, нам надо поговорить.

— Нам не о чем говорить.

— Если все в порядке, то мне остается только предположить, что ты швыряешь тяжелые серебряные тарелки в мою особу, а потом весь день меня игнорируешь исключительно из простой мелочной ревности.

Это было уже слишком. Я встал, наклонился через стол и посмотрел на него в упор.

— Лорд Глорфиндель, — сказал я со всем присущим мне достоинством, — если вы ждете извинений за тарелку, ждать придется до конца Арды. Скорее в Мордоре снег пойдет. Вы мне здесь нужны примерно как гондолинская чума, и рад я вам ровно настолько же, и оскорблениями в мой адрес вы дело не поправите. Рекомендую вам дать мне спокойно поработать, вернуться к вашим обязанностям, в чем бы или в ком бы они ни заключались, и перестать тратить мое драгоценное время.

Ну вот, это его заткнет. Я остался вполне доволен собой.

Фин вздохнул, сел на мой письменный стол, который затрещал под весом почти двухметрового победителя балрогов, и явно не собирался в ближайшее время никуда уходить.

— Так что присутствие голой бывшей жены у меня в спальне тебя ничуть не расстроило, — сказал он.

— С кем ты спишь, меня не интересует, да и не мое это дело. И слава валар за это — ты тащищь в постель любого, кто не успеет быстро залезть на ближайшее дерево при твоем появлении, а если учесть частоту твоих упражнений в этой области, то у меня бы не осталось ни секунды на работы, если бы это было моим делом.

— А ты бы хотел, чтобы это было твоим делом, дорогой мой советник? — спросил Фин, и от его сводящего с ума спокойствия я чуть на стенку не полез.

— Ну разумеется, дорогой Глорфиндель, — ответил я вежливо, — я всегда только и мечтал повесить себе на шею идиота, который прячет за гобеленами голых бывших жен. Как же можно к этому не стремиться! Не говоря уже о перспективе увидеть свою голову вывешенной рядом с головой балрога у тебя на стене. Если тебе нужны трофеи, поохоться где-нибудь в другом месте, идиот!

Теперь мы стояли лицом друг к другу; я гневно уставился на него, а Фин не отводил взгляда. Это была битва характеров, и ни один из нас не желал сдаваться.

— Значит, ты не питаешь ко мне более… плотского интереса, — заявил он.

— Мой дорогой лорд Глорфиндель, из всех обитателей Средиземья ты меня интересуешь меньше всего. По сравнению с тобой даже орк выглядит лучше.

А потом он меня поцеловал.

И до чего же паршивый был поцелуй.

Настоящим я торжественно заявляю, что знаменитый Глорфиндель из Гондолина целуется хуже всех, кого я только встречал в жизни. Поцелуй был плохо нацелен, мы столкнулись носами, и его язык все время попадал не туда.

Это был самый паршивый поцелуй в моей жизни — так почему же вдруг вспыхнул фейерверк, в животе у меня зашелестели крыльями бабочки, по всему моему телу распространилось тепло от его руки, тяжело лежавшей у меня на шее, и почему же мне, хотя бы даже на долю секунды, показалось, что я не пробовал ничего слаще этого поцелуя?

И во рту у меня, должен заметить, остался после этого легкий привкус земляники.

Когда Фин наконец меня отпустил, я был слишком ошеломлен, чтобы сказать хоть слово. Он провел большим пальцем мне по губам, потом встал и пошел к двери. Положив руку на дверную ручку, он посмотрел через плечо и самодовольно улыбнулся мне.

— Для столь незаинтересованной особы, дорогой Эрестор, ты производишь ужасно заинтересованное впечатление.

Вот тебе и достоинство…

День 5: Укрощение строптивого (или нет)

Может, мне положить руки поверх шелкового покрывала на постели?

Или лучше под него?

Как, спрашивается, эльф может уснуть, когда перед ним стоит такая трудная проблема?

Я уже в сотый раз повернулся на другой бок — два часа утра, а я все еще не спал.

Я даже попробовал закрыть глаза. Элронд неоднократно настаивал, что если закрывать глаза, то легче заснешь и крепче выспишься. Элберет свидетельница, у меня так не вышло. Он один здесь спит с закрытыми глазами (это у него от родителя-морехода), и Элрохир как-то этим бессовестно воспользовался. Ночью он нарисовал на веках у отца орочьи глаза.

К несчастью, никто так и не сказал об этом Элронду, в результате чего возникли некоторые проблемы следующим утром на встрече с одним важным гномом.

Если гномы до тех пор и не думали, что все эльфы ненормальные, то с тех пор точно начали.

Три утра, и в спальне дела все так же, так что я решил одеться и немного прогуляться в саду.

Глорфинкль слетел с книжного шкафа, где он и его братья обычно спали, и приземлился у меня на плече. Похоже, у него тоже была бессонница.

Может, прогулка на свежем воздухе поможет нам обоим и отвлечет меня от колец, королевств, соглашений, контрактов, королей, лордов, возможных разводов, бывших жен и на удивление мягких губ Глорфинделя.

Так, а эта мысль откуда взялась.

Прочь, прочь, злые духи похоти.

Надевая рейтузы, легкую тунику и ботинки, я старался сосредоточиться на чем-то, что бы никаким образом не касалось Фина, и в итоге стал думать об орках, от них перешел к чудовищам вообще, балрогам в частности, а оттуда никуда не денешься, опять к Глорфинделю.

Черт бы побрал этого эльфа. Какой демон подвиг его после стольких лет разрушить нашу дружбу? И почему я не дал ему подсвечником по голове, а поучаствовал — не очень активно, надо признаться, но все же добровольно, — в этой ерунде?

— Да, в хорошенькую кашу мы угодили, друг мой, — сказал я ворону, который удобно уселся у меня на плече, теребя одну из моих косичек. Птица не ответила, но уронила кое-что на пол — очень уместный ответ, позволю себе заметить.

Я все еще переживал по поводу инцидента с земляникой, когда свернул на тропинку к летнему павильону Элронда. К моему глубокому удивлению, его освещал тусклый огонек свечи, и оттуда были слышны голоса и женский смех. Кто, подумал я, устроил здесь романтическое свидание посреди ночи?

Внезапно я похолодел. Глорфиндель не мог… или мог?

Это было бы как раз похоже на него — поцеловать меня, а потом пойти развлекаться со служанкой или, упаси валар, одной из фрейлин Галадриэль.

Шпионить и вынюхивать ниже моего достоинства, но, как обычо говорит Глорфиндель, «В войне и легкой-симпатии-к-кому-то годятся любые методы», а поскольку я и правда питал к Глорфинделю легкую симпатию, то решил, что один раз можно и пойти на такое, и, беззвучно подкравшись к павильону — я же, в конце концов, эльф, — пригнулся за кустом, заглядывая через решетку.

О Элберет, там была Арвен! Она сидела на полу в слишком откровенном для такого случая и времени ночи платье и с восхищением глядела на Орофина, который как раз собирался продемонстрировать, как он убил какого-то орка, но судя по хищному блеску в его глазах, сегодняшняя охота была не на орков, и клыков у добычи не было. Во всяком случае, пока.

Я все еще гадал, как нарушить их веселье, чтобы при этом Орофин ничего не повредил мне мечом, а Арвен не расцарапала мне лицо, как вдруг по дорожке промчался человек в темном плаще.

Шума от него было как от стада слонов, и Орофин прервал рассказ и потянулся за мечом, приготовившись сражаться с врагом. Арвен вскочила и спряталась за ним.

Вот вам и хваленая эмансипация современной эльфийской девушки.

— Как ты смеешь… — начал Орофин, грозя нарушителю мечом, но не успел он закончить предложение, как ураган влетел в павильон, и кулак Эстеля врезался Орофину в лицо. Галадрим рухнул на пол; из носа у него потекла кровь, и он посмотрел на стоявшего над ним в ярости молодого человека в полном ошеломлении.

Эстель зарычал на эльфа, схватил Арвен за руку, ткнул большим пальцем другой руки в сторону последнего приюта и отрывисто скомандовал: — Ты. В мой талан. БЫСТРО.

И Арвен немедленно послушалась.

Вот вам и эмансипация… но об этом я уже говорил.

А мне осталось разбираться с одним галадримом с разбитым сердцем и, возможно, со сломанным носом.

Я помог Орофину встать и предложил ему носовой платок, чтобы остановить кровь. Он прижал платок к лицу и гневно посмотрел на меня.

— Мордор, это *моя* фраза!

Я посоветовал ему подать заявку о плагиате.

Через какое-то время я продолжил прогулку по саду. Звезды надо мной сияли ярко, и я вспомнил, как мама говорила, что те, что мерцают, просто мне подмигивают. Я ей верил, конечно. Я верил и в то, что ослепну, если стану смотреть, как девушки купаются голышом, и что у меня отвалятся кончики ушей, если…

Поток моих мыслей прервался, когда передо мной предстало весьма неожиданное зрелище — лорд Келеборн, растянувшийся на ветке старого дуба, будто усталый кот. Увидев меня, он потянулся, тоже очень по-кошачьи, и улыбнулся.

— О, еще одна беспокойная душа. Здравствуй, Эрестор — что тебя выгнало в ночь?

— Здравствуйте, милорд. Похоже, этой ночью в саду больше эльфов, чем в доме. Вам тоже не спится?

Келеборн усмехнулся и снова растянулся на ветке, на этот раз на спине. Уверен, что я бы давно упал, если бы попробовал такое, но лориенские эльфы казались частью деревьев, и Келеборн точно выглядел уместно на ветке — такой большой и впечатляющий серебряный листок.

— Леди Галадриэль решила, что мое присутствие в ее спальне сейчас не требуется, и вряд ли потребуется в ближайшую пару столетий. И по-моему, ситуация не улучшится, если я найду ночлег у одной из служанок, так что я решил пристроиться на ночь здесь.

Я не стал никак это комментировать, и проигнорировал также синяк под глазом и царапины, украшавшие его лордство.

— Но хватит об этом. Мой дорогой Эрестор, скажи, а что беспокоит тебя? Что так воздействовало на твою безмятежную душу, что сон избегает тебя и гонит твое беспокойное сердце наружу, в ночь?

Я покраснел (что-то я часто в последнее время это делаю), и когда я не ответил, Келеборн добавил лукаво: «Или я неправильно выразился, и надо спросить не что, а кто?»

Я откашлялся и сказал: «Не знаю, о чем вы, милорд; пожалуй, не буду больше вас беспокоить», — и повернулся, чтобы уйти.

— Подожди. Прошу прощения, дорогой советник, я слишком далеко зашел. Но если тебя что-то беспокоит, может, я смогу помочь? Хотя конечно, если ты предпочитаешь компанию своей вороны…

Глорфинкль слетел с моего плеча и теперь копался в траве передо мной, подозрительно поглядывая на лорда Келеборна.

Возможно, мне следовало подозвать пернатого зверя и уйти, но что-то в голосе Келеборна заставило меня почувствовать, что я могу ему доверять, а мне обязытельно надо было с кем-то поговорить об этом — а в Имладрисе, разумеется, я ни с кем это обсуждать не мог. Я подошел к лорду Золотого леса и сказал: — Скажите, милорд, может ли любовь захватить так внезапно?

Келеборн внезапно насторожился.

— Любовь? О валар — любовь? Неужели я дожил до того дня, — нет, ночи, — когда ты заговоришь о любви? Неужели это возможно? Значит, нашелся удачливый эльф, который нашел походящий молоток и снес стены вокруг твоего сердца?

Я нахмурился и не стал на это отвечать. Келеборн на минуту задумался, потом улыбнулся одной из своих редких искренних улыбок с теплотой, которой обычно от него не ждали.

— Понятно… поправь меня, если я ошибаюсь, но не пронзил ли тебе сердце своим мечом некий великий воин?

— Я испытываю… легкое влечение, — пробормотал я.

— Ну разумеется. А я пожилая хоббитская дама, которая целыми днями вяжет.

— Милорд, не смейтесь надо мной!

— Эрестор, пожалуйста, хватит притворяться. Он нравится тебе, ты нравишься ему — в чем проблема?

Я пожал плечами.

— Как бы это сказать, милорд… Я не желаю пополнять коллекцию трофеев Глорфинделя. Она уже и так самая большая в Средиземье, и я не вижу необходимости еще к ней что-то добавлять.

— Понятно. Ты беспокоишься, что тут не сердечные дела, а охота за новой добычей.

— Такая мысль напрашивается.

Келеборн слез с дерева и смахнул с рейтуз кусочки коры, аккуратно уворачиваясь от Глорфинкля, который пытался попасть клювом по лодыжке его лордства.

— И ты думаешь, что он повеса, легко относится к жизни и играет с чужими сердцами, разбивает их и оставляет за собой череду возлюбленных в слезах?

Я поморщился, но кивнул.

Келеборн положил руку мне на плечо и сурово взглянул на меня.

— Эрестор. Неважно, сколько Глорфиндель ни дурачится, он вовсе не глуп. Он видел падение своего дома и убийство семьи, пережил смерть любимых, сражался с балрогом, погиб при этом и вернулся из палат Мандоса. Если кто и заработал право быть назойливым, так это он.

Он помедлил, потом спросил:

— Он тебя называет дурацкими прозвищами?

— Устраивает розыгрыши, чтобы тебя смутить?

— Дарит тебе безвкусные подарки?

— Тогда, друг мой, я могу дать тебе только один совет, и лучше бы тебе к нему прислушаться.

Я поднял голову и посмотрел на мудрого и величественного эльфийского лорда, ожидая его слов.

— Обязательно, милорд — и каков ваш совет?

Келеборн сжал мне плечо.

— Запасись маслом дикого чебреца — того, что с земляничным запахом, обычно не хватает.

На этом он повернулся и полез обратно на ветку.

На пути в последний домашний приют я сказал Глорфинклю:

— Вот именно поэтому, мой пернатый друг, он лорд, а я советник — если бы было наоборот, Средиземье бы этого не пережило.

Вернувшись в дом, я услышал странные звуки из винного погреба Элронда.

Ну и нахальство! Кто посмел осквернить святая святых Элронда? Я услышал пение двух голосов, но исполняли они отнюдь не одну из прекрасных эльфийских мелодий, к которым я привык, а скорее что-то в таком роде:

Два эльфа веселых сидели

В пещере одной в Ривенделле

И выпить решили еще по одной,

Сперва погулять, а потом на покой.

Выпьем за Галадриэль — средь эльфов нет чистее,

Коль дальше будет так строга, то скоро заболеет.

За Элронда мы выпьем — он славно пьет-гуляет,

Коль дальше так и будет жить, то ввек не заскучает.

Два эльфа веселых сидели

В пещере одной в Ривенделле

И выпить решили еще по одной,

Сперва погулять, а потом на покой. »

Я оставил Глорфинкля в большом зале, зажег свечу и поспешил вниз по ступеням, собираясь призвать к порядку виновных, шумевших в убежище Элронда.

Но когда я открыл дверь в погреб, это оказались не кто иные, как Элронд и Трандуил, пьяные, как гномы на банкете.

Трандуил в дурацком бумажном шлеме сидел на бочке и выстрелами из лука сбивал бутылки с полок.

Элронд как раз сворачивал очередной бумажный кораблик — уже десятка два таких плавали по красному морю, потому что пол по щиколотку был залит красным вином — похоже, в течение вечера эти двое успели открыть все бочки и залить пол.

— Что во имя Элберет здесь происходит! — вскричал я, и лорд и король оба повернулись ко мне. Элронд глупо ухмыльнулся.

— О-о, эт’ добрый штарина Эр’штор… Привет, Эр’штор! Мы т’ флот строим, ви-ишь,в Гавани поплывем…

Он гордо указал на корабль номер 21.

Я начал рвать на себе волосы.

— Господи, лорд Элронд, вы не можете этого сделать!

Элронд надул губы и сложил руки на груди, обиженно глядя на меня.

— К’нешна могу — я ж, это, сын морехода! Вот!

— Это точно, я могу подтвердить! И мы самые-самые лучшие друзья! И я король леса! А ты шпион!

С этими словами он нацелил следующую стрелу на меня, и я убрался оттуда быстрее, чем требуется времени сказать «Гил-Гэлад».

Остаток дня прошел относительно спокойно. Элронд и Трандуил, оба страдая от жуткого похмелья, решили продолжить свою новообретенную дружбу и подписали договор, который обеспечивал военную и гумаитарную помощь для Лихолесья и поставки из королевства Трандуила в винный погреб Элронда.

Галадриэль наблюдала за позитивными переменами на дипломатическом фронте с легкой улыбкой. Келеборн стоял рядом с ней и помахивал пальмовым листом, чтобы охладить воздух, хотя вряд ли что-то могло быть холоднее тех взглядов, которые Галадриэль бросала в его направлении. И все же развод, похоже, отложили — по крайней мере, пока, — и я не сомневался, что Келеборну понадобится только пара дней, новый шелковый наряд и несколько очаровательнаых комплиментов, чтобы вернуть себе расположение леди и место в ее постели.

Но пока он размахивал листом так, будто от этого зависела его жизнь, и судя по выражению лица Галадриэль, так оно и было.

Когда все бумаги были подписаны, и все обменялись прощальными словами, я вышел на балкон, глубоко вдыхая свежий осенний воздух, и стал наблюдать за тем, как отряд из Лихолесья готовится к отбытию. Трандуил сидел на своем белом коне, но его королевский вид был слегка разрушен компрессом со льдом у него на голове и парой бумажных пакетов у седла — на всякий случай.

— Мастер Эрестор, я пришел попрощаться как следует.

Я повернулся — это был Румил. Конечно, кто, кроме галадримов, смог бы подкрасться ко мне незамеченными?

Как сделать лист пальмы из фоамирана / DIY palm leaf / Como fazer uma folha de palmeira

Кроме Глорфиделя, конечно. Но в этом я никому признаваться не собираюсь.

Я выдавил улыбку.

— Румил — как это мило. Надеюсь, вам понравилось в Ривенделле?

Средний из великолепных лориенских братьев послал мне сверкающую улыбку. Клянусь валар, у него как минимум 64 зуба.

— Ну разумеется, милорд! Быть рядом с вами для меня все равно что быть дома, — сказал он и галантно поклонился.

— Как-как? — наконец выговорил я.

— Только не говорите, что вы не заметили — вам ведь понравился мой подарок, правда?

Заметил? Подарок? У нас что, национальный День сведения Эрестора с ума?

Должно быть, у меня был очень озадаченный вид, потому что Румил подошел поближе — если точнее, очень поближе. Вообще-то говоря, совсем близко.

— Неужели вы думаете, милорд, что я охочусь на варгов ради каждого попадающегося мне навстречу красивого эльфа? Нет, только ради действительно впечатляющих…

Наконец даже до меня дошло.

— Так варг… варг был от вас?

Румил рассмеялся и положил руки мне на талию.

— Ну разумеется — неужели я подарю такому чуду изысканности плетеную корзинку с черникой? Это, милорд, я оставляю влюбленным служаночкам и глупеньким и неопытным юным эльфам.

И за второй раз в течение двух дней вот этого вот эльфа поцеловали, не спросив при этом разрешения, но на этот раз это был настоящий эксперт, который знал, что делает. Угол был совершенно правильный, не было неловкого нащупывания, язык у него был там, где и должен был быть, и при этом меня сжимали в объятиях сильные руки одного из самых красивых эльфов в Лориене.

И что же случилось?

Это было примерно так же возбуждающе, как целовать мою тетушку.

Или жевать сырую печенку.

Как раз когда я собирался отодвинуться, налетели Силы Зла в лице Глорфинделя. Глаза у него горели, золотые локоны летели по воздуху, и вообще он выглядел как одно из собственных льстивых изображений в галерее Элронда (типа «Героический эльфийский лорд в сияющих латах убивает большую противную зверюгу, 25’x50’). Он схватил Румила за шкирку и начал трясти как щенка.

— Это тебе от «влюбленной служаночки», орк! Ты тут МОЕГО советника лапаешь — если тебе так хочется, заведи своего! — завопил он, и кулак Глорфинделя врезался в нос Румилу; по ужасному звуку было понятно, что еще один лориенский нос получил серьезное повреждение, а потом началось черт те что.

Румил и Глорфиндель катались по полу и дрались как два бешеных пса, размахивая кулаками, и хотя на стороне Фина был боевой опыт многих тысячелетий, Румил был молод и ловок и не один раз сумел обойти Фина. Свою репутацию пылкого воина и возлюбленного он получил не просто так.

Я стоял как один из троллей господина Бэггинса и не мог пошевелиться, так что когда в комнату ворвались Элронд, Келеборн, близнецы и несколько стражников, я испытал облегчение.

— О валар, — вскричал Элронд, — что здесь происходит?

Ответа не было, только звуки боя и неразборчивые гномьи ругательства.

— Интересные выражения, — заметил Келеборн, потом решил, что пора кончать с этой ерундой, и ухватился за первую попавшуюся ему под руку конечность. Это оказалась нога Румила.

Он оттащил протестующего и изворачивающегося галадрима за ногу, а Элладан и Элрохир ухватили Фина, но он заставил их потрудиться, стараясь вырваться.

Лорд Золотого Леса оглядел сцену и покачал головой.

— По-моему, для одной встречи разбитых носов хватит, так что мы уезжаем. Румил, иди садись на лошадь, и побыстрее. Да, кстати, Глорфиндель, ты старый дурак.

С этими словами Келеборн развернулся и покинул поле боя, а за ним стражники и близнецы, которые отпустили Глорфинделя и едва удерживались от смеха. Румил ощупывал свой сломаный нос и морщился, зло глядя на Глорфинделя, а тот не удержался и показал ему язык.

Надо же, какая взрослость.

Элронд приподнял бровь и принял позу Лорда Имладриса, буквально возвышаясь над Глорфинделем, который посмотрел на него с некоторой робостью.

— Глорфиндель, ты гвоздь в моем гробу, — сказал Элронд, вздохнул, прикрыл глаза рукой и повернулся.

— У меня болит голова… Я буду у себя… или в винном погребе…

Мы с Фином остались одни.

Да смилостивятся надо мной валар.

Мне сто раз приходилось слушать бесконечные байки Глорфинделя на тему «Как я убил балрога», но до сих пор я никогда не задумывался о точке зрения Балрога.

Но сейчас, стоя перед разгневанным Глорфинделем, который выглядел воином с головы до пят и был явно зол на меня, я начал сочувствовать бедной твари. Если балрог был хотя бы наполовину так напуган, как я, смерть, должно быть, показалась ему желанным избавлением.

— Ты-ы… — буквально прошипел Глорфиндель и начал медленно приближаться ко мне; глаза его буквально пылали гневом.

— Я все могу объяснить… — начал я, но меня прервал почти звериный рык.

Я даже не знал, что эльфы могут издавать такие звуки.

Я сделал шаг назад, потом два,и когда Глорфиндель рванулся вперед, то от силы его атаки я чуть не полетел через перила.

Не успел я пискнуть (а в тот момент я был вполне готов пискнуть), как Гондолинский Герой схватил меня, развернул и, перекинув меня через плечо, промаршировал через большой зал, неся меня как мешок муки.

Я колотил его по спине кулаками, но все было бесполезно. Какой позор! Эльфы стояли в коридоре, глядя на нас большими от изумления глазами, и хихикали, и я чуть не умер от стыда.

«Отпусти! Глорфиндель, я не шучу! Немедленно отпусти меня!» — крикнул я и попытался вывернуться. Но Фин держал меня крепко, и отрывисто ответил: «Еще чего — тебя нельзя даже на минуту оставить, пугало ты пучеглазое!»

Я начал пинаться.

— Или ты уймешься, Эрестор, или я тебя свяжу!

— Ты не посмеешь! — взвизгнул я и чуть не упал в обморок, когда услышал, как Элрохир окликнул Элладана и предложил ему пари, посмеет Фин или нет.

Предатели! Змеи, которых я пригрел у себя за пазухой!

Остановить Фина было невозможно. Он пронес меня через весь коридор, наверх по лестнице, и наконец прибыл к моим комнатам, вышибив дверь и сломав при этом дверной косяк.

Он бесцеремонно опустил меня и схватил за плечи так, что я стоял к нему лицом. Я к тому времени уже вскипел и крикнул:

— Отпусти меня, ты, жалкий потомок несчастного брака орка и варга!

И что же сделал этот невыносимый ненормальный эльф?

— Сначала поцелуй меня, Эрестор, и отпущу.

Я сдул прядь падавших в лицо волос.

Он хочет поцелуй? Отлично.

— Я не имел в виду в нос, Эрестор.

Я не сомневался, что со временем Глорфиндель научится высказываться точно.

Проснулся я от того, что Глорфинкль попытался улететь с одной из зеленых бархатных лент у меня в косах. Я прогнал птицу, но не сразу пришел в себя. Была еще ночь, комнату мою освещала луна, заливая спавшего рядом со мной высокого эльфа серебряными лучами.

Минуточку — высокого эльфа?

Я нахмурился. Как Фин попал ко мне в постель. И — я заглянул под одеяло — как мы оба оказались без одежды?

Попытка пошевелиться оказалась довольно-таки болезненной.

Я еще раз заглянул под одеяло. Да, деревья в Гондолине растут высокие.

По мере того, как я приходил в себя, ко мне начала возвращаться память. Память о нежных прикосновениях и произнесенных шепотом словах любви, о небесно-голубых глазах, потемневших от страсти будто штормовое небо, о слезах, горячих губах и мозолистых пальцах на моей коже, об объятиях, о вкусе Фина на моих губах и веепроникающем, ошеломляющем чувстве любви и близости.

Мой безупречно организованный мир был перевернут вверх тормашками, захвачен и перевернут Глорфинделем из Гондолина, и я сдался, вывесил белый флаг и доверил ему мою душу, жизнь и сердце на веки вечные.

Если уж делаешь, делай как следует, как говаривала моя мама.

Что ж, первое, чему учат в дипломатии, это как извлекать выгоду из любой ситуации, так что я прижался к Фину как можно ближе. М-мм… приятно. Во сне он выглядел так спокойно — крошечные морщинки в уголках его глаз почти исчезли, как и его обычная высокомерная улыбка, и я воспользовался возможностью провести по его щеке тыльной стороной руки.

Приятное ощущение. К нему легко привыкнуть. Наверное, я и привыкну.

Я уткнулся лицом в его шею, вдыхая его запах. Смесь кожи, лошадей, конюшни, мирувора, бука, надменности и иронии, запах, который накрывал меня будто мягким одеялом, таким уютным, что я заснул почти в тот же момент, как моя голова коснулась его груди.

Последнее, что я заметил перед тем, как уснуть, была пустая бутылка масла дикого чебреца на прикроватном столике.

Подтверждение

«Как нужно отмечать дни рождения»

Автор: Эллениэль
Данная писанина посвящается братьям Орофину и Румилу, ну и самому Лот-Лориену.
Дому благородных эльфов.

«Как нужно отмечать дни рождения»

2017-Mexico, мастер Fernando по плетению изделий из листьев пальмы

В одно прекрасное утро в Лориене намечался праздник. День рождение Келеборна.
Все подданные естественно готовятся, кроме Румила, который запечатывает пригласительные в конверты. Конвертов куча, и он каждый облизывает и откладывает. Естественно не додумывается взять губку и смачивать. Наконец письма все готовы к отправке. Язык Румила похож на сдутый шарик синего цвета, который перестал помещаться в рот из-за упорной работы.

Румил: Ёбти… Ну и работа! Почему именно я?! Почему не Орофин должен этим заниматься.
В это время заходить Орофин с ленточками и шариками. Увидя брата начинает давиться от смеха. Через пять минут приобретает обратно дар речи и все же говорит .

Орофин: Да потому что ты тупой, как наш владыка! Не мог губку взять что ли?
Румил (краснея): Блин, не заметил. (косится на Орофина) тебе работа проще все равно досталась.
Орофин: Ага проще. Мне шарики надо надувать!! Е….тая работа! И все для нашего любимого владыки!! (тихо) что у него из всех щелей понос пробрал!
Румил услышал,что сказал его брат и тихо посмеялся.
Румил: Я пошел рассылать приглашения.
Орофин(надувая шарик) фафай ифи!!(помахал рукой).
В это время в своей спальне стоит в гордой позе Келеборн. Перед ним куча его дорогих тряпок и он думает что ему одеть.
Келеборн: В этом я у Элронда был. В этом я у Кирдэна был. В этом я вчера за столом был.
В этом я после Дня рождения Галадриэль пьяный в ванной валялся.(тихо) Да еще и воду холодную включили(еще тише) узнаю кто, заставлю стирать трусы всех жителей Лориена.(оборачивается к своему шкафчику, улыбается) А моих трусов то больше всех, и на все дни, месяцы и года!
Так и не выбрав что одеть Келеборн нервно орет.
Келеборн: Хаааааалдир.
В спальню к владыке залетает испуганный Халдир в мыле, резиновой шапочке, щетке и полотенцем на бедрах и с уточкой в руке.
Халдир : Я здесь Владыка!!
Келеборн стоит как столб и походу, забыл, что хотел сказать Халдиру.
Келеборн: Это что за маскарад??
Халдир Потирая спинку щеточкой) Да я ….эээ…да я просто…
Келеборн: (перебивает его) Я тебе сказал трубы починить!! Что горячая вода шла!! Ты починил?
Халдир: (прячет резиновую уточку за спину) Почти починил! Я просто в костюме сантехника. (стоит еле сдерживая смех)
Келеборн отсылает его доделывать трубы.

Халдир разгуливая по Лориену , в одном полотенце идет дальше плескаться в джакузи, зная, что владыка туда не зайдет.
Орофин с горе по палам надул все шарики и пошел украшать зал для гостей. Поставил табуретку и залез на нее чтоб достать до люстры.
Вернулся наконец Румил и решил пойти помыть руки, не зная, что в ванной плескается его старший брат. Заходит в ванную, на полу вода, стены в мыле. Можно же догадаться, что там кто то есть, но это же Румил. Спокойно моет руки. Тут открывается занавеска и взору Румила представляется мыльная фигура, которую рассмотреть почти не реально. Видно только два глаза. Румил пугается, дает фигуре мылом в глаз и выбегает из ванной, но подскальзывается и катится в зал для гостей , где бедный Орофин уже вешает последний шарик на люстру. Только осталось петельку привязать, как открывается дверь и со скоростью 40 км в час заезжает на жопе Румил, снося по дороге все что стоит с ним рядом на метр. Учесть дошла до Орофина. Бедный Орофин повис на шарике, который он еле успел привязать к люстре, т.к. табуретку сбил проезжавший Румил. Наконец дорога кончилась, и Румил врезался в стену с грохотом. Смеявшийся все это время Орофин сам упал вместе с шариком и больно ударился. В зал залетели все подданные владыки и начали откапывать Румила из кучи сломанных, перевернутых и разбитых предметов. Сговорившись, эльфы спрятали весь мусор в шкафу в зале. Видимо всем лень было убирать зал. Однако пол там все же помыли. Келеборн же наконец выбрал себе костюм для дня рождения и решил что выйдет в нем только тогда, когда начнется праздник.

Гости начинают подъезжать потихоньку. Первыми приехали гномы. Эльфы, кроме Келеборна вышли их встретить. Гимли поинтересовался, где владычица, на что ему ответили, что она уехала за сюрпризом для владыки и будет только вечером. Гномы пожав плечами вошли в дом. Там же Глоину предложили выпить вина. Он не смотря на операцию согласился выпить бакальчик. После этого ему через 10 минут становится плохо и он мчится как пуля в туалет. Туда, где плещется Халдир. Не замечая эльфа в ванной, Глоин садится на унитаз и начинает издавать характерные звуки. От чего начинает сильно вонять. Халдир сидевший в ванной чувствует этот запах и зажимает нос рукой. Ему не удобно будет выйти из ванной, когда в туалете совсем рядом поносит гнома. Да не просто гнома, а Глоина. Поэтому он решил терпеть. После 20 минут мучений Глоин вышел из туалета, не забыв закрыть дверь, что проветрилось. За ним поспешил выйти бедный и бледный Халдир. Но дверь была закрыта с наружи и эльф оказался заперт.
Гости уже активнее приезжают. Приехали уже Леголас, Трандуил, Элронд, Арвен, Глорфиндейл, Элладан, Элрохир, Кирдэн, Арагорн, Боромир, Эомер, Эовин, Мэри, Пипин, Фродо, Сэм, Гендальф, Саруман, Теоден и остальные. Орофин и Румил встречают их всех, забыв о Халдире, который долбится в дверь, что б ему открыли, или хотя бы дали противогаз.
Элронд и Трандуил мило беседуют в зале на креслах. Глорфиндейл,Леголас,Элладан,Элрохир,Арагорн,Боромир,Эомер,Эовин,Орофин и Румил сидят в комнате Румила и пьют вино, шампанское. Вскоре бухло заканчивается и Румил бежит за добавкой. Компания веселится. Тут Леголасу приспичило в туалет. Он пьяный путает туалет и выход из дома и поэтому писает прям у порога. Его замечают Гендальф и Саруман.
Гендальф: принц. Как тебе не стыдно. До туалета не дотерпел.
Леголас очень пьяный) А я не туа…Але..тте что ли??
Саруман еле сдерживая смех) как видишь нет.
Леголас машет на них рукой и уходит в дом. Там он путая комнаты заходит к Элронду и отцу.
Леголас пьяный) А вы знаете, что если прочитать слово радар наоборот, то получится радар?
Трандуил встает с кресла) Ну к сынуля дыхни.
Леголас отходя от папы) А зачем?
Элронд вместо Трандуила) да потому что от тебя алкоголем несет и ты еле на ногах стоишь.
Леголас быстро убегает и забегает в комнату к Румилу, где все уже в дюпень пьяные.
Орофин: Тебя где дебил носило?
Леголас плюхаясь на пол) писать ходил.
После его слов всем резко захотелось в туалет и все пулей выбежали из комнаты.
И причем кто куда пошел в туалет. Глорфиндейл и Арагорн на большой цветок в горшке. Им по пьянее наверное показалось, что его давно не поливали. Боромир, каким то образом умудрился залезть на окно и сходить в форточку. Эомер в помойное ведро. Эовин вообще в шкаф к какому то эльфу сходила. Гномы нашли ведро ,в котором плавало моющее средство и по очереди сходили в него. Элладан и Элрохир на улицу в огород. Только Орофин и Румил нашли сортир, но не смогли открыть(не дошло, что нужно ручку повернуть). Поэтому они решили выломать дверь. С 8 попытки они ее выбивают. Дверь падает, придавливая бедного Халдира к полу. К тому же по этой двери пробежали братья, что не обоссаться по дороге. В итоге один идет в туалет, а второй в ванную. И ник то не видит и не слышит стонов Халдира. Наконец все стало легче и они вернулись в комнату.
Другие воспитанные эльфы начали убирать за гостями. Естественно и про дверь не забыли. Халдира, с фингалом под глазом, наконец освободили от двери и он пошел в комнату к Румилу орать на братьев, ну и на гостей за компанию. Гости и братья, увидев Халдира, все дружно повесились у него на шее, и не дав ему сказать ни слова налили и заставили выпить. В итоге Халдиру становится пофиг и он начинает пить с ними.

Наступил вечер. Приехала владычица. Все готово к празднованию дня рождения владыки. За столом все, кроме Келеборна и пьяных гостей. Арвен и хоббиты начинают волноваться, где же так задержались. Саруман и Гендальф, зная о том, что остальным очень хорошо, решили не портить праздник Келеборну. На столе много еды, много выпивки. Тут наконец спустился Келеборн. От его вида реакция у все разная: Кирдэн улыбается(его почти рвет от смеха), Элронд и Трандуил в ступоре, Глоин делает вид, что ему пофиг. Арвен улыбается,она рада видеть дедушку. Галадриэль закатывает глаза. Хоббиты тихо ржут. Келеборн гордо прошел мимо них в своем..кхэ… костюме( сейчас помру от смеха, костюм блин) На нем : Зеленый кафтан, под ним: оранжевая кофта с черным чертиком, Голубые штаны с матней и с фиолетовым рисунком, тапочки розового цвета, на голове криво сидящая корона, из-под которой торчит часть волос, выпавших из прически. На шее огромный крест.
Келеборн: Я так рад вас видеть дорогие друзья!!
Все: С днем рождения.
Начали дарить подарки. Последней подходит Галадриэль.
Галадриэль: Дорогой, ты всегда у меня был оригинальным(смотрит на его костюм, гости тихо смеются) и по этому я дарю тебе, в честь нашей с тобой любви и твоего дня рождения это(сует ему в руки подарок)
Келеборн: (улыбаясь) спасибо дорогая!
Открывает коробку и оттуда достает дорогой, красивый, стильный костюм от Эстель Лориен по личному заказу Галадриэль. Глоин с готовым стаканом в руке уже собирается сказать тост для Келеборна, как тут .
Пьяные в доску Орофин, Румил и гости приходят, точнее приползают к столу, круша на своем ходу все что можно.
Глорфиндейл, увидя Келеборна в его костюме падает и начинает ржать, Боромир и Эомер бегут доганяться к столу. Румил и Эовин в обнимку стоят с полупустой бутылкой вина и о чем то очень нежно разговаривают. Леголас и Гимли сметают всю еду со стола и громко чавкают. Только Орофин, через шаг падая, подошел к владыке. Орофин, от которого которого стоит перегар на весь зал, с косыми глазами смотрит на своего владыку минуту, потом улыбается и говорит.
Орофин очень пьяный, голосом Брежнева) Уважаемый, дайте ка я вас пацалую!!(и тянется своими губами поцеловать Келеборна)
Келеборн: (задыхаясь от перегара) Орофин. Ты почему такой пьяный??
Орофин: (не найдя что ответить) Это усе Халдир виноват. ик..
Халдир: (который плохо соображает, что происходит, сидит жопой на полу) Эт не я вл..вл…владык…а. Я туть соусем не пресемз!!
Те, кто за столом давятся от смеха. Келеборн трясет Орофина и Халдира, которым пофиг на все происходящее. Он их отпускает и хочет наорать на остальных подданных. Тут всех спасают Глорфиндейл и Арагорн, которые выпив все со стола вместе с Боромиром и Эомером, теперь танцуют краковяк на столе.

Глорфиндейл, Арагорн: (хором) Я танцую пьяный на сотле. Нума нума е.
Румил Эовин) Ды я самый ик… преданный владыке эльф..ик!
Эовин: (обнимая Румила) Да да эльфи..ик! А ты умеешь?(шепчет Румилу на ухо,что то пошлое, т.к. Румил краснеет сильно)
Орофин: (влезает в разговор) Эовин, а у него язык рабочий!!(смеется)
Эовин: ПРАВДА.
Орофин: Ага!! Он им сегодня так по просьбе владыки работал(еще хуже засмеялся и все кто услышал: Леголас, Элладан, Элрохир тоже)

Румил еще больше краснеет и злится на своего брата.
Элладан: (Румилу) Ну ты мужик!! Не каждому дано по просьбе владыки языком то работать!!
Румил очень сильно злится и кидается на Орофина. Тот сообразив, начал убегать от Румила. Эльфы были пьяные, но бегали как трезвые, пока Орофин не додумался с разбегу залезть под стол. Не соображавший Румил, перелетел через стол. По пути собрал на себя остатки еды, сбил Глорфиндейла и Арагорна с ног, и упал к ногам Келеборна.
Хоббиты повытаскивали фотики и начали снимать это. Прибежали остальные эльфы и гости, которые потерялись и увидели эту картину. Тут Халдир и еще один эльф притаскивают целую бочку вина из погреба Келеборна, при этом забыв спросить разрешение самого Келеборна. Келеборн хочет уйти из зала, но эльфы, которые столпились на входе, не дают ему выйти. Келеборн психует и идет к шкафу за своим мечем. Открывает дверь в шкаф и на него падает весь мусор, который устроили с самого раннего утра Орофин и Румил.. Гости и эльфы все в пакат смеются. Из кучи торчать только ноги владыки. Одна часть эльфов его откапывает, другая делает крепкий коктейль для владыки, лишь бы успокоился. Келеборна садят за стол и суют бокал с чем то. Келеборн выпивает и походу моментально косеет. На его лице появляется улыбка и он разрешает всем гулять до потери пульса. Началась сильная пьянка, которую снимали хоббиты. Оказалось, что пьяные Эовин и Румил танцевали стриптиз на столе. Бедный Глоин с унитаза не слезал. Леголас и Гимли носились по залу и пугали всех своими скорченными лицами. Кирдэн, Элронд, Келеборн и Галадриэль пьяные, но не так как остальные, сидели и ковырялись в каких то бумажках, не забывая проливать на них вино. Гендальф и Саруман курили кальян, не забыв угостить им остальных желающих.Потом дедки стали играть в карты на дурацкие желания пойти, кого-нибудь пнуть или поцеловать. В итоге именинника запинали всего, а владычицу зацеловали.
Боромир и Эомер заблевали всю кухню, т.к. туалет все время был занят. Орофин и Халдир пьяные давали хоббитам неприличное интервью про то, откуда берутся дети и как это происходит. Арагорн и Арвен ушли в комнату Румила(ну тут все ясно). Глорфиндейл собирал деньги за стриптиз. Этот день мало, кто помнит.
Но благодаря хоббитам, которые это все выставили в Интернет, Келеборн отныне запретил празднования дней рождений в Лориене.
Конец

Подтверждение

«Как вести себя в гостях»

Данный рассказ посвящается Глорфинделю.
Увы, там где нарыл автора бессовестно забыли указать.

«Как вести себя в гостях».

После свадьбы Арагорна и Арвен Элронд пригласил всю толпу в Ривенделл. Все с радостью приняли это приглашение, кроме Галадриэль и Келеборна, которые не смогли поехать, но обещали навестить Элронда в ближайшее время. Честно говоря, идея с приглашением была не очень удачная, в чём Элронд вскоре убедился.
Первый день прошёл довольно мирно. Но на второй, Фарамир и Глорфиндель чуть не подрались из-за Эовин и разбили любимую вазу владыки. Элронд наорал на обоих и заставил их склеивать осколки. Но после «склейки» ваза приобрела фурму горшка и у неё неожиданно появилась ручка.
Трандуил ходил по дому Элронда и выискивал недостатки, придираясь к любым мелочам, ему уж больно хотелось доказать своё превосходство.
Остальные вели себя пристойно…Пока…

Элронд отдыхал в каминном зале. Читал письмо от Галадриэль. Она писала, что собирается приехать через 2 дня в Ривенделл. Владыка улыбнулся и решил как можно лучше подготовиться к приёму гостей. Тут в комнату зашёл Трандуил. Он рефлекторно провёл рукой по полке, проверяя её чистоту.
ТРАНДУИЛ:
— ОООООООоо! Элронд, что-то у тебя грязновато. А на кухне почему-то посуда немытая…
ЭЛРОНД: (раздражённо)
— Не нравится, можешь помыть! Трандуил, мне не до тебя! После завтра приезжает Галадриэль с супругом, надо подготовиться… — выходит из комнаты.
Трандуил провожает его недовольным взглядом. Вдруг он слышит тихие шага за спиной.
ТРАНДУИЛ: (не оборачиваясь)
— Леголас, это ты крадёшься в свою комнату?
Леголас останавливается. Он весь в помаде.
ЛЕГОЛАС: (сделанным голосом)
— Нет!
ТРАНДУИЛ:
— Только не ври мне. Что такое? – поворачивается и с удивлением смотрит на сына, — Ё моё! Что с тобой.
ЛЕГОЛАС: (безуспешно вытирает помаду с лица)
— Если я скажу, что ел помаду на спор, ты поверишь?
ТРАНДУИЛ: (невозмутимо)
— Нет. Надеюсь, это не Арвен работа?
ЛЕГОЛАС:
— Нет! Что ты, она теперь жена Арагорна. Я….я…просто…
ТРАНДУИЛ: (улыбаясь)
— Ты, знаешь, я не хочу знать, что ты «просто». Иди, умойся.
Леголас быстро убегает в свою комнату.

Глорфиндель в это время тайно пробирается в комнату Фарамира и кладёт ему на кровать записку. Потом хихикая удаляется. Фарамир через 10 минут заходит в комнату вместе с Арагорном.
ФАРАМИР:
— Я отвечаю, Эовин ещё пожалеет о своём выборе… — замечает записку на кровати.
АРАГОРН:
— О, что тут у нас? Фарамир, от кого это?
ФАРАМИР:
— Не знаю…но бьюсь об заклад, это Эовин осознала свою ошибку. Точно, почерк её! – читает, — «Милый, я наконец всё понимаю! Мне так тебя не хватало , Желаю увидеть тебя сегодня в 21.00 под деревом у фонтана. С любовью от меня…». Странно как-то написано…Корявенько. Ну, ничего, я люблю её и такой.
АРАГОРН:
— А ты уверен, что это от Эовин, подписи ведь нет!?
ФАРАМИР:
— Ара, мне сердце подсказывает… — мечтательно закатывает глаза. – О, Эовин, наконец ты поняла, что мы созданы друг для друга!
Глорфиндель, подслушивающий под дверью, начинает ржать, не удерживается на ногах, и заваливается прямо в комнату.
ФАРАМИР:
— Ты ещё что тут делаешь?
АРАГОРН: (помогает Глорфинделю встать)
— По-моему он подслушивал. – Игриво подмигивает эльфу, — А, Глорфи, колись?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Мне, что делать не фиг? – поспешно удаляется из комнаты.
Арагорн пожимает плечами.

Хоббиты сидят на веранде. Они откровенно скучают. Пока их друзья веселятся они не могут придумать, чем бы себя занять.
ФРОДО:
— Сэм, слышь, пошли, что ли поорем над Элрондом?
СЭМ:
— Не гоните, хозяин Фро, он и так в последний раз на нас нагнал…Лучше давайте засунем Гэндальфу в штаны ту лягушку, которую он собирается приготовить.
ПИППИН:
— Не, это всё было…**** как нудно!
МЕРРИ:
— Не говори!
Хоббиты вздыхают по очереди и продолжают сидеть.

Эомер в это время выходит из душа и видит записку на кровати. Он заинтригованный, подходит, берёт записку в руки и начинает читать.
ЭОМЕР:
— « Милый, приходи в 21.00 к дереву у фонтана. Я буду тебя ждать. С любовью от меня». – Эомер чешет затылок. – Неужели Фарамир решился признаться ему в своих чувствах…

И вот наступает вечер. Фарамир ходит, загадочно улыбаясь. Эомер целый день сидит в своей комнате, избегая встречи с Фарамиром. Эовин и Глорфиндель выходят из комнаты Эовин только к ужину. Арагорн и Арвен уже сидят к этому времени за обеденным столом вместе с остальными.
ЭЛРОНД:
— Ну, друзья мои…- коситься на Трандуила, — и недрузья, как провели день?
ФАРАМИР:
— Отлично! – смотрит с удивлением на спускающегося по лестнице Эомера, — О, а вот и Эоша!
Эомер вздрагивает и садиться подальше от Фарамира.
ЛЕГОЛАС: (до сих пор до конца не стёр помаду с лица)
— Отлично!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— По тебе заметно! – начинает смеяться, Леголас краснеет.
ЭЛРОНД:
— Лорд Глорфиндель, ведите себя пристойно!
Глорфиндель хмыкает, но замолкает.
Арвен и Арагорн переглядываются.
АРАГОРН:
— Всё было прикольно, владыка Элронд, но кто-то спёр трусы Арвен.
ПИППИН:
— Это я! Из стрингов такая клеевая рогатка вышла!
АРВЕН:
— Ах, ты недомерок!
ЭЛРОНД:
— Доця, что за выражения!?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Хреново же твоя дочь, Элронд, воспитана! – опять начинает ржать, его поддерживают дружным хохотом хоббиты.
ЭЛРОНД:
— Лорд Глорфиндель, Вы у меня сегодня дошутитесь! Попрошу Вас покинуть стол!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Без базара! А хавчик с собой можно взять? Я за день проголодался…
ЭЛРОНД:
— Берите, и валите побыстрее!
Глорфиндель берёт 2 бутылки шампанского, посылает воздушный поцелуй Эовин и уходит. Эовин улыбается ему в ответ. Гимли рыгает.
ЭЛРОНД:
— Гимли…
ГИМЛИ:
— Пойду, присоединюсь к лорду Глорфинделю. Легси, ты со мной?
Леголас кивает и не смотря на возражения отца убегает вместе с гномом. Арагорн, не долго думая убегает с Леголасом.
ГЛОИН:
— Не пойму, это они так Глорфинделя любят или…
ГЭНДАЛЬФ:
— Ох, Глоин, они любят 2 бутылки шампанского…
Тут в комнату снова заходить Глорфиндель. Он с наглым видом хватает ещё 2 бутылки вина, тарелку салата и мило улыбнувшись ошарашенной компании, удаляется.
ЭЛРОНД: (вслед Глорфинделю)
— Не хочешь нам что-нибудь оставить?
Глорфиндель молча ставит на стол перед Элрондом практически пустую бутылку шампанского.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (Элронду)
— На, я не жадный!(Эовин и Арвен) Дамы, вы к нам не присоединитесь?
Дамы встают и с радостью «присоединяются» к Глорфинделю.
Хоббиты не долго думая, встают из-за стола и убегают из комнаты.
Трандуил, Эомер, Глоин, Гэндальф, дядя Бильбо и Фарамир остаются сидеть с открытыми ртами.

В комнате Глорфинделя торжество идёт полным ходом. Арагорн с радостью переворачивает очередную предложенную ему рюмку, Леголас, успевший напиться, тихо втыкает в углу, Гимли берёт сразу же 2 стакана и пьёт из них вино, Арвен обнимает мужа, Эовин радостными воплями встречает очередную бутылку, которую тащат хоббиты. Глорфиндель встаёт:
— Предлагаю тост! За Вечернюю звезду и…
ПИППИН:
— И звездуна!
Все начинают смеяться. Глорфиндель и Эовин выпивают «на брудер шафт».
АРАГОРН:
— А давайте поиграем…Ик! В бутылочку? – раскручивает пустую бутылку из под шампанского.
ЛЕГОЛАС:
— Давай!
Бутылка останавливается на Фродо и Сэме.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Давай, Фро, покажи ему, как надо целоваться!
Фродо и Сэм краснеют. Сэм не уверенно чмокает Фродо в щёку, под фуканье остальных.
ГИМЛИ:
— Тю, так не честно!
АРАГОРН:
— Хоббиты, вы меня разочаровали… — раскручивает бутылку снова.
На этот раз выпадает целоваться Арвен и Леголасу. Арвен с радостью обнимает эльфа.
АРВЕН:
— Сейчас я покажу, как надо! – страстно набрасывается на эльфа.
Леголас, плохо соображая, что с ним происходит, тоже обнимает Арвен. Арагорн вне себя от злости. Он пытается оттащить жену от эльфа.
МЕРРИ:
— 8…9…10…11! Ого, Арвен целовала Леголаса 11 секунд! Арагорн, тебе стоит задуматься…
АРАГОРН:
— Леголас, пошли выйдем!
Леголас никак не может прийти в себя. Наконец до него доходит, что случилось. Он краснеет и невинно смотрит на Арагорна.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (как ни странно наиболее трезвый)
— Так, Арагорн, Это игра, к тому же ты сам предложил! Обойдёмся без пьяных драк! Леголас не лезь больше к его жене, жена, не лезь больше к принцу. На этом вопрос исчерпан!
Арагорн нехотя соглашается. Леголас тихонько садится в углу и изредка посматривает на него.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (смотрит на часы: 20.55)
— Я сейчас! – выбегает из комнаты.

21.00
Фарамир в это время стоит с цветами у фонтана под деревом. Эомер подходит к нему.
ЭОМЕР: (не решительно)
— Ээээ, привет, кого ждёшь?
ФАРАМИР:
— Мою любовь!
ЭОМЕР(ТИХО)
— Блин, ну, как ему объяснимть, что я не голубой…(Фарамиру) Слушай, а вдруг твоя любовь, она вовсе не любовь, может эта «любовь» тебя не любит…
ФАРАМИР:
— Любит, любит. Зачем я иначе тут стою?
ЭОМЕР:
— А что ты сделаешь, если не любит?
ФАРАМИР:
— Утоплюсь. Или, нет, лучше повешусь у неё в комнате на своих трусах!
ЭОМЕР:
— Ну, я не знаю…Фарамир…понимаешь, ты отличный парень, если бы ты был девушкой, я бы обязательно на тебе женился, но ты не совсем девушка…
ФАРАМИР:
— Да, уж, приятно, что ты заметил…
Глорфиндель всё это время стоял за деревом и помирал со смеху.
ЭОМЕР:
— Фарамир, прости меня, но я…я …я не люблю тебя.
ФАРАМИР: (ошарашено)
— Да и я, как-то тоже…
ЭОМЕР:
— Не понял. Так на фиг ты стебался и прислал записку, и цветы…
ФАРАМИР:
— Это для Эовин, она прислала записку… — и тут до него доходит. – Эомер, нас разыграли! Кто-то зло поиздевался над нашими чувствами!
Эомер с радостными воплями обнимает Фарамира. Тут во двор выходит Гэндальф, он видит обнимающихся Эомера и Фарамира, смущается и уходит.
ЭОМЕР:
— Фух, хорошо, что ты не любишь меня…Узнаю, кто наш «шутник» и хорошенько его отхожу!
ФАРАМИР:
— А я тебе помогу!
Глорфиндель тихонько убегает в дом, еле сдерживая смех.

Проходит 2 дня. Всё готово к встрече владычицы Лориэна. Дом Элронда украшен шариками и ленточками, сам Элронд сидит у себя в комнате и выбирает наряд для приёма.
За эти два дня Фарамир узнаёт, что из всей тусовки только Фродо умеет отлично копировать почерк. Он направляется к нему и застаёт хоббита на веранде.
ФАРАМИР:
— Фродо, не вздумай отнекиваться! Я знаю, что это ты написал мне эту записку, — показывает ему бумажку, — зачем, Фро? Я думал, мы друзья…
ФРОДО: (рыдая)
— Прости меня Фарамир, но меня заставил Глорфиндель, он шантажировал меня…(всхлипывания)…он сказал, что расскажет о том, как я …как я на спор съел носок Пиппина.
Тут на веранду вышел Сэм. Заметив, что его хозяин рыдает, он тут же принялся утешать Фродо и ругать Фарамира:
— Что ты, громадина, предолбался к хозяину Фродо? Ну, написал он, ну и что? Уходи прочь! А ты, дурак, веришь! (Фродо) Ну, не плач, голубчик! Вот Вам носовичёк, вытрите носик!
Фродо громко сморкается в рукав Сэма, перепутав его с платком. Фарамир встаёт. «Как же я раньше-то не догадался! Ну, Глорфиндель, держись!»

Тут на улицу выходят все эльфы. Хоббиты и Фарамир с удивлением смотрят на процессию, въезжающую в город. Галадриэль прибыла.

Элронд лично выходит встретить владычицу и её супруга. Галадриэль мило улыбается ему.
ЭЛРОНД: (по-эльфийски)
— Добро пожаловать, владычица!
На веранде Сэм осторожно притронулся к руке Фродо:
— Хозяин…
ФРОДО:
— Да, Сэм?
СЭМ:
— А Вы бы не могли мне перевести разговор владычицы Галадриэль и владыки Элронда?
ФРОДО:
— Конечно, Сэм, с лёгкостью! Вот сейчас он сказал: « Привет!»

ЭЛРОНД:
— Я счастлив, что Вы прибыли так скоро. Надеюсь, долгая дорога не слишком утомила Вас?
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— Благодарю. Всё было отлично, только Келеборн укачался…

ФРОДО:
— А теперь Галадриэль рассказывает о семье.
СЭМ:
— Странно, только приехала и уже о семье…
ФРОДО:
— Говорит, у них ребёнок с Келеборном очередной родился.
СЭМ: (с восхищением)
— Ну, эльфы, ну, молодцы, прямо ксероксы какие-то! Как уезжали, так и не думали о пополнении, а вернулись, уже ребёнок есть! Круто!

Тут встречать Галадриэль вышел Глорфиндель. Он улыбнулся владычице, пожал руку Келеборну и пригласил всех в дом.
ЭЛРОНД:
— Галадриэль, Келеборн, как я рад снова видеть вас! Пройдёмте со мной в каминный зал, выпьем по бокалу вина, обсудим перспективы на будущее. А вашим эльфам лорд Глорфиндель устроит экскурсию по моему дому. Глорфиндель,…Где Глорфиндель?

Поделки из рогоза,плетёная папка.

Глорфиндель заметив, насколько Элронд увлёкся гостями, решил спокойно смыться, но в коридоре столкнулся с разъярённым Фарамиром. Не долго думая Глорфиндель развернулся и быстро погнал назад. Фарамир с воплями побежал за ним.

Элронд, отправивший на поиска Глорфинделя 2 эльфов, разговаривал с Галадриэль. Свита владычицы стояла молча, но потом один эльф всё же не выдержал:
— Владыка, Элронд, а это правда, что это тот самый Глорфиндель, победивший балрога?
ЭЛРОНД: (гордо)
— Да, это был он. Этот благородный эльф, смог справится с демоном, к тому же, он мой верный помощник.
Тут «благородный эльф» и «верный помощник» выскочил из-за угла и попытался пробежать мимо удивлённой толпы. Элронд остановил его, преградив собой путь.
ЭЛРОНД:
— А вот и лорд Глорфиндель! (тихо) Где тебя, сволочь, носило? – похлопал по плечу.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Ещё раз здрасьте. Простите, но мне пора. – пытается пробежать.
КЕЛЕБОРН:
— Куда, Вы, Глорфиндель?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Да за мной Фарамир гонится, убить хочет…
ЭЛРОНД:
— Глорфиндель хочет сказать, что у нас…у нас проводятся учения…Военные и он учит наше войско…
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (не долго думая)
— Как линять от врага! – пытается продемонстрировать, как именно надо линять.
ЭЛРОНД:
— Стой! В смысле, постойте с нами, Глорфиндель.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Да, нет уж, дела…
ЭЛРОНД:
— Я освобождаю вас временно от ваших «дел». Расскажите нам про балрога.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Ё…- Элронд наступает ему на ногу. – Хорошо. Ужрались мы значит в доску, и…- Элронд опять наступает ему на ногу, — …и пошли воевать. Как увидели балрога, вмиг протрезвели. Ну, я его конечно с одного хука в челюсть уложил, потом ещё ногами допинывал, а потом…
ЭЛРОНД:
— Благодарим за содержательный рассказ, лорд Глорфиндель, а теперь проведите с эльфами экскурсию…
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— А потом я свободен?
ЭЛРОНД:
— Да, безусловно.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Так, эльфики, смотрим туда, там у нас туалет, а слева у нас ванная, прямо по коридору, там, где стоит наместник Фарамир и показывает нам непристойные жесты, там кухня, справа за углом…
ЭЛРОНД:
— Глорфиндель, ты таким макаром всю экскурсию собираешься проводить.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Да. А там у нас…
ЭЛРОНД:
— Лорд Глорфиндель, пойдемте в сторонку …поговорим…
Элронд отходит за угол, дожидается, пока к нему подходит Глорфиндель.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Чё такое?
ЭЛРОНД:
— «Чё такое». И он меня спрашивает « чё такое».
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Заело что ли? Старый, что стряслось?
ЭЛРОНД:
— Ты «стряслось». Ты позоришь меня и весь Ривендел! «эльфики, смотрим туда, эльфики, зырим сюда!» — передразнил Глорфинделя. – «Тут у нас туалет, а там — чокнутый наместник…»
Но вдруг из-за угла показался Фарамир и с воплями: « Не уйдёшь, скотина!» направился к эльфам. Глорфиндель быстро скрылся, за ним побежал Фарамир. Элронд остался один.
Глорфиндель завернул за угол и наткнулся на Галадриэль и компанию. Эльфы с восхищением смотрели на Глорфинделя, который подбежал к ним.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Слушаем сюда! Если увидите странного мужика с дубиной или без дубины, спрашивающего куда делся Глорфиндель, скажите, что я вон туда побежал, — махнул рукой в сторону туалета, — ок?
Ошеломлённые эльфы закивали. Галадриэль удивилась, но ничего не сказала.
Глорфиндель быстро развернулся и побежал в противоположную сторону.
Эльфы переглянулись. Галадриэль пожала плечами.
Элронду в это время всё же удалось поймать Фарамира.
ЭЛРОНД:
— Слушай, давай вы с Глорфинделем отложите свои разборки на несколько дней? Уедет Галадриэль, хоть поубивайте друг друга, но ЕСЛИ МНЕ ЧТО-ТО НЕ ПОНРАВИТСЯ, Я ВАМ ТАКОЕ СДЕЛАЮ, САМИ О СМЕРТИ ПОПРОСИТЕ. И ещё одно НЕ ПОЗОРЬ МЕНЯ!
ФАРАМИР: (покраснел)
— Прости, владыка, я не буду.
Элронд похлопал его по плечу: хороший мальчик и пошёл разыскивать Глорфинделя.

Через десять минут лорд Глорфиндель мило рассказывал эльфам о доме Элронда. Владыка очень мило «поговорил» с ним и убедил провести экскурсию.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Так, вот тут у нас библиотека, пойдемте посмотрим… Отрывает дверь, и видит, что в библиотеке целуются Леголас с какой-то эльфийкой.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (резко закрывает дверь)
— НЕТ! Мы не пойдём в библиотеку, там…там ремонт. Крыша может на голову упасть и пришибить на фиг.
Один хорошенький эльф, внимательно слушающий Глорфинделя, поднял руку:
— Извините, лорд Глорфиндель, а что такое «на фиг»?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Это значит, что свалится и полный пи****.
ЭЛЬФ:
— А что такое пи***? – невинно захлопал ресницами.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Святое дерьмо! Это значит, что ты – дебил. Вспомнил о том, что Элронд настойчиво «просил» его не оскорблять эльфов. — Всё, проехали. Пошли дальше.

Глорфиндель повёл эльфов по коридору вперёд. Вдруг на одной из голов чучел-демонов, все увидели Фродо, висящего на собственных трусах. Глорфиндель засмеялся.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— О, а это главный экспонат – Фродо Бэггинс, хранитель кольца.
Эльфы с удивлением посмотрели на хоббита.
ФРОДО:
— Су***и, снимите!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Ну, как висится, уважаемый мой, Бэггинс? Оригинально Вы развлекаетесь.
ФРОДО:
— Это сволочь, Эомер, сделал! Он узнал, что это я писал письма…Глорфи, ну сними меня. – хоббит чуть не плакал.
Глорфинделю стало жаль малыша, и он снял Фродо с рога. Эльфы зааплодировали. Один из них, тот самый наивный дурачок, подошёл к Фродо и Глорфинделю.
ЭЛЬФ:
— Ух, ты! Лорд Глорфиндель, Вы такой тощий…в смысле стройный, а с лёгкостью сняли этого…недомерка.
Глорфиндель начал ржать, а Фродо с ненавистью посмотрел на эльфа и от полноты чувств, плюнул ему на сапоги. Эльф взвизгнул и скрылся.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Так, Фро, не обижай гостей!
ФРОДО:
— Ладно, не буду. Спасибо тебе, за то, что снял меня. – Повернулся к эльфам. – А ну кыш! – эльфы в ужасе расступились, и Фродо гордо прошествовал в свою комнату.
Как только он скрылся, из комнаты напротив вышла Эовин, она была одета в малюсенькое платьице и ботфорты. Увидев Глорфинделя, она подскочила к нему, запрыгнула на руки и начала целовать. Глорфиндель ответил ей взаимностью. Эльфы опять в ужасе отшатнулись. Прошёл шёпот: «Что она делает? Почему он ей это позволяет?»
ЭОВИН:
— Пошли ко мне…
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Детка, я не могу, Элронд припас… Вон стадо выгуливаю.
ЭОВИН:
— По фиг, они под дверью постоят.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Боюсь, им придется стоять весь день…
ЭОВИН:
— Ну, так не честно, пошли их подальше!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Они всё равно не поймут. Вон таращатся, как будто с Луны.
Эовин опять поцеловала Глорфинделя, и шепнула ему что-то на ушко, по видимому, что-то непристойное, так как эльф чуть покраснел, потом посмотрел на «стадо». «Стадо» стояло смирно.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (Эовин)
— Детка, я буду через час.
Эовин вздохнула и слезла с Глорфинделя. Проходя мимо эльфов, она скорчила такуууую ужасную мину, что эльфы в ужасе позакрывали лица руками.

Гэндальф в это время залез в бассейн поплавать. Вещи маг оставил не далеко от бассейна. Когда он нырнул, Пиппин и Мерри, сидевшие в кустах, высочили и, схватив вещи, смылись в неизвестном направлении. Наплававшись, Гэндальф вылез и… обнаружил, что вещи исчезли. Маг постеснялся идти через главный ход, так как из одежды на нём были только плавки, и поэтому он полез через, как ему казалось, большое кухонное окно. Ошибся. Застрял в оконной раме.

Глорфиндель привёл своё «стадо» в «ванную» — огромную комнату, с множеством разнообразных ванн и прочей ерунды. Заглянув в комнату, Глорфиндель увидел, что в одной из ванн сидят Арагорн и Арвен. На Арвен был купальник, на Арагорне – плавки.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Вашу мать! Нашли место! У меня экскурсия, сейчас тут будет толпа эльфов! Элронд нас всех прикончит.
АРВЕН: (в панике)
— Что делать?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
-Ныряйте!
Король тут же последовал совету, Арвен вздохнула и последовала его примеру.
Тут в комнату зашли эльфы. Глорфиндель поболтал немного и попытался их вывести. Но вдруг Арагорн вынырнул из ванны, у него не хватило дыхания. Эльфы обомлели, не в состоянии что-либо сказать, но их шок удвоился, когда вслед за Арагорном вынырнула Арвен.
АРВЕН:
— ФУ, Ара, они ушли? – увидела эльфов и смутилась, — Всем привет!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Знакомьтесь, эльфы, это – король Гондора – Элессар, а это – Арвен, его жена.
ЭЛЬФЫ: (хором)
— Здрасьте!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Они…они занимаются нырянием с аквалангом. Тренируются в ванне. Не будем им мешать. Пойдемте.
Эльфы хором издали: «Аааааааааа!» и поспешили удалиться.

Потом Глорфиндель повёл всех на кухню.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— А тут у нас кухня! И маг в окне. Гэндальф, что ты делаешь в окне? Занавески тыришь? Не переживайте, это наш друг – великий маг Гэндальф, он, кстати, очень мудрый, хотя сейчас и мало вериться. Эй, Гэндальф, ты долго там висеть будешь.
ГЭНДАЛЬФ:
— Пока не снимите. Слышь, Глорфи, помоги, а?
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (ехидно улыбаясь)
— ОК! Эльфы, стоять! Я сейчас! – выбегает из кухни.
Глорфиндель выходит на улицу и видит 5 точку Гэндальфа на улице. Он подскакивает к магу и изо всех сил пинает его под зад. Гэндальф с воплями влетает на кухню. Глорфиндель довольный возвращается в комнату.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Ну, что Гэндальф, трусы хоть не потерял от полёта?
ГЭНДАЛЬФ:
— Сволочь, ты! – дарит Глорфинделю злой взгляд и уходит к себе в комнату.
Эльфы тихонько стоят и изредка переглядываются.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Стадо, ща попру вас …
ЭЛЬФ:
— Простите, лорд Глорфиндель, мы так кушать хотим…
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— А я тут при чём?
ЭЛЬФ: (робко)
— А Вы не могли бы нам дать что-то пожевать…
Глорфиндель задумывается. Вдруг он улыбается:
— Могу только продать! 500 золотых и холодильник ваш!
Эльфы вздыхают и начинают сбрасываться. Глорфиндель получает свои деньги, а эльфы еду (вместе с холодильником).
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Так, сейчас идём в погреб. Покажу вам, что такое вино.
Тусовка подходит к погребу, Глорфиндель заходит первым, за ним эльфы. А в погребе идёт гульня. Пиппин в лифчике Арвен и Мерри с её же трусами на голове, сидят, абсолютно пьяные и допивают бочку лучшего вина Элронда.
ПИППИН:
— ЙО! Лорд Глорфиндель, чё такое? Присое…сосо…соединитесь к нам-с?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— F*ck! А ну пошли вон, алкаши! Хоботы, вон я сказал!
Хоббиты, шатаясь, выходят. Мерри обнимает Глорфинделя, как родного.
МЕРРИ:
— Ты, мой герой! – подпрыгивает, пытаясь поцеловать Глорфинделя.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Мерри, успокойся! Да, успокойся же! – прыгая, Мерри сбивает его с ног. – Мерри, мать твою, пошёл вон! – отпихивает, обнимающего его хоббита, — это ж надо было так нажраться!
Пиппин кусает Глорфинделя за руку.
ПИППИН:
— Не смей отвергать любовь моего друга! – ещё раз кусает.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Всё, доигрались! – он связывает Пиппину лифчиком Арвен руки, Мерри натягивает трусы на голову и выбрасывает их из погреба.
Эльфы, как всегда, в шоке.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Фууууух, надеюсь, у него не было бешенства. – Смотрит на укушенную руку.

Наконец экскурсия подходит к завершению. Глорфиндель приводит эльфов в большую, ярко освещённую комнату. С большим сюрпризом.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Тут мы фехтуем и стреляем из лука. – замечает Фарамира, сидящего в кресле, в руках у него меч.
ФАРАМИР:
— О, да! Глорфиндель, я безумно рад Вас видеть, прямо УЖАС, как рад! – на его лице появляется кривая улыбочка, но в глазах горит ненависть.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— О, здравствуй, Фарамир…Помните, эльфы, человека, который вам упорно показывал свой средний палец? Знакомьтесь – это наместник Фарамир.
ФАРАМИР:
— Я слышал, Вы, лорд, не плохо владеете, мечём. Возможно, Вы нам продемонстрируете своё умение? Я вам охотно помогу.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (надменно улыбаясь)
— Конечно, если устанете, скажите мне.
Он сбрасывет плащ, подходит и берёт меч. Фарамир встаёт и становится в центре комнаты.
ФАРАМИР: (тихо)
— Ну, что, тварь, сейчас я тебе покажу, как красть чужих невест!
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (тихо)
— От такого импотента, как ты, любая нормальная девушка сбежит. (Вслух) Нападайте, наместник!
Фарамир махнул, мечём, Глорфиндель ловко увернулся, эльфы в ужасе сбились в кучку.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (тихо)
— И это всё, на что ты способен? Да, я ожидал большего…как и Эовин…
Фарамир с воплями бросился на эльфа, опять промахнулся и сбил со стола многострадальную, сто раз склеенную, но любимую вазу Элронда. Глорфиндель заржал, Фарамир быстро встал и врезал ему в челюсть. Глорфиндель взвизгнул и повалился на пол, по пути схватив бюст с полки и Фарамира. Фарамир попытался вырваться, но у него ничего не вышло.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Что такое, Фарамир? Я тебе понравился?
ФАРАМИР:
— Пошёл ты!
Глорфиндель ударил его по голове бюстом и вскочил на ноги. Фаримир, пошатываясь, тоже встал. Они снова скрестили мечи.
На звук драки в комнату зашли Арагорн с Арвен и Эовин.
АРАГОРН:
— О, опять они дерутся! Теперь на мечах!
ЭОВИН:
— Мальчики, перестаньте!
ФАРАМИР:
— Сейчас, Эовин, я его немного «подправлю» мечём и мы перестанем!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Фарамир, не подумай, что я пошлю, но ты только языком и можешь работать.
ФАРАМИР:
— А ты и этого не можешь!

Он снова начал наступать на Глорфинделя. Эльф с лёгкостью отбивал его атаки, и всё время дразнил Фарамира. Разъярённый Фарамир крушил всё вокруг, не соображая, что делает. Тут в комнату зашёл Элронд.
ЭЛРОНД:
— ТАК! Быстро прекратите это! – посмотрел на кипишь, устроенный в комнате. – Прекратите это грёбано фехтование!
За спиной владыки стояла поражённая Галадриэль.
Фарамир и Глорфиндель враз бросили мечи и перешли на рукопашную. Элронд и Галадриэль замерли в шоке. «Стадо» продолжало, забито моститься в углу. Арагорн держал Эовин, порывающуюся присоединиться к драке, Арвен побежала за помощью в лице Гэндальфа.
ФАРАМИР:
— И что она в тебе, уроде, нашла?
Честно говоря, стройный и высокий, Глорфиндель был очень симпатичным, не смотря даже на разбитую губу, хотя сейчас больше походил на взбалмошного подростка, чем на эльфийского лорда, но в глазах Фарамира он был самым отвратительным и гадким существом Средиземья.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— То, чего в тебе явно нет!
Фарамир с криком: « Замочу, тварюка!» прыгнул на Глорфинделя, повалил на пол и собирался стукнуть его в очередной раз, но вмешался, приведённый Арвен Гэндальф.
ГЭНДАЛЬФ:
— Так, ребята, хватит! Фарамир, да отпусти ты его! Глорфиндель выплюнь кусок Фарамирского рукава! — с этими словами он оттащил Фарамира в сторону, Элронд удерживал рвущегося в бой Глорфинделя. Фарамир вырвался и вмазал Глорфинделю по лицу.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Сучка, я же просил не бить по лицу!
ФАРАМИР:
— А сам чего тогда бил? Мра**ь, ты мне фингал поставил!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Тебе не страшно! Если за угол поставить мою задницу и твою рожу, все, не отличив, решат, что это братья близнецы!
ФАРАМИР:
— Я тебя сейчас прикончу! – вырывается.
Наконец Глорфинделя и Фарамира растаскивают в разные стороны. Все расходятся. Арагорн и Арвен возвращаются в ванну, Гэндальф идёт искать Пиппина и Мерри, Фарамир уходит к себе в комнату, Глорфинделя уводит Эовин, Элронд идёт на кухню пить с Галадриэль валерьянку. По дороге они сталкиваются с растрёпанным, но счастливым Леголасом, выходящим из библиотеки.
ЭЛРОНД:
— Гхм, принц, Вы такой весёлый, полагаю, из-за чтения книг?
ЛЕГОЛАС:
— Ой, владыка, это Вы? Не видели Гимли? А то я так увлёкся…чтением.
ГАЛАДРИЭЛЬ: (сквозь смех)
— Да, заметно, насколько ты увлёкся. Это книга тебе засос на шее оставила?
Леголас прикрывает шею рукой, краснеет и быстро сбегает.
ЭЛРОНД:
— Владычица, думаю, нам не стоит заглядывать в библиотеку…Принц удивляет меня всё больше! Бьюсь об заклад, он занимался вовсе не чтением…
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— Ой, Элронд, не будь занудой! Пусть парень развлечётся! Твои сынки, вообще не известно где. – Начинает смеяться. Элронд недовольный замолкает.

Глорфиндель в это время разводит «дедовщину» у эльфов.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Так, стадо, какая зараза настучала на меня Элронду?
ЭЛЬФ: (тихо)
— Он сам пришёл…
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Выйти из строя! – эльф выходит и с опаской смотрит на Глорфинделя, — Дерьму слова не давали!
ЭЛЬФ:
— Но…но…
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— За нарушение приказа 40 приседаний. Приступить к выполнению!
Эльф начинает приседать.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Так, а теперь отвечаем, кто у нас работает дятлом?
Эльфы молчат и переглядываются.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Раз, так, я обязываю вас убрать в комнате дяди Бильбо, но учтите у него недержание и в комнате полно луж! А ещё он не умеет пользоваться туалетом, поэтому, там много куч.
Эльфы начинают плакать. Один выходит.
ЭЛЬФ: (сквозь слёзы)
— Простите, лорд Глорфиндель, это я позвал владыку, но я так испугался, так испугался… — Продолжает плакать.
Глорфинделю стало жаль эльфа, но он боялся потерять авторитет.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Так, наказание стукачу – 120 отжиманий.
ЭЛЬФ:
— От чего?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— От пола!
ЭЛЬФ:
— А можно от скамеечки. Я от пола не умею…
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Научишься! За болтовню и пререкания, количество ваших отжиманий увеличивается до 140! Приступить к выполнению!
Эльф всхлипнул и начал отжиматься. Для большей эффективности Глорфиндель, сбегав в комнату Арагорна, принёс и поставил под нос эльфа королевские потники.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (эльфу)
— Давай, давай! Старательней! И пой песню при этом! – эльф начинает петь, Глорфиндель торжествует, — а вы, лодыри, танцуйте, а то заставлю мыть парашу, и вылизывать пол на кухне! Веселей пой и громче, не проглатывай окончания слов! Резче танцуйте, мне скучно! А теперь …
Но тут это дело замечает, проходящий мимо, Трандуил.
ТРАНДУИЛ:
— Мать, моя женщина! Что это такое.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Стадо, взять! Или я вами пол на кухне вытру!– он указал на Трандуила. – Вывести врага из лагеря!
Эльфы постояли немного, подумали о том, что лучше: вывести из комнаты короля Лихолесья или вылизать пол на кухне и решили, что «прогнать врага» легче. Осторожно взяв Трандуила под руки, под радостные вопли Глорфинделя, эльфы вывели короля в коридор.
ТРАНДУИЛ: (Глорфинделю)
— Ах ты, гадина! Паршивец, скажи им отпустить меня! Я буду сопротивляться! – пытается стукнуть эльфов.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Король, а Вы знаете, где рукав пришивается?
ТРАНДУИЛ:
— Скотина, мать твою! Пустите.
Тут на вопли прибегает Леголас. Увидев, что происходит от вытаскивает кинжалы и делает шаг к эльфам, которые с ужасом разбегаются и бросают Трандуила.
ТРАНДУИЛ: (встал, отряхивается)
— Ну, Глорфиндель, конец тебе! – направляется к кухне, но Глорфиндель закрывает дверь прямо перед его носом.
Леголас стоит в шоке, он не может ничего понять.
ЛЕГОЛАС: (чуть не плача)
— Папа, что случилось?
ТРАНДУИЛ:
— Отстань, сын, не до тебя сейчас! – пытается выломать дверь.
ЛЕГОЛАС:
— Но, папа!
ТРАНДУИЛ:
— Отстань, сказал!
Леголас начинает всхлипывать, Трандуил продолжает ломать дверь. Глорфиндель в это время вылазит через окно на улицу, но, не удержавшись, падает, в тот момент, когда Трандуил выбивает двери. Приземляется Глорфиндель прямо на руки Галадриэль, гуляющей по саду с супругом и Элрондом. Галадриэль взвизгивает.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (сидя на руках Галадриэль)
— Ой, здравствуйте, владычица, а я тренируюсь прыгать с парашютом.
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— А где парашют?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Забыл…
КЕЛЕБОРН: (язвительно)
— Вы, наверное, и с балрогом так тренировались, только в тот раз Галадриэль не было.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (спрыгивает с рук владычицы)
— Владыка Келеборн, давно хотел Вас спросить: как, имея такую очаровательную жену, Вы являетесь ТАКИМ идиотом?
Келеборн, не привыкший к грубостям, начинает икать, потом он зеленеет от злости.
КЕЛЕБОРН:
— ЧТООООООООО? Да, как ты смеешь. Да я тебя…Да я тебе…
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Ой, меня прям тилипает от страха!
Тут из кустов выпрыгивает четвёрка хоббитов, за которыми гонится Гэндальф.
ГЭНДАЛЬФ:
— Отдайте! Отдайте!
Пиппин кидает Мерри какой-то предмет. Мерри пасует Фродо, а Фродо – Сэму. Сэм спотыкается, и падаете, предмет летит на землю, к ногам Глорфинделя. Это оказываются вставные челюсти. Эльф пинает челюсти, выбивая на них передние зубы, и они попадают в голову Арвен, сидящей с Арагорном в бассейне.
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— ФУУУУУуу!
АРВЕН:
— АААААААААа! Меня кто-то укусил!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Это Гэндальф, старый извращенец!
ГЭНДАЛЬФ:
— Отдайте зубы!
На улицу выбегает Трандуил, за ним хныкающий Леголас и встреченный в коридоре Гимли.
Арагорн вылавливает многострадальные челюсти и выбрасывает их из бассейна, челюсти попадают в Леголаса. Осознав, что по нему попало, принц начинает громко рыдать, Гимли пытается его успокоить.
ГИМЛИ:
— Ну, Легси, ну не плачь! Это всего лишь зубы!
ЛЕГОЛАС:
— Но это зубы Гэндальфа. – продолжает рыдать.
Арагорн вылезает из бассейна и тоже начинает успокаивать принца.
ЭЛРОНД: (прийдя в себя)
— Трандуил, заткни, своего сына, чего он ревёт, как белуга?
ТРАНДУИЛ: (погладил по голове Леголаса)
— Не плачь, сынок! (Элронду) Сам заткнись!
Глорфиндель и Галадриэль, смеющиеся всё это время, немного успокаиваются.
ГАЛАДРИЭЛЬ: (подходит к Леголасу)
— Легси, ну не плачь, что с тобой?
ЛЕГОЛАС:
— Мне не приятно, это же ЗУБЫ ГЭНДАЛЬФА! А ещё… — всхлипывает, — ещё…
ТРАНДУИЛ:
— Что ещё, сынок? Тебя Элронд обидел? Так я и ему сейчас все рёбра пересчитаю…
ЛЕГОЛАС: (Галадриэль)
— А ещё папа не хочет мне купить хомячка…
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— Трандуил, купи ребёнку хомяка!
ТРАНДУИЛ:
— Куплю, куплю, только не плачь!
ЛЕГОЛАС:
— А ещё папа не даёт мне деньги на ночные клубы…
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— Ну, ничего, без этого можно обойтись…
После этих слов, Леголас начинает выть, как пожарная сирена.
ТРАНДУИЛ:
— Да, дам я тебе деньги, дам! На.- Суёт Леголасу деньги.
Леголас считает сумму. Посчитав, тут же перестаёт плакать.
ЛЕГОЛАС:
— Ура! Гимли, тут на Морийский дискарь хватит, погнали отметим! – они встают и быстро линяют.
Трандуил стоит в шоке.
ТРАНДУИЛ:
— Меня обдурили, как мальчика. Неужели я поверил этим крокодильим слезам.
Тут к компании подходят дядя Бильбо и Глоин.
ГЛОИН: (Трандуилу)
— А чего мой сын с твоим по Ривенделу, как идиоты носятся?
ГЭНДАЛЬФ: (вставил «зубы»)
— Потому, что они и есть…
ТРАНДУИЛ:
— Гэндальф, улыбнись нам своей беззубой голливудской улыбкой.
Гэндальф улыбается и уходит под общий ржач.
ЭЛРОНД:
— Так, что тут произошло? Почему Глорфиндель прыгает из окон, а хоббиты носятся с зубами?
ТРАНДУИЛ:
— Он, он, Этот Глорфиндель, заставлял эльфов Галадриэль отжиматься и танцевать при этом и петь ещё. Я вмешался, и меня выкинули из комнаты!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Ой-ой-ой, какие мы нежные!
ЭЛРОНД:
— Лорд Глорфиндель, я Вас сейчас прикончу! Держите меня семеро!
Элородн порывается вмазать Глорфинделю, но вдруг во дворе появляется эльф, он слезает с лошади и подходит к Элронду.
ЭЛЬФ:
— Владыка, на нас напали орки, они идут сюда…
ЭЛРОНД:
— ЧТО. Да как они смеют.
Тут к компании подходят поддатые Гимли с Леголасом.
ЛЕГОЛАС: (с ужасом)
— Урчи!
ТРАНДУИЛ:
— Сынок, я и без тебя понял.
ГИМЛИ:
— Ё, вашу мать, опять? И много их?
ЭЛЬФ:
— Не меньше тысячи…
ВСЕ:
— АААААААААААААААа! Спасайся кто может!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— УРА. Развлекуха! Элронд, дай мне войско, хочу повеселиться, а то с цивилами скучно…
ЭЛРОНД:
— Я б дал, но почти никого нет, все на море отдыхать поехали…
ЛЕГОЛАС:
— Ах, море! Папа, если ты не дашь мне денег на путёвку, чес слово уплыву!
ТРАНДУИЛ:
— Сын, и в кого ты такой вымогатель.
АРАГОРН:
— Надо как-то выпутываться…Элронд, сколько эльфов ты можешь нам дать?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Нам. Я поведу воинов!
АРАГОРН:
— А морда у тебя не треснет.
ЭЛРОНД:
— Я могу дать только сотню…
АРВЕН:
— Папаня, вечно Вы экономите на всём! О какой победе может быть речь.
ЭЛРОНД:
— Посмотрим!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Я поведу войско в бой при условии, что Арагорн будет сидеть дома и сушить вёсла, а не путаться под ногами во время битвы!
АРАГОРН:
— Хрен тебе!
ЭЛРОНД:
— Согласен с Глорфинделем! Эльфы, взять Арагорна, в темницу его и побыстрее! Позаботимся о его безопасности! – мило улыбается.
ЭЛЬФЫ:
— Но он же король!
ЭЛРОНД:
— Он был бродяжником, есть и будет есть! Взять его!
Эльфы хватают вырывающегося Арагорна и тащат в темницу. Тут появляется Эовин, Эомер и Фарамир. Эовин уже одела кольчугу, с мечём, протирает шлем. Эомер и Фарамир помогают ей, в битве участвовать они явно не намерены.
ЭОВИН:
— Я иду с тобой, Глорфи!
Глорфиндель:
— Только этого мне не хватало! Прости, милая…Элронд! – машет Элронду.
ЭЛРОНД:
— Эльфы и её в темницу! – смотрит на Эомера с Фарамиром, — И ярла с наместником туда же!
АРВЕН:
— Папа, ты, что хочешь посадить Арочку вместе с этой… Эовин.
ЭЛРОНД:
— Не боись, доця, их к стенке прикуют, что бы не озоровали!
АРВЕН:
— Нет, уж, лучше и я пойду в темницу! – присоединяется к Эовин.
ФАРАМИР:
— Элронд, а нас за что.
ЭОМЕР:
— Так не честно, мы и не собираемся участвовать в сражении! Мы просто так…
ЭЛРОНД:
— А кто вас знает? В темницу! – подумал, — И Трандуила тоже!
ТРАНДУИЛ:
— ЧТО. А меня за что.
ЭЛРОНД: (ехидно улыбаясь)
— Для безопасности.
ЛЕГОЛАС:
— А можно…можно и мне…
ЭЛРОНД:
— В тюрягу? Конечно можно!
ЛЕГОЛАС:
— Нет… В битву…Можно? – невинно хлопает глазами.
Слышится вопль Трандуила: « НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ!»
ЭЛРОНД:
— Конечно можно! Только слушайся Глорфинделя!
Тут подбегают хоббиты, они открывают рты, что бы попроситься в бой, но Элронд тут же приказывает отправить и их в темницу.
ФРОДО:
— НЕТ. (упирается) СЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭМ! Я не хочу. Там Эомер, он меня опять за что-то подвесит!
СЭМ:
— Не бойтесь, хозяин Фро, мы сами его подвесим!
Гэндальф выходит во двор, вздыхает и ничего не говоря идёт в тюрьму, его примеру следуют Глоин и дядя Бильбо.

Элронд даёт обещанную сотню воинов Глорфинделю и они отправляются на встречу оркам. К ним присоединяются Леголас и Гимли, который наотрез отказался отпускать друга одного.
Галадриэль со вздохом пожелала всем удачи и опять пошла пить валерьянку.

Не прошло и пол часа, когда эльфы и Гимли увидели орков. Их действительно было не меньше тысячи.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Кто попытается слинять, клянусь, вылижет весь дом Элронда языком. Я лично это проконтролирую!
Орки заметив эльфов разразились ржачем. Огромный, как скала лидер – урук-хай, вышел вперёд:
УРУК-ХАЙ:
— Эй, ушастые, вы, что отряд камикадзе-мазахистов. – дружный ржач орков. – Или просто Элронду надоели?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— А вы, что отряд недоносков?
УРУК-ХАЙ:
— А, ты кто такой? – с удивлением посмотрел на Глорфинделя.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Бабушка твоя!
УРУК-ХАЙ: (не услышал сказанного Глорфинделем, но ему показалось, что эльф упомянул его бабушку, что орка несколько смутило)
— Кто. Что ты сказал, придурок?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Я сказал, что спал с твоей бабушкой! ****!
УРКУ-ХАЙ: (своим оркам)
— Что за чокнутый эльф.
Для орков эльфы были такими себе скромными, прекрасными созданиями, которые не то, что бы матом, вообще не позволяли себе ругаться. А тут такое! Урук-хай, будучи не таким идиотом, как большинство его войска, решил разобраться в чём тут дело..
УРУК-ХАЙ:
— Эй, ты, да, ты – бляндинистый, иди сюда, поговорить надо! – махнул Глорфинделю.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (эльфам)
— Слышали, этот *** хочет со мной переговоры переговаривать! Я сейчас со смеху помру!
Тем не менее Глорфиндель вышел на середину опушки, где они встретили орков, — нейтральную территорию. Урук-хай возвышался над стройным и, казалось, хрупким Глорфинделем, как гора, не смотря на то, что эльф считался высоким даже среди эльфов.
ОРКИ:
— Пусть ушастый бросит оружие!
Глорфиндель бросает меч и плюёт, чуть не попадая на сапог орка.
УРУК-ХАЙ: (кладёт оружие и лук на землю)
— Слышь, эльф, не плюйся на меня!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Ё моё, ты для этого меня звал? Предупредить, что бы я не плевал на твою обувь?
УРУК-ХАЙ:
— Слышь, чмо! Мы хотим Элрондову халупу! Обещаем быть с эльфами поласковей, есть не будем, продадим куда-нить. Согласны? Сдавайтесь, мать вашу! Вам не победить нас! – смеётся.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Я согласен, но с одним условием…
Эльфы и орки от изумления пооткрывали рты. Никто не ожидал такого поворота событий.
ЛЕГОЛАС: (Гимли)
— Что он делает?
ГИМЛИ:
— Не знаю…Он сошёл с ума…
Урук-хай засмеялся, он не ждал, что победа будет такой простой.
УРУК-ХАЙ:
— Что? Какое условие. – его голос был подобен раскатам грома, этого орка побаивались даже его подчинённые, но Глорфиндель, нагло улыбаясь, смотрел прямо ему в глаза.
В воздухе повисла тишина.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— При условии, что твои орки дружно споют песню Бритни Спирз. Хором.
Урук-хай взвыл от злости и разочарования. Глорфиндель звонко рассмеялся.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Что такое, орк, обломался?
УРУК-ХАЙ:
— А как ты отнесёшься, если я сейчас разорву тебя на мелкие кусочки и раздам своим ребятам на сувениры.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— А как ты отнесёшься, если я засуну тебе в зад вон тот твой большой лук и 2 раза проверну, против часовой стрелки.
УРУК-ХАЙ:
— Попробуй! – с этим криком он набросился на Глорфинделя, эльф увернулся, но орк всё же успел ударить его по плечу.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Моя мама меня и то больнее шлепала!
УРУК-ХАЙ: (в бешенстве)
— Я убью тебя, эльф, а голову насажу на копьё! – высказывание орка, как не странно, рассмешило Глорфинделя.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— О! То же самое мне говорила моя последняя девушка!
УРУК-ХАЙ:
— Ты, смеешь издеваться надо мной. – перспектива быть похожим на девушку этого наглого эльфа орка совсем не привлекала.- Ну, ничего, после нашей с тобой «беседы», вряд ли, ты понравишься хоть какой-нибудь девушке!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— А на тебя и до «беседы» никто не смотрел! Завидно?
У орка чуть не началась истерика, он с трудом сдержался, что бы не показать эльфу своих чувств.
УРУК-ХАЙ:
— Пора укоротить твой язык, эльф! Кстати, как тебя зовут?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Что такое? Я тебе понравился? Эй, эльфы, я начинаю побаиваться этого орка! Он хочет со мной познакомиться! Заигрывает! (орку) Прости, детка, но я женщин люблю… К тому же боюсь моя девушка нас не поймёт.
УРУК-ХАЙ:
— Я хочу знать имя моей жертвы!
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (игнорируя урук-хая)
— Эльфы, он хочет на мне жениться, не знаю, он меня почти уговорил! Ну, что соглашаться? – эльфы начали смеяться. Они совсем осмелели и с пренебрежением смотрели на орков.
УРУК-ХАЙ: (в отчаянии)
— Эльф, ты меня задрал!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Ну, хорошо, меня зовут Глорфиндель.
Урук-хай задумывается. Не тот ли это самый Глорфиндель, заваливший балрога?
Глорфиндель в это время начинает рассказывать, как много чучел -орков стоит у него в комнате.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— …короче до фига! Помню, разделывал последнего орка, жирный попался…
Орки с ужасом переглядываются. Вдруг они разворачиваются и разом дают дёру. Урук-хай видит это, он в бешенстве:
— Назад, ублюдки! Их сотня, а нас тысяча один! Вернитесь! – но орки не обращая внимания, разбегаются.
УРУК-ХАЙ(Глорфинделю)
-Я ещё вернусь, эльф! – бежит догонять своё войско.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Орк, ты прям, вылитый Терминатор! Эльфы, добивай врага! – эльфы с весёлыми воплями ринулись за орками.

ЛЕГОЛАС: (добивает орка)
— Гимли, спорим, у моего орка мозг больше!?
ГИМЛИ:
— Сейчас посмотрим!

Через пятнадцать минут сражение завершилось. Эльфы и Гимли, довольные, возвращались к Элронду.
ГИМЛИ: (весело)
— Ой, Легси, вернёмся, напьёмся до чёртиков!
ЛЕГОЛАС: (грустно)
— Нет, я с этим завязал…
ГИМЛИ:
— С чем, с чёртиками? Ну, тогда давай напьёмся до голого Арагорна…
ЛЕГОЛАС:
— Нет, с выпивкой…
ГИМЛИ:
— Чего.
ЛЕГОЛАС:
— Ну, ты прошлое лето помнишь?
ГИМЛИ:
— Конечно, да.
ЛЕГОЛАС: (со вздохом)
— А я не помню…
ГИМЛИ:
— Аааа, тогда понятно…

Элронд встретил воинов возле дома.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Йо! Элронд, траблы устранены! (войску) Смирно!
Эльфы и, даже Гимли, выпрямились и замерли.
ЭЛРОНД:
— Лорд Глорфиндель, какие мы понесли потери?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Мы потеряли 20 бутылок вина и 60кг закуси… Ни эльфийских ни гномских потерь мы не понесли.
ЭЛРОНД:
— Отлично. Но позвольте усомниться в ваших словах по поводу вина и еды. Я полагаю, вы просто применили…
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Как Вы можете? Вы во мне сомневаетесь.
ЭЛРОНД:
— Да.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Тю, мог бы и поблагодарить. Мы как не как победили!
ЭЛРОНД:
— Поздравляю Вас с победой!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Кто бы сомневался!?
ЭЛРОНД:
— Глорфиндель, будьте поскромнее!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Тащите еду — жрать хочу! Тащите Эовин, хочу…
ЭЛРОНД:
— Цыц! Глорфиндель, где ты находишься?!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— …забрать свой щит … Элронд, а ты что подумал?
ЭЛРОНД: (смущенно)
— Какая разница…Пойдемте отметим очередную победу над орками!

Все пошли праздновать победу, даже забыв о заключённых в темнице.
Через полтора часа празднований пьяный в стельку Леголас, проходя мимо темницы слышит тихое пение: « Золотые куполааааааа ааааааааааа!» и следующие за этим овации и голос Гэндальфа:
— Ара, повтори на бис «Владимирский централ»!
ГОЛОС АРАГОРНА:
— Владимирский централ…Ветер северный!
Тут то Леголас и вспоминает, о том, что многих не было на банкете из-за того, что их не выпустили из темницы. Он быстро, (для пьяного) бежит к Элронду за ключами.

В темнице.
Арагорн уже в 8 раз поёт про централ и 5 про Мурку. Он стал прям таки народным артистом.
ФАРАМИР:
— Арагорн, а ты не ходил на пробы в «Фабрику звёзд»?
АРАГОРН:
— Прикинь, не взяли! Я пел «Чёрный бумер», а мне сказали, что там чё-то с репом не то…
АРВЕН:
— Милый, тебе сказали, что у тебя не с репом что-то не то, а с репой твоей…
ЭОМЕР:
— Тю, там только попсу и пропускают, типа Леголаса или Глорфинделя…
ЭОВИН:
— Рот закрой! Знаешь, как клёво Глорфи поёт, когда в ванне моется!
ЭОМЕР:
— А может я тоже клёво пою. Только никто не спрашивал.
АРАГОРН:
— Так спой!
ЭОВИН:
— Ой, чё-то долго за нами никто не идёт.
ФРОДО:
— Наверное наших порешили…Орки захватили город…
ПИППИН:
— Тогда отлично, что мы тута сидим! Орки сюда-то не полезут!
МЕРРИ:
— Идиот, нет слова «тута», есть только «тама»! Кстати, Арагорн, а вдруг Фро прав, и тама уже орки лазят? Они ж всё вино выжрут!
ГЭНДАЛЬФ:
— Ничего, я почти допил запасы вина Элронда, а в бочку написал. Пусть враги попьют.
АРВЕН:
— ФУУУУУУУУУу! Гэндальф!
АРАГОРН:
— Что бы там ни было, а мы будем драться до последнего! Правда?!
ВСЕ: (вяленько, без воодушевления)
— ДАааааа!
Тут в темницу зашли Леголас и Гимли.
Леголас:
— Привет, вам, друзья мои! Я припёрся вас спасти!
ГИМЛИ:
— И я за тем же.
ЛЕГОЛАС:
— За чем?
ГИМЛИ:
— А, по фиг, пошли дальше праздновать! – пытается уйти.
ЛЕГОЛАС:
— Нет! Гимлер, стоять. Забыл кого бояться надо?!
ГИМЛИ:
— Нет, бояться надо пьяного Глорфинделя, у которого меняется ориентация…В зависимости от количества употреблённого им спиртного.
ЭОВИН:
— Неправда, он и пьяный меня любит!
АРАГОРН:
— Пьяный, он и меня любит!
АРВЕН:
— ЧТО.
МЕРРИ: (робко)
— Легси, а что наши продули? И в городе полно орков?
ЛЕГОЛАС:
— Нэт! Там токо один орк…
ВСЕ:
— КТО.
ЛЕГОЛАС: (довольно)
— Я!
ФРОДО: (тихо)
— М-да, допился принц…
СЭМ:
— Простите меня, но, Леголас, ты ведь принц…
ЛЕГОЛАС:
— Я орк! Кто хочет поспорить.
ТРАНДУИЛ:
— Сын, ты совсем рехнулся. Чудовище….
ЛЕГОЛАС:
— А ты…ты – отец орка!
ТРАНДУИЛ:
— Всё, Леголас, поплывёшь к мамке в Валинор!
ЛЕГОЛАС:
— Не хочу в Валинор, там много эльфов!
ТРАНДУИЛ:
— А ведь я знал, что надо было тебя матери после развода сплавить!
Гимли, а ты кто?
ГИМЛИ:
— А я – варг орка! Ё!
ГЛОИН:
— Гимли…
ЛЕГОЛАС:
— Так, варг, вези меня подальше oт этих эльфявых! – прыгает на спину Гимли и «уезжает» из темницы.
Дядя Бильбо жалеет Глоина и Трандуила.
ДЯДЯ БИЛЬБО:
— Ой, да не переживайте вы! Вон Фродо с 12 лет считал себя бобром и деревья грыз.
ТРАНДУИЛ:
— И когда это прошло?
ДЯДЯ БИЛЬБО:
— А разве я говорил, что это прошло?
Трандуил вздыхает.
Остальные в это время выходят из темницы подышать свежим воздухом. Все кроме Пиппина.
МЕРРИ:
— Пип, пошли уже, нас выпустили.
ПИППИН:
— Не могу поднять ногУ.
МЕРРИ:
— Не ногУ, а нОгу, ударение на «о».
ПИППИН:
— Всё равно, не мОгу. Я ушибся.
МЕРРИ:
— Бродяжник, помоги Пиппу, у него копыто сломалось.
Арагорн хотел сказать, что-то типа: « я не бродяжник», но передумал и пошёл за Пиппином.

Леголас в это время пугает эльфов, гоняясь за ними на Гимли. Это видит Гэндальф и Трануил.
ГЭНДАЛЬФ: (Трандуилу)
— Вашество, мне кажется принцу пора домой или в вытрезвитель.
ТРАНДУЛ: (со вздохом)
— Знаю… Легси, иди сюда!
ЛЕГОЛАС:
— Нет!
ГЭНДАЛЬФ:
— Принц, вернитесь на родину!
ЛЕГОЛАС:
— Нет, я не вернусь домой к папе и не поплыву в Валинор к маме. Распевает «Can’t Take Me Home».
Тут на улицу выходит Элронд. Он видит Леголаса. Вздыхает.
ЭЛРОНД:
— Трандуил, ну забери этого монстра с раздвоением личности!
ТРАНДУИЛ:
— А что мне за это будет.
ЭЛРОНД:
— Я не прибью твоего сына!
ТРАНДУИЛ:
— Попробуй к нему подойди! Знаешь, как он кусается! (Леголасу) Сынок, иди к папе.
ЛЕГОЛАС:
— Нет!
ТРАНДУИЛ:
— Орчье отродье!
ЭЛРОНД:
— Я дам тебе сундук золота! Трандуил, ну, пожалуйста!
ТРАНДУИЛ:
— Я ничего не слышал!
ЭЛРОНД:
— Два сундука. Это моё последнее слово! – видит, как Леголас вцепившись зубами, висит на ноге Арагорна. – Ладно! Трандуил, 3 сундука! Умоляю тебя.
ТРАНДУИЛ:
— Ладно, уговорил…
Трандуил подходит к Леголасу.
ТРАНДУИЛ:
— Орк, пошли со мной. Я разрешу тебе повыть на луну. Пошли, солнце.
Леголас задумывается, но всё же идёт с отцом. Элронд от радости обнимает Гэндальфа.

Через час Элронд устраивает собрание. На нём присутствуют все гости и Глорфиндель.
ЭЛРОНД:
— Я собрал вас здесь, что бы сообщить о том, что…
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Что вам пора по домам. Всем кроме Эовин.
ЭЛРОНД:
— А ОСОБЕННО Эовин!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Если выгонишь Эовин, выгоняй и меня!
ЭЛРОНД:
— ОК! Глорфиндель, ты свободен!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Отлично, я уезжаю в Лихолесье…
ТРАНДУИЛ:
— НЕТ! Только не делай поспешных выводов, Глорфи! Я уверен Элронд не это имел в виду!
ЭЛРОНД:
— То!
ТРАНДУИЛ:
— Ах так!? Знаешь, Элронд, мой сынок и его друг Гимли очень просились побыть у тебя в гостях подольше. Ты ведь не будешь против?
ЭЛРОНД:
— Буду. Ладно, Глорфи, оставайся.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Не надо мне поблажек.
ЭЛРОНД:
— Ну, пожалуйста, ну, лорд Глорфиндель, (тихо) я так не хочу видеть этих идиотов в Ривенделе.
Тут на совете появляется Галадриэль.
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— Привет всем! Келеборн съел вчера что-то не то и не сможет появиться на совете. Он с унитазом обнимается…
ЭЛРОНД:
— Поблагодарим, друзья мои, владычицу за пикантные подробности личной жизни её супруга.
ГАЛАДРИЭЛЬ: (не заметив иронии)
— Не за что. А знаете, что с ним происходит, когда он поест крабовых палочек? Его раздувает и…
ЭЛРОНД:
— Не знаем, и знать не хотим.
ГИМЛИ:
— А я хочу!
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— …а потом он покрывается зелёными пятнами и…
ЛЕГОЛАС:
— Владычица, я сейчас вырву…
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— Правильно! Потом он рвёт! В прошлый раз испачкал и себя и меня…
ГИМЛИ:
— Негодяй! Как он смел, пачкать Вас!?
ЛЕГОЛАС:
— Ой, хватит!
ГАЛАДРИЭЛЬ: (Леголасу)
— Ребёнок, тобой и так весь Ривендел пугают! Не вздумай рвать прямо на совете.
ЛЕГОЛАС:
— А Вы не говорите больше таких гадостей!
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— Аааа, так это тебе из-за моего рассказа плохо стало. Тебе купили хомячка?
ЛЕГОЛАС:
— НЕТ!
ТРАНДУИЛ:
— Галадриэль, не напоминай ему! А то опять начнёт деньги клянчить!
ЭЛРОНД:
— Весь в папу!
ЛЕГОЛАС: (гордо)
— И горжусь этим!
ЭЛРОНД:
— Я думаю, перед тем, как все разъедутся по домам…(тихо) быстрей бы уже… Так, вот, я думаю, нам стоит поделиться впечатлениями. Фродо, что ты скажешь нам? Тебе понравилось в Ривенделе?
ФРОДО:
— Нет!
ЭЛРОНД: (возмущённо)
— Почему это.
ФРОДО:
— Да, меня Эомер за трусы подвесил! А потом ты меня в темницу посадил. Владыка, знаешь, какие там тараканы. Они меня чуть не съели!
СЭМ:
— ДА! Я их всех поймал! – протягивает Элронду трёхлитровую банку с тараканами.
ЭЛРОНД:
— Так… Арагорн, а тебе-то как?
АРАГОРН:
— О, Элронд, всё было круто!…А можно я буду называть тебя «папа»?
ЭЛРОНД:
— НЕТ!
АРВЕН:
— А я?
ЭЛРОНД:
— А тебе можно. Леголас, а ты как провёл время.
ЛЕГОЛАС:
— Ну, в принципе не плохо. Только где-то потерял телефон одной симпатичной эльфийки с которой мы в библиотеке…
ЭЛРОНД:
— Леголас, нам не интересно, что и с кем у тебя было в библиотеке…
ЛЕГОЛАС:
— И не только в библиотеке.
ЭЛРОНД:
— Гимли?
ГИМЛИ:
— А? Чё? Ничё так я повеселился! Только Леголас всё время где-то со своей девушкой пропадал. Поэтому я был вынужден играть с Гэндальфом на деньги в карты. Кстати, маг, когда ты бабки вернёшь?
ГЭНДПАЛЬФ: (делая вид, что не слышал вопроса Гимли)
— Ну, а я не помню, когда я так в последний раз веселился.
ДЯДЯ БИЛЬБО:
— Зато я помню! Когда мы с тобой ходили в прошлом году в оркский гей-клуб.
Все смеются. Гэндальф замолкает и краснеет.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Слушайте! Я вчера после нашей пьянки просыпаюсь под столом и вижу: ко мне идёт мужик, одетый во всё в белое! Ё моё, думаю, допился! До «белочки», санитары приехали! Присмотрелся, а это Гэндальф!
ЭЛРОНД: (тихо)
— Глорфиндель, заглохни! (вслух) А что скажут наши многоуважаемые лориэнские эльфы.
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— О, всё было отлично! Я успокаивала рыдающего Леголаса, носила на руках Глорфинделя, и делала много разных, не менее весёлых вещей!
ЭЛРОНД:
— Я очень рад, что Вы отлично провели время. А, что скажут ваши эльфы?
Эльфы стоят и с опаской смотрят то на Элронда, то на Глорфинделя. Один нерешительно выходит.
— Ну… Мы тоже увидели много интересного…Например живой экспонат, который плюётся – Фродо Бэггинс…А ещё лорд Глорфиндель продал нам …холодильник. А ещё мы видели хоббитов-гермафродитов, в белье леди Арвен… — Арвен начинает душить Пиппина и Мерри, но Арагорн оттаскивает её. – А ещё мы были свидетелями того, как маг Гэндальф за чем-то крал занавески, а леди Арвен и король Элессар ныряли без акваланга в ванне. А ещё, лорд Глорфиндель научил нас словам «даун», «идиот», «дерьмо» и «полный ****». Жаль, владыка Элронд, что у вас ремонт в библиотеке, мы так хотели…
ЭЛРОНД:
— ГЛОРФИНДЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЛЬ.

Глорфиндель тихонько смылся с совета, когда эльф начал рассказывать про экскурсию, но встретил Эовин…
ЭОВИН: (схватила Глорфинделя за грудки)
— Ах, ты гад, какого ты запёр меня в тюрягу?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Я…я…
ЭОВИН: (тряхнула эльфа)
— Не заикайся! Отвечай чётко, как в армии!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Я… для твоей безопасности. А ты не могла бы вернуть мне щит…
Эовин бросает щит на землю, попадает на ногу Глорфинделя.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— ААААЙ!
ЭОВИН:
— На, забирай свой щит! Можешь его поцеловать, он мне не нужен! – разворачивается и собирается уйти.
ФАРАМИР: (сидя в кустах)
— ЕС! Правильно, Эовин! Брось этого урода!
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (пинает щит)
— Эовин, зачем мне этот щит, если ты меня бросишь? Ты лучше сотни щитов!
ЭОВИН:
— Ну, я что-то не верю в твои слова…Больше чувства!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Отлично! – хватает Эовин и целует.
ФАРАМИР: (сидящему рядом в кустах Эомеру)
— Всё! Я пошёл! Смотри, этот гад к ней пристаёт!
ЭОМЕР:
— Стой! Нас на этот совет отправят! Сиди тут тихо! – хватает Фарамира за ногу.
ЭОВИН: (которую уже отпустил Глорфиндель)
— Гы-гы! Вау! Ладно, я тебя прощаю!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Предлагаю уничтожить щит, из-за которого мы поссорились! – кидает щит в кусты и попадает по голове Фарамиру.
Фарамир:
— ААААААААААААААААААААААА! – падает.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Ой, что это?
ЭОМЕР: (из тех же кустов)
— Ква!
ЭОВИН:
— Милый, это какая-то галимая лягушка.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Странно…
ЭОВИН:
— Сейчас я её заткну! Кидает шлем в кусты.
ВОПЛЬ ИЗ КУСТОВ:
— КВА. Ай-ё!
ЭОВИН: (обнимает Глорфинделя)
— Я с ней разобралась. Пошли ко мне.
Тут появляется разъярённый Элронд:
— ААААААААААААА! Глорфиндель, убью.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— МАМА. Спасите! Он не шутит.
За Элрондом показываются Гэндальф и остальная тусовка.
Гэндальф:
— Элронд, стой, досчитай до 10 и тогда говори.
Элронд останавливается и сосредоточенно считает.
ГЭНДАЛЬФ:
— Ну, что посчитал?
ЭЛРОНД:
— Да.
ГЭНДАЛЬФ:
— Что ты теперь хочешь сказать?
ЭЛРОНД:
— Глорфиндель, я убью тебя.
ФРОДО:
— Да, довели владыку то дурочки…
СЭМ:
— И не говорите.
ПИППИН:
— Глорфиндель, побей его первым!
АРАГОРН: (ЭЛРОНДУ)
— Папа, не надо!
ЭЛРОНД:
— Какой я те папа. Бродяжник ты галимый!
АРВЕН:
— ПАПА! Он мой муж!
ЭЛРОНД:
— Глорфиндель, сволочь, я тебе сейчас всё припомню! И ремонт, и «******», и прыжки с парашютом! – трясёт испуганного Глорфинделя, — Жаль тя орки не добили. Ничего, я это исправлю!
ЭОВИН: (прыгает на спину Элронду)
— Оставь его в покое, маразматик старый!
ЭЛРОНД:
— УБЬЮ. – продолжает трясти Глорфинделя.
Тут вмешиваются Арагорн и Леголас. Арагорн снимает со спины владыки воинственную Эовин, Леголас выдирает из рук Элронда Глорфинделя. Наконец у них получается. Гэндальф, дядя Бильбо и Глоин держат Элронда, Эовин и Галадриэль поднимают с земли Глорфинделя, Арвен жалеет оцарапавшегося о Эовин Арагорна. Трандуил ругает Элронда, хвалит Леголаса и сплетничает с Галадриэль.
ЭОВИН: (обнимает Глорфинделя)
— Не подпускайте к моему котику этого психа!
ЭЛРОНД:
— Я- то твоему «котику» хвостик оторву!
АРАГОРН:
— Папа, не нервничайте, это вредно для вашего здоровья.
ЭЛРОНД:
— Я тебе не «папа»!
АРАГОРН:
— Прости, батяня!
ГЛОИН:
— А где Гимли?
Тут Гимли вытаскивает за ноги Фарамира и Эомера. Он заметил их в кустах и решил разобраться, в чём тут дело.
ГИМЛИ:
— Народ и моя многоуважаемая, прекраснейшая…
ЛЕГОЛАС:
— Гимли, перестань, мне не удобно…
ГИМЛИ:
— …Галадриэль. Легси, я и не о тебе. Короче, зырьте, что я надыбал! – толкает Фарамира.
ФАРАМИР:
— А! Эовин, зачем тебе этот …
ЭОМЕР:
— Заткнись, Фарамир, не видишь, мы попали! При чём конкретно.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Опа, да это же наши «лягушки»!
Фарамир стонет и чешет ушибленную голову. Эомер пытается встать.
ТРАНДУИЛ:
— М-да. По-моему пора расходиться по домам.
ЛЕГОЛАС:
— Ты прав папа. У Элронда такие плохие повара! Они нас уже 3 день не кормят!
ЭЛРОНД: (тихо)
— Это, что бы вы быстрее свалили.
ГЛОИН:
— Оххххх. Я думаю, нам стоит отправляться домой. Завтра же. А то боюсь, хозяин нас перебьёт.
Все соглашаются.
ЭЛРОНД:
— О, да! Наконец то! – не смог сдержать своих эмоций.

И вот наступило завтра. Гости собрали чемоданы и готовы были ехать. На крыльцо попрощаться вышел Элронд и даже его сынки-отморозки Элладан и Эрлоир, неизвестно откуда появившиеся. Не было только Глорфинделя и Эовин.
ЭЛРОНД: (Эрлоиру)
— Cгоняй, посмотри, где прохлаждается этот…лорд Глорфиндель.
ЭЛРОИР:
— Сейчас, папа. – Убегает.
Элронд прощается с гостями. Владыка обнимет каждого, говорит, что будет скучать, но упорно не приглашает больше в гости. Леголас рыдает, Трандуил, Гимли и Глоин его успокаивают, Галадриэль потдерживает еле живого Келеборна, который опять съел что-то не то, Фродо, Сэм, Пиппин и Мерри, как всегда, обнимаются, дядя Бильбо и Гэндальф стоят с удочками, они собрались на рыбалку, Арагорн рассказывает анекдот Арвен, Фарамиру и Эомеру.
АРАГОРН: (Элрнонду)
— Папа, не переживайте, мы с Арвен ненадолго уезжаем, только сгоняем в Гондор и назад, к Вам! – обнимает сопротивляющегося владыку.
ЭЛРОНД:
— Нет! Вот вам путёвка в кругосветное путешествие в один конец! Подарок к свадьбе!
АРВЕН:
— О, папа, это так мило!
Успокоившийся было Леголас, опять начинает рыдать.
ЛЕГОЛАС:
— О, Арагорн, это так романтично! Вы с Арвен объедите всё Средиземьё вместе! Я так счастлив за вас!
Арагорн обнимает Леголаса.
АРАГОРН:
— Не плачь, Легси, я вернусь и всё тебе расскажу.
ГИМЛИ:
— Только с подробностями, Ара! – тоже обнимается с Арагорном и они начинают рыдать.

Эрлоир в это время находит Глорфинделя, который выводит из конюшни лучшего коня Элронда.
Эрлоир:
— Так, что это ты, Глорфиндель делаешь?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Эовин нужен конь. Мы едем в Ристанию, моему Асфалоту нужен отдых. Меня-то он повезёт, а вот Эовин не хочет…
ЭРЛОИР:
— Чё-то мне кажется, это папе не понравится.
ЭОВИН:
— Ну и что?!
ЭРЛОИР:
— Так, пошёл я. Расскажу всё папе…
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Ну, что ж, ты не оставляешь мне выбора… Асфалот, фас! – указывает на Эрлоира.
Конь подбегае, хватает сына Элронда за шиворот.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Асфалот, зарой добычу во дворе. Можешь его немного попинать.
ЭРЛОИР:
— Тебе это так не пройдёт Глорфиндель! ААААААААААА!
Конь выносит Элроира. Эовин садиться на коня.
ЭОВИН:
— Милый, а твоя лошадка не прикончит этого идиота?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Нет! Что ты! Всё будет хорошо.
Асфалот возвращается. Глорфиндель гладит его, потом садится, и они с Эовин покидают Ривиндел.

Элронд наконец-то избавился от гостей. Весёлый, он решает совершить конную прогулку по своим владениям. Владыка направляется в конюшню и первое, что видит – зарытого по плечи Эрлоира во дворе. Он пробегает мимо сынка, забегает в конюшню.
На весь Ривендел раздается истерический вопль Элронда:
— ГЛОРФИНДЕЛЬ.

Подтверждение

Ночь – удивительное время, все изменяется и привычные предметы, пейзажи в полумраке кажутся иными. Горят, что перед сном полезно подышать свежим воздухом, так вот и я решил пройтись немного. С чашкой горячего чая, согревая руки, выдыхая клубы пара, я стоял в беседке и любовался ночным Лихолесьем под чье-то тихое пение.
Я хотел полюбоваться звездами – небо было затянуто тучами, и я не видел их, но шел снег, под прекрасное пение он кружился, вальсировал, оседая на мои волосы, корону и одежду. Отставив чашку, я подождал немного, чтобы руки стали прохладными, потом протянул ладони вперед. Сначала я пытался ловить снежинки, но они ускользали от меня, словно боялись растаять в теплых руках, тогда я вспомнил, что говорил мне отец, если хочешь поймать что-то подобное, снежинку или лепесток, стоит просто протянуть руку и ждать.
Я протянул руку и ждал, не прошло и минуты, как десятки снежинок опустились на мою ладонь, переливаясь в свете уличного фонаря, что освещал беседку. Действительно ли среди них нет ни одной одинаковой?
Снег продолжал кружиться, танцуя под пение, плавно и грациозно. В какой-то момент я подумал, а что если представить, что это звезды? Прикрыл глаза. Забыл о том, что я в беседке недалеко от дворца, забыл о том, что я вообще здесь есть. Были только падающие сияющие завораживающим светом звезды, танцующие под чье-то изумительное пение, что эхом раздавалось в неизвестности.

Мне вспомнилась цитата: «Я не пишу стихов и не люблю их. Да и к чему слова, когда на небе звезды?», — пожалуй, на этом пора бы завершить свою прогулку, а то, так и заболеть не долго. Позабыв про красный, давно остывший чай, я отправился в свои покои, думая о том, что было бы замечательно, если бы мне сегодня приснились звезды.

Подтверждение

Олень или Лось?

Подтверждение

Ми-ми-ми..

По моему это очень мило. URL

  • U-mail
  • Дневник
  • Профиль
  • Комментировать

Подтверждение

Я просто оставлю это здесь.

Подтверждение

Цитаты из книги

[Во время праздника лесных эльфов потревожили гномы из комании Торина. Гномы все, кроме Торина, как известно едва не попали паукам на обед, но были спасены Бильбо, а Торин. ]

У Торина была несколько другая судьба. Торин, шагнув вперед к костру, упал, как одурманенный. Крики заблудившихся гномов, вопли, когда их схватили и опутали пауки, звуки сражения на следующий день — ничего этого Торин не слышал. Потом его подобрали лесные эльфы, связали и унесли с собой. Да, разумеется, пирующие были лесными эльфами.

В большой пещере у восточной границы Черного Леса жил могущественный король лесных эльфов. Перед громадными каменными дверьми протекала река, сбегавшая с лесистых холмов, и дальше впадала в болота, расположенные у подножия гор. Эта большая пещера под землей состояла из многочисленных залов и ходов, от нее ответвлялось множество мелких пещерок. И пещера, и коридоры были куда светлее и веселее гоблинских, совсем не такие глубокие и не такие опасные. Подданные короля, вообще-то говоря, жили и охотились по большей части на открытом воздухе, в лесах. Жили они на земле и на деревьях, из всех деревьев больше любили буковые. Пещера же была королевским дворцом, сокровищницей и крепостью при нападении врагов. Там же находились и темницы для пленных. Туда и потащили Торина, с которым обращались не слишком вежливо, так как гномов здесь не жаловали. В старину у эльфов даже случались войны с гномами, которых они обвиняли в краже эльфовских сокровищ. Справедливость требует сказать, что гномы объясняли это по-иному — они, мол, взяли то, что им принадлежало. Король эльфов когда-то заказал им драгоценные украшения, дав для этого золото и серебро, а потом отказался платить за работу. И тогда гномы, не получив платы, оставили украшения у себя. У могущественного короля эльфов и в самом деле была слабость — он был скуповат. Сокровищница его ломилась от золота, серебра и алмазов, но он хотел еще и еще, чтобы сравняться в богатстве с прежними властелинами эльфов. Его народ не добывал руду, не обрабатывал металлы и драгоценные камни, не торговал и не возделывал землю. Любой гном это знал. Но Торин и его предки не имели никакого отношения к той старой распре между эльфами и гномами. Поэтому, когда с него сняли чары и он проснулся, он был возмущен их обращением. И решил, что из него не вытянут ни одного слова про золото и драгоценности. Король устремил на Торина суровый взгляд и стал его расспрашивать, но Торин на все отвечал только одно: он умирает от голода.

— Зачем ты и твои спутники трижды нападали на мой народ во время пира? — Мы не нападали, — отвечал Торин, — мы хотели попросить еды, ибо умирали от голода.
— Где сейчас твои друзья? Что они делают?
— Не знаю, вероятно, умирают от голода в лесу.
— Что вы делали в лесу?
— Искали пищу и питье, ибо умирали от голода.
— А что вам там понадобилось? — вконец рассердившись, спросил король.
Но Торин стиснул губы и не пожелал отвечать.
— Отлично! — сказал король. — Уведите его и держите в подземелье, пока не скажет правды! Пусть сидит хоть сто лет!

Эльфы связали Торина ремнями и заперли в одну из самых дальних темниц с крепкой деревянной дверью. Ему дали вдоволь еды и питья, пусть и не очень изысканных, — ведь лесные эльфы не гоблины, и даже со злейшими врагами они обращались вполне сносно. Только к гигантским паукам были беспощадны.

[Далее, следуя «Хоббиту», в плен попали и остальные гномы, и Бильбо, пробыв какое-то время во дворце, смог помочь своим спутникам бежать. А после смерти Смога. ]

Слух о смерти стража сокровищ прокатился повсюду, а легенда о богатствах Трора не устарела от того, что ее рассказывали без конца. Многие мечтают о том, что им тоже достанется часть добычи. Сюда уже движется войско эльфов, и с ними — стервятники, рассчитывающие на бой и кровопролитие.. Однако .король эльфов повернул к озер. Прошло четыре дня, и наконец гномы услыхали, что объединенные армии жителей Озерного города и эльфов подходят к Горе.

[Известно, что Трануил помог жителям Озерного города бескорыстно, Бэрд сказал об этом: «Король эльфов — мой друг, он поддержал озерных жителей в тяжелое время и сделал это по чистой дружбе, бескорыстно .» Когда Бильбо тайно вышел из лагеря гномвов и добился того, чтоюы его провели к Бэрду и Трандуилу, между ними произошел такой разговор:]

. Через два часа после побега Бильбо сидел у жаркого костра перед большой палаткой, а рядом, с любопытством глядя на него, сидели король лесных эльфов и Бэрд. Хоббит в доспехах, сделанных руками эльфов, завернутый в старое одеяло, — такое зрелище увидишь не каждый день.

— Знаете, право, — Бильбо говорил самым своим деловым тоном, — создалось совершенно невыносимое положение. Я лично крайне устал от всей этой истории. Я хочу домой, на запад, там жители гораздо благоразумнее. Но, понимаете, у меня в этом деле свой интерес — четырнадцатая доля, как гласит письмо, к счастью, я его сохранил. — И он достал из кармана своей старой куртки, надетой поверх кольчуги, смятое, сложенное во много раз письмо Торина, найденное им на каминной полочке под часами. — Четырнадцатая часть общего дохода, — продолжал он. — Лично я готов внимательно рассмотреть ваши притязания и вычесть из целого справедливо причитающуюся вам сумму и только потом заявить право на свою долю. Но вы не знаете Торина Оукеншильда. Уверяю вас, он так и будет сидеть на куче золота, пока не умрет с голоду, если вы отсюда не уйдете.
— Ну и пусть! — отозвался Бэрд. — Такому безмозглому упрямцу туда и дорога.
— Совершенно верно, — продолжал Бильбо. — Я вас понимаю. Но, с другой стороны, зима приближается, скоро тут будет и снег, и мороз. Продовольствия будет не хватать, даже эльфам придется туго. Возникнут и другие трудности. Вы не слыхали про Дейна и гномов с Железных Холмов?
— Слыхали когда-то. А какое они имеют к нам отношение? — спросил король.
— Так я и думал. Значит, у меня есть кое-какие сведения, которых нет у вас. Дейн, должен вам сообщить, находится в двух днях перехода отсюда, с ним по крайней мере пятьсот свирепых гномов; многие из них опытные воины, участвовали в ужасной войне гномов с гоблинами, вы несомненно о ней слыхали. Когда они дойдут сюда, начнутся большие неприятности.
— Зачем ты нам все это рассказываешь? — сурово спросил Бэрд. — Ты предаешь твоих друзей или запугиваешь нас?
— Дорогой Бэрд! — пропищал Бильбо. — Не спеши с выводами! В жизни не встречал таких подозрительных людей! Просто я пытаюсь избавить от неприятностей всех заинтересованных лиц. Теперь я сделаю вам предложение.
— Послушаем! — отозвались король и Бэрд.
— Вернее, посмотрим! — поправил хоббит. — Вот! — И он вынул из тряпицы Аркенстон.
Сам король эльфов, чьи глаза привыкли взирать на красивые вещи, был поражен. Даже Бэрд молча дивился камню. Словно шар, наполненный лунным светом, висел он перед ними в сети, сотканной из сверкания снежинок.
— Это Аркенстон Трейна, — пояснил Бильбо, — Сердце Горы. И сердце Торина. Для него камень ценнее золотой реки. Отдаю его вам. Он поможет вам вести переговоры. — И Бильбо не без сожаления протянул чудесный камень Бэрду. Тот, как зачарованный, уставился на Аркенстон в своей руке.
— Но как он достался тебе и почему ты отдаешь его, как свой? — спросил он, оторвав с усилием взор от камня.
— Н-ну, — смущенно ответил хоббит, он не совсем мой, но я. понимаете, я готов не требовать своей доли. Может, я и Взломщик, со стороны виднее, я лично себя таковым никогда не считал, но Взломщик более или менее честный. Сейчас я возвращаюсь назад, и пусть гномы делают со мной, что хотят. Надеюсь, камень принесет вам пользу. Король эльфов посмотрел на Бильбо, как на диковину.
— Бильбо Бэггинс! — сказал он. — Ты более достоин носить королевские доспехи эльфов, чем многие из тех, на ком они сидят лучше. Но что-то я сомневаюсь, чтобы Торин Оукеншильд думал так же! Пожалуй, я все-таки лучше знаком с гномами, чем ты. Вот мой совет: оставайся с нами, тут тебе будут оказаны почет и гостеприимство.
— Спасибо, спасибо большое, — ответил Бильбо и поклонился.

[В Битве Пяти Воинств, которая последовала на следующий день после этого разговора, Трандуил возглавил войска лесных эльфов. Эльфы, люди, гномы с помощью орлов и Беорна победили, однако Торин пал. ]

На могиле король эльфов оставил Оркрист, меч эльфов, отобранный у Торина в плену. В песнях говорится, будто меч светился в темноте, если приближались враги, поэтому на крепость гномов никто не мог напасть врасплох.

[Когда настало время возвращаться в Хоббитанию, Бильбо, Гэндальф и Беорн отправились в путь вместе с королем Трандуилом и лесными эльфами. Достигнув леса, путники разделились: эльфы вернулис в лес, а хоббит, маг и Беорн решили обогнуть лес с севера..]

— Прощай, король эльфов! — сказал Гэндальф. — Да будет весел ваш зеленый лес, мир еще достаточно молод! Желаю веселья всему вашему народу!
— Прощай, Гэндальф! — ответил король. — Желаю тебе и впредь сваливаться как снег на голову, когда ты нужнее всего. Чем чаще ты будешь гостем в моем дворце, тем мне приятнее!
— Прошу вас, — проговорил Бильбо, запинаясь и переминаясь с ноги на ногу, примите от меня подарок! — И он протянул королю серебряное с жемчугом ожерелье, которое поднес ему на прощанье Дейн.
— Чем же я заслужил такой дар, о хоббит? — спросил король.
— Э-э-э, я думаю. мне кажется. — промямлил в смущении Бильбо, — я. э-э-э. обязан вам за ваше. м-м-м. гостеприимство. И Взломщикам свойственно чувство благодарности. Я выпил много вашего вина и съел много вашего хлеба. — Я принимаю твой дар, о Бильбо Щедрый! торжественно произнес король. — Причисляю тебя к друзьям эльфов и благословляю. Да не укоротится твоя тень, иначе воровство станет слишком легким делом. Прощай!

Подтверждение

ПОЧЕМУ Я и торин?

Почему я и Торин? ПОЧЕМУ Я и торин?
А вековая ненависть за разграбление Дориата, не, не слышали?
Или то, что произошло при разорении Эребора, не наводит на мысли?
Да, было дело, мы сражались вместе с гномами.
НУ И ЧТО?!

Подтверждение

Ежегодная конференция эльфийских королевств

Ежегодная конференция эльфийских королевств
Автор: Master Erestor of Rivendell
Перевод: Таэлле
Фэндом: Дж.Р.Р.Толкиен
Пейринг: Эрестор/Глорфиндель, Элронд, Келеборн, Галадриэль, Трандуил и др.
Жанр: юмор, романтика
Саммари: Ежегодная конференция эльфийских королевств в этом году проходит в Имладрисе, и Эрестору она не несет ничего, кроме головной боли. Или нет?
Дисклеймер: Все принадлежит их законным владельцам.

День 1: Глорфинкль, Гарфиндель и Глорфанкль

Суматошный день. Ежегодная конференция эльфийских королевств в этом году проходит в Имладрисе, так что лошадей и знати набилось тут множество.

Рано утром прибыл Его Величество Трандуил Исключительный и Впечатляющий, Великолепный и Грозный Правитель Лихолесья, король милостью Валар, правитель двух тысячелетий, Сияющая Звезда Зеленого Леса, прекраснейший из всех эльфийских владык, Свет Темных Эпох, сын Орофера Великолепного, дар Элберет Эльфам и т.д. и т.п. со свитой.

Это было непросто, если учесть слегка напряженные отношения между нашими королевствами.

Последние несколько дней мы потратили на то, чтобы убрать из общих помещений все портреты, статуи, статуэтки и памятные кружки с Гил-Гэладом. Элронд дуется, потому что я вычеркнул посещение музея Гил-Гэлада из официального списка завтрашних мероприятий. Но убрать бабу на чайник с Гил-Гэладом я его уговорить не сумел.

Я собирался приветствовать короля на впечатляющем парадном приеме, но он, к сожалению, прибыл рано, и Элронд был все еще занят на совете.

Два хоббита спорили о праве собственности на ослика, и пока Элронд пытался уговорить их обратиться к здравому смыслу, ослик решил, что с него на сегодня хватит свар и сбежал в большой зал как раз в тот момет, когда прибыл Трандуил.

Он посмотрел на меня и сказал: — Мастер Эрестор, вы ни капли не изменились с тех пор, как я вас видел в последний раз.

Потом он повернулся к ослику. — И вы тоже, дорогой Элронд.

Я решил проводить Трандуила в его комнаты, пока не началась вторая Резня.

Потом я пошел поискать Глорфинделя, обсудить график охраны. Нашел я его у Бруинена; он тренировался в стрельбе из лука, используя в качестве мишени портрет Трандуила.

Судя по результатам, либо он очень плохо стреляет, либо ни разу не целился выше пояса…

Говорят, что одна из бесчисленных бывших жен Глорфинделя еще во Вторую Эпоху сбежала с эльфом из Лихолесья, торговавшим луками, и с тех пор он затаил обиду.

Если учесть, что одна из бывших жен Трандуила сбежала с Глорфинделем, по-моему, он немножко перебарщивает.

Трандуил привез просто замечательные подарки: книгу для близнецов («Это исторический обзор боевых стратегий нолдор и причин их провала»), набор серебряных вязальных спиц для Арвен («Единственное оружие, подходящее для леди») и трех ворон («лучшие в Лихолесье») для Элронда.

Одна его сразу укусила.

Именно этого нам и не хватало. Какая прелесть.

Как только Трандуил скрылся из виду, Элронд отдал птиц мне, схватил бутылку мирувора и ушел к себе, объявив, что у него болит голова.

Глорфиндель предложил подать ворон на обед в чесночном соусе, но я решил оставить их себе. Он скривил губы и сказал, что идея замечательная, и держать домашних любимцев — свидетельство чуткости, но мне стоит тогда для разнообразия начать носить, скажем, красное, а то людям сложно будет отличать меня от ворон.

Я назвал их Глорфинкль, Гарфиндель и Глорфанкль.

Он почему-то не нашел это смешным.

Ну и замечательно!

Заметка на память: завтра прибывают Келеборн и Галадриэль. Не забыть повесить на винный погреб замок потяжелее.

День 2: Ежевика и суматоха

Крайне неприятный день.

Сегодня утром обнаружил у себя на тахте пятилетнюю дочь друзей. Она жевала один из моих свитков. На столе была записка:

«Пришлось уехать в Гондор на праздники. Не смогли взять Ежевику с собой. Заберем ее через две недели. Развлекайтесь. Не давай ей есть маргаритки. С благодарностью — Кролик».

Я попробовал забрать свиток, но Ежевика меня укусила. Тогда я осторожно поднял ее с тахты и посадил на ковер. Она бросила свиток и немедленно начала жевать ворс.

Кажется, мне вовсе не нравятся дети.

А ко всему этому только что приехал Келеборн. С собой он привез не только стилиста по прическам и личного дизайнера мантий, но еще и двадцать четыре экзотических танцовщицы — чтобы произвести впечатление на Трандуила, разозлить Элронда, а еще потому, что Галадриэль пришлось остаться дома и проследить за ремонтом королевского талана.

Келеборн въехал в Ривенделл со свитой, которая сответствовала его эго, а нам в итоге пришлось искать комнаты для скудно одетых девиц, которые шли во главе королевской процессии, колотя в тамбурины, мелодично воспевая хвалу его светлости и покачивая бедрами.

К моему глубокому удивлению Элладан, Элрохир и Леголас немедленно предложили помочь проводить гостей по комнатам. Я рад отметить, что они наконец-то проявили интерес к исполнению своего долга как наследников соответствующих королевств.

Тем временем Ежевика воспользовалась тем, что я на секунду отвлекся, взобралась на портьеру в большом зале и принялась швыряться яблоками в делегацию из Лихолесья. Даже если не считать опасности того, что она упадет, тут под угрозой был мой авторитет, но как я ни кричал, вопил и ругался, непохоже было, чтобы она в ближайшее время собиралась слезать.

Глорфиндель отодвинул меня в сторону, сказал: «Эрестор, позволь этим заняться профессионалу,» а потом проворковал, «О прелестная юная эльфийская принцесса, не хотите ли спуститься и пойти погулять с дядей Глорфи?»

Она молнией слетела с портьеры и очутилась прямо на руках у Глорфинделя, и он самодовольно улыбнулся мне. — Надо тебе поработать над техникой, Эрестор. Неудивительно, что ты все еще не женат.

Кажется, мне очень сильно не нравится Глорфиндель.

До обеда все было хорошо. Схдил на кухню, велел шеф-повару приготовить роскошный обед, чтобы угодить нашим королевским гостям. Попытался забрать у Ежевики суповую кость, она меня укусила.

К обеду столы ломились от сладчайших фруктов и сочнейшего мяса. Трандуил начал одну из своих лекций о преимуществах вегетарианства и аскетического стиля жизни. Он хвастался, что всех его детей растили только на овощах и фруктах, и живут они все целомудренно, даже женатые, и стоит только взглянуть на Леголаса, чтобы увидеть, что именно так и надо растить юных эльфов.

К несчастью, Келеборн заметил, что под столом что-то происходит, и имел невоспитанность приподнять скатерть, а там как раз одна из его танцовщиц кормила принца Леголаса куриной ножкой.

Трандуил не нашел в этом ничего смешного.

(— Три эпохи подряд питаться мясом! Вы сами виноваты в своих залысинах, Элронд!)

они перешли к здоровому образу жизни

( — В Лихолесье наши воины каждое утро купаются в ледяной воде, и это делает их тела тверже. — А я-то всегда думал, что от ледяной воды бывает наоборот.)

и наконец к боевым искусствам

(У нас здесь есть великие воины — всем, в конце концов, известно, что Глорфиндель победил балрога! — Победил балрога? А разве балрог не от смеха умер?)

и через несколько минут у нас назревала новая Резня.

— Да тебе и ночи в лесу не прожить без мягкой постели, надушенной ночной рубашки и шести девиц, которые бы тебя листьями мэллорна обмахивали, — насмешливо протянул Трандуил.

«Да неужели?» — сказал Келеборн, и Трандуил крикнул, «Вот именно! Хочешь поспорить?» — а Келеборн ответил «Да!»

Знаменитые последник слова.

Спор был простой: Элронд и Келеборн должны были прожить в лесу два дня и две ночи, вооруженные только луками, стрелами и охотничьими ножами. Если они справятся, то Трандуил вручит каждому из них по бутылке своего вина Второй эпохи особо редкого урожая 2948 года, а если нет, то Элронд отдаст Трандуилу ящик Мирувора из своих запасов, а Келеборн на неделю отправит к нему танцовщиц.

Я попытался их вразумить, но Элронд все еще дулся из-за того замечания насчет его залысин, а Келеборн вообще никогда никого не слушает, так что они оба пошли к себе собрать вещи, и вернулись через полчаса одетые в рейтузы и вооруженные согласно предварительной договоренности.

Келеборн осмотрел необычайное зрелище — собственного зятя без парадной мантии — и что-то пробормотал насчет луков и ног дугой. Элронду это чрезвычайно не понравилось, и он заметил: «Неплохая туника, Келеборн, в талии не жмет?»

Майстер-клас з виготовлення глиняного свищика. Майстер-народної творчості Анатолій Філозоф

Наконец они оба со всеми распрощались и уехали во тьму. У меня плохие предчувствия. Сказал об этом Глорфинделю, но тот только пожал плечами.

— Не знаю, чего ты беспокоишься, — сказал он. — Они оба взрослые и опытные воины. Самое плохое, что может случиться, это если Келеборн сядет на ядовитый плющ, и если по-честному, Эрестор, мы оба будем этому рады.

Я не ответил, хотя отчасти был согласен — только отчасти, потому что самое плохое будет не то, что Келеборн сядет на ядовитый плющ, а то, что он и Элронда туда пошлет, и скажет, что там абсолютно безопасно. У него так уже было во время медового месяца с леди Галадриэль. Она потом два дня в ведре с холодной водой сидела.

Так что теперь Келеборн и Элронд где-то в глуши, Трандуилу уже снится мирувор Элронда (а возможно, и девицы из Лориена, исполняющие танец с покрывалами), а Глорфиндель сидит в большом зале и развлекает затасканными анекдотами из своей биографии танцовщиц Келеборна.

Ежевика одну из них укусила.

Кажется, дети мне нравятся.

День 3: «Noli me tangere!»

Прошлой ночью я застал Глорфинделя в библиотеке — он как раз демонстрировал одной из танцовщиц Келеборна, как именно он набросился на Балрога и повалил его.

Она изображала Балрога.

Я как раз вспомнил, что мне бы надо остаться рассортировать кое-какие свитки, так что засиделся там допоздна.

Кажется, он назвал меня Эрестеррор, когда уходил, но возможно, я неправильно его расслышал.

Проснулся от громких криков из сада. Схватил халат и кое-как добрался до окна — оказалось, это Трандуил и его стражники занимаются утренней зарядкой.

Они бегали вокруг старого дуба, того, что возле летнего павильона Элронда, и это уже было чересчур в такой час, но они еще и пели популярные лихолесские песни вроде «Моей лесной малышки».

Я подумал было поупражняться в стрельбе из лука по движущимся объектам, но решил, что дело не стоило дипломатического инцидента.

Заметил, что неподалеку притаились несколько танцовщиц Келеборна. Они одобрительно свистели каждый раз, когда мимо пробегал Леголас.

Он пробегал часто.

И бегал он без рубашки.

Суматоха в летнем павильоне.

Орофин дал Арвен пощупать свои бицепсы, потом Эстель дал Орофину пощупать свой кулак. Орофин предложил засунуть ему лук туда, где никогда не светит Ариен, и через несколько секунд они уже вцепились друг другу в горло.

За исключением перелома нескольких незначительных костей, все обошлось благополучно. Надо поговорить об этом с Элрондом — пора кому-то обсудить с Арвен достоверность гипотез об аистах и капусте.

Услышал крик Арвен и схватился за меч. Явно либо на нас напали орки, либо Ежевика, за которой Арвен присматривала, попробовала на ней какие-нибудь древние лориенские боевые искусства, так что я побежал туда.

Оказалось ни то, ни другое. Кто-то положил ей в постель мертвого варга.

Обязательно надо поговорить с Орофином о том, как различаются традиции ухаживания в Лориене и Имладрисе.

Решил пойти искупаться в Бруинен. Пришел на берег, разделся и изящно нырнул головой вниз в воду. Слишком поздно осознал, что я не один. Там была вчерашняя танцовщица, одетая в три стратегически расположенных листа мэллорна.

И при этом на ней было надето куда больше, чем на мне.

Она предложила помыть мне спинку; я вежливо, но твердо отказался. Потом она сказала, что мне давно пора справиться с нездоровой боязнью плотских удовольствий и начать наслаждаться жизнью.

Я спросил ее, о чем она говорит, и она ответила, что стесняться нечего, лорд Глорфиндель все ей объяснил про мою фобию.

Это предел всему. Я еще увижу его голову на блюде. С яблоком в зубах.

Она подобралась ближе и начала говорить, про то, что мы взрослые эльфы и надо ловить момент, и как раз когда она приготовилась к атаке (потеряв при этом один или два листочка), я выскочил из реки и убежал.

К несчастью, я забыл одежду.

Больше часа просидел в кустах, отмораживая себе уязвимые места, пока наконец мимо по пути к конюшням не прошел Трандуил. К моему пущему унижению Глорфиндель тоже там оказался.

Трандуил что-то пробурчал о местном упадке нравов, а Глорфиндель хлопнул его по спине и радостно объявил: «Посмотрите, ваше величество, какие прекрасные ягоды растут на наших кустах — в Лихолесье наверняка ничего подобного не найдется! Это, дорогой Трандуил, знаменитая ривенделлская черноплодка!»

В тот момент я бы с удовольствием придушил его прямо на месте.

Но он хотя бы одолжил мне свой плащ.

Нашел девицу из реки у себя в ванне. Она предложила мне откусить кусочек. Я сказал, что сижу на диете.

Пришел один из стражников с запиской от Келеборна. Он просит послать корзину с едой, подушки, вино и танцовщиц в лес, где они ночуют. Вместо этого я дал стражнику «Добродетель аскетизма», том 2, из моей личной библиотеки, и отослал его обратно.

Посмотрел в окно. Увидел, как Румил скачет к лесу. К седлу у него были прикреплены корзинка для пикника, две шелковых подушки и девица.

Келеборн просто не в состоянии вести честную игру.

Пошел к себе, чтобы пораьше лечь спать.

Нашел у себя на постели мертвого варга и корзину черноплодки.

Должно быть, все дело в жаре.

Элронд и Келеборн все еще борются за выживание в лесу. Пока я это пишу, они имеют дело с ядовитыми пауками, кровожадными москитами, орками-головорезами и ужасными дикими зверями.

Ох, как я им завидую.

День 4: «Миссис Глорфиндель, я полагаю?»

Этот жуткий день, скорее всего, худший в моей жизни, начался не так уж плохо.

Проснувшись утром, я обнаружил на прикроватном столике очень приятный сюрприз — корзинку со свежей земляникой. Должно быть, какая-то добрая душа подслушала, как я вчера сказал Глорфинделю, что в последнее время чрезвычайно соскучился по эти ягодам. Как мило! Я решил попозже выяснить личность своего неизвестного благодетеля, но в тот момент, когда я укусил первую сладкую сочную ягоду, утро показалось мне куда ярче.

К полудню Элронд и Келеборн все еще не вернулись домой, и я начал беспокоиться об их благополучии. Силы зла были недалеко от наших границ, два лорда были одни в лесу, и не дай валар, на них нападут! Нет, я не сомневался в воинских дарованиях Келеборна и Элронда, но последней битвой, в которой они участвовали, был четвертый развод Глорфиделя, и хотя там тоже были напряженные моменты (бывшая жена Фина номер 4 решила поправить будущей жене номер 5 прическу булавой), два эльфа, вооруженных только луками, охотничьими ножами и сарказмом, против банды орков — это совсем другое дело.

Я в сотый раз обругал Трандуила за то, что тот затеял этот дурацкий спор, и пошел к Глорфинделю обсудить с ним этот вопрос.

Я постучался и услышал внутри шебуршание, потом стук и шелест ткани, но дверь никто не открыл. Тогда я постучал еще, на этот раз несколько погромче.

— Глорфиндель, это я, Эрестор. Мне надо с тобой поговорить.

Опять шебуршание, и наконец Глорфиндель открыл дверь, весь растрепанный и бледный, в одних штанах и с засосом на ключице размером с лист мэллорна. Это уже было просто… Я там стоял и беспокоился за жизнь двух наших самых замечательных эльфийских лордов, а неподражаемый победитель балрога занимался… чем там занимаются победители балрогов, чтобы заработать засос.

По крайней мере, ему хватило совести принять виноватый вид и покраснеть.

— Могу я зайти, — спросил я наконец, — или мы обсудим вопрос отправки поискового отряда за лордами Элрондом и Келеборном прямо тут в коридоре?

Глорфиндель тяжело вздохнул и отошел в сторону.

— Эрестор, потише, пожалуйста. У меня в голове семь гномов ведут рудничную добычу митрила, и вообще сейчас слишком рано, чтобы спорить.

Я неодобрительно глянул на него.

— «Рано»? Милорд Глорфиндель, клянусь валар, с моей стороны было крайне невежливо вытащить вас из постели в такой безбожно ранний час, как одиннадцать утра. Я предложу лорду Элронду, что в будущем заседания лучше проводить за обедом, чтобы вас не отвлекали от развлечений такие мелочи, как то, что он пропал в лесу и его может сожрать банда орков.

Глорфиндель посмотрел на меня налитыми кровью глазами.

— Полегче с сарказмом, дорогой Эрестор. Я уже чувствую, как в воздухе образуются сосульки. Если я чем-то тебя расстроил или разгневал, я прошу прощения. И вообще, торжественно обещаю завтра повеситься, если тебе это поможет, но пока что, может, сядешь и расскажешь, в чем дело?

В хорошие дни кресла в комнате Глорфинделя завалены одеждой, книгами, свитками, легкомысленными картинками и разнообразным оружием. Над камином вывешена для всеобщего восхищения голова балрога, хотя грязный носок, свисающий с одного из его рогов, слегка снижает героический эффект.

В плохие дни Фин забывал относить обратно на кухню тарелки с недоеденным, и объедки начинали жить своей собственной жизнью.

Сегодня был плохой день; глядя с отвращением на зеленоватую массу на тарелке, прикрытую небрежно брошенной на стол рубашкой, я ощутил полную уверенность в том, что там зародилась новая форма жизни, которая несомненно обожествляла Глорфинделя как своего творца.

Глорфиндель сел на кровать и, натягивая сапоги, поинтересовался, какая «добрая богиня» направила меня к его «скромному жилищу».

— Элронд и Келеборн, — сказал я.

Глорфиндель посмотрел на меня выжидательно и заметил: — Значит, не богиня. Ладно. Что с ними такое?

— Я боюсь, что у них проблемы.

Фин озадаченно посмотрел на меня. — Ты думаешь…? Да нет, не стоит переживать, Келеборн совсем не во вкусе Элронда…

— Фин! — крикнул я. — Это не смешно! Они там совсем одни и без всяких средств защиты!

Фин саркастически улыбнулся.

Реалистичный лист пальмы из фоамирана для букетов и цветочных композиций. Tropical palm leaves DIY

— Ну тогда остается только молиться валар, чтобы ни один из них не забеременел…

Не успел я выразить своем возмущение по поводу этого замечания, как гобелен (купание обнаженных дев) упал, и из-за него показалась роскошная блондинка без малейшего клочка одежды; быстро узнал в ней ту самую женщину, которая набросилась на меня у реки.

Будь проклят Келеборн и его личное развлекательное шоу.

Фин откашлялся и сказал:

— Дорогая, это Эрестор, мой…

Я одним взглядом дал ему понять, что я ни в коем случае не его, так что он прервался и махнул рукой в сторону женщины.

— Эрестор, это Алиэль… моя жена.

Тарелка из-под фруктов ударилась о голову Глорфинделя с замечательным глухим стуком. Вряд ли он в ближайшее время будет сомневаться в моей меткости.

Несмотря на свое отношение к вопросу, Глорфиндель немедленно собрал поисковую партию — как только он возьмется за дело, то действует очень эффективно.

Наверняка его бывшая жена со мной согласится.

Не то чтобы мне было до этого дело.

Они довольно быстро доставили Элронда и Келеборна обратно. Келеборн и правда попал в переделку, но орков там не было, только книга «1001 поза любви Лотлориена», 6 бутылок мирувора и одна из его танцовщиц, которая представилась как Алисвель, в результате чего ему защемило нерв в пояснице и он не мог пошевелиться.

Так он, по крайней мере, заявил.

Элронд, которому пришлось целые сутки терпеть ноющего Келеборна, направился прямо в винный погреб и закрыл за собой дверь, объявив что в ближайшие несколько часов он будет медитировать и беспокоить его не следует, и не присмотрит ли Элладан за лордом Келеборном, потому что с него, спасибо, хватит.

Так что мы отнесли Келеборна к целителям и позвали Элладана, чтобы он занялся своим дедом. Элладан, конечно, был далеко не лучшим целителем в Ривенделле; Элронд неоднократно замечал, что его старшенькому лучше бы лечить скот, а не эльфов, и если учитывать обстоятельства, скорее всего Элронд именно поэтому хотел, чтобы Элладан взял на себя его обязанности.

Пока Элладан осматривал деда, а тот каждую минуту вскрикивал от боли, Алисвель утирала ему разгоряченный лоб влажной тряпочкой. Келеборн как-то раз после боя добрался до Дориата со сломанными ногой и рукой, так что я никак не мог избавться от ощущения, что возможно, он играет на публику.

— Ой, больно! Полегче, Элладан, я же не лошадь!

Элладан пробормотал что-то, к счастью, неразборчиво, а Алисвель проворковала:

— Могу я чем-то вам помочь, милорд?

Келеборн устало помахал у нее перед носом левой рукой, на которой была царапина от ягодных кустов размером примерно с ноготь.

— Эта рана ужасно меня терзает, дорогая… — прошептал он слабым голосом.

Алисвель взяла его руку и промурлыкала: — Может, я поцелую и все пройдет, милорд?

— Я никогда бы не посмел попросить, но раз ты сама предложила…

— Чем, во имя Элберет, ты тут опять занимаешься, Келеборн?

Возрадуйся, о Ривенделл — прибыла леди Галадриэль, сопровождаемая Халдиром и Кроликом.

Температура сразу упала как минимум на двадцать градусов.

Ее присутствие вызвало у Келеборна чудесное исцеление — он побелел и соскочил с постели, причем с изумительной ловкостью, если учесть серьезность его травмы.

Алисвель попыталась спрятаться за Элладаном, а Глорфиндель ушел к себе, заявив, что очень устал.

Кто бы сомневался!

Да покроют валар дальнейшие события милосердным покрывалом забвения — сначала Галадриэль гонялась за Келеборном с мечом, а когда Халдир наконец сумел отнять у нее оружие, Трандуил вручил ей метлу, держать которую было легче, в результате чего она смогла бежать быстрее.

Элладан и Элрохир ставили на победу деда, а Леголас болел за Галадриэль. Мне все еще кажется, что он в нее слегка влюблен.

Я отвернулся от ужасного зрелища, но поскольку я отвечал за наших гостей, пока Элронд занимался созерцанием жизни в винном погребе, то мне пришлось проследить за исходом танцовщиц Келеборна и удостовериться, что ни одну не забыли.

Кроме того, Галадриэль, лихо размахивающая вилами (спасибо королю Трандуилу) — это незабываемое зрелище.

Наконец она откинула волосы с лица и пробормотала: «Так, с этим разобралась». Потом она повернулась к своим галадримам и скомандовала: «Халдир! Орофин! Румил! Дезинфицируйте спальню!»

Последней, кстати, уходила бывшая миссис Глорфиндель. Я не удержался и помахал ей на прощание.

Я такой внимательный хозяин.

Я уже надел ночную рубашку и заканчивал последнее на сегодня письмо, когда кто-то постучался ко мне в дверь.

— Войдите, — крикнул я, ожидая Элладана с сообщением о здоровье Келеборна или по крайней мере о состоянии процесса развода между ним и Галадриэль.

Но это был Глорфиндель.

Я не стал даже вставать, просто глянул на него неодобрительно и продолжал писать.

— Ну вот… — начал он.

— Что вам угодно, лорд Глорфиндель? — спросил я, не поднимая головы от работы.

— По-моему, нам надо поговорить.

— Нам не о чем говорить.

— Если все в порядке, то мне остается только предположить, что ты швыряешь тяжелые серебряные тарелки в мою особу, а потом весь день меня игнорируешь исключительно из простой мелочной ревности.

Это было уже слишком. Я встал, наклонился через стол и посмотрел на него в упор.

— Лорд Глорфиндель, — сказал я со всем присущим мне достоинством, — если вы ждете извинений за тарелку, ждать придется до конца Арды. Скорее в Мордоре снег пойдет. Вы мне здесь нужны примерно как гондолинская чума, и рад я вам ровно настолько же, и оскорблениями в мой адрес вы дело не поправите. Рекомендую вам дать мне спокойно поработать, вернуться к вашим обязанностям, в чем бы или в ком бы они ни заключались, и перестать тратить мое драгоценное время.

Ну вот, это его заткнет. Я остался вполне доволен собой.

Фин вздохнул, сел на мой письменный стол, который затрещал под весом почти двухметрового победителя балрогов, и явно не собирался в ближайшее время никуда уходить.

— Так что присутствие голой бывшей жены у меня в спальне тебя ничуть не расстроило, — сказал он.

— С кем ты спишь, меня не интересует, да и не мое это дело. И слава валар за это — ты тащищь в постель любого, кто не успеет быстро залезть на ближайшее дерево при твоем появлении, а если учесть частоту твоих упражнений в этой области, то у меня бы не осталось ни секунды на работы, если бы это было моим делом.

Дополнение к МК «Веточка — пирамидка из листьев камыша»

— А ты бы хотел, чтобы это было твоим делом, дорогой мой советник? — спросил Фин, и от его сводящего с ума спокойствия я чуть на стенку не полез.

Изучаем традиционную каталонскую роспись и плетение из листьев веерной пальмы. Мастер класс

— Ну разумеется, дорогой Глорфиндель, — ответил я вежливо, — я всегда только и мечтал повесить себе на шею идиота, который прячет за гобеленами голых бывших жен. Как же можно к этому не стремиться! Не говоря уже о перспективе увидеть свою голову вывешенной рядом с головой балрога у тебя на стене. Если тебе нужны трофеи, поохоться где-нибудь в другом месте, идиот!

Теперь мы стояли лицом друг к другу; я гневно уставился на него, а Фин не отводил взгляда. Это была битва характеров, и ни один из нас не желал сдаваться.

— Значит, ты не питаешь ко мне более… плотского интереса, — заявил он.

— Мой дорогой лорд Глорфиндель, из всех обитателей Средиземья ты меня интересуешь меньше всего. По сравнению с тобой даже орк выглядит лучше.

А потом он меня поцеловал.

И до чего же паршивый был поцелуй.

Настоящим я торжественно заявляю, что знаменитый Глорфиндель из Гондолина целуется хуже всех, кого я только встречал в жизни. Поцелуй был плохо нацелен, мы столкнулись носами, и его язык все время попадал не туда.

Это был самый паршивый поцелуй в моей жизни — так почему же вдруг вспыхнул фейерверк, в животе у меня зашелестели крыльями бабочки, по всему моему телу распространилось тепло от его руки, тяжело лежавшей у меня на шее, и почему же мне, хотя бы даже на долю секунды, показалось, что я не пробовал ничего слаще этого поцелуя?

И во рту у меня, должен заметить, остался после этого легкий привкус земляники.

Когда Фин наконец меня отпустил, я был слишком ошеломлен, чтобы сказать хоть слово. Он провел большим пальцем мне по губам, потом встал и пошел к двери. Положив руку на дверную ручку, он посмотрел через плечо и самодовольно улыбнулся мне.

— Для столь незаинтересованной особы, дорогой Эрестор, ты производишь ужасно заинтересованное впечатление.

Вот тебе и достоинство…

День 5: Укрощение строптивого (или нет)

Может, мне положить руки поверх шелкового покрывала на постели?

Или лучше под него?

Как, спрашивается, эльф может уснуть, когда перед ним стоит такая трудная проблема?

Я уже в сотый раз повернулся на другой бок — два часа утра, а я все еще не спал.

Я даже попробовал закрыть глаза. Элронд неоднократно настаивал, что если закрывать глаза, то легче заснешь и крепче выспишься. Элберет свидетельница, у меня так не вышло. Он один здесь спит с закрытыми глазами (это у него от родителя-морехода), и Элрохир как-то этим бессовестно воспользовался. Ночью он нарисовал на веках у отца орочьи глаза.

К несчастью, никто так и не сказал об этом Элронду, в результате чего возникли некоторые проблемы следующим утром на встрече с одним важным гномом.

Если гномы до тех пор и не думали, что все эльфы ненормальные, то с тех пор точно начали.

Три утра, и в спальне дела все так же, так что я решил одеться и немного прогуляться в саду.

Глорфинкль слетел с книжного шкафа, где он и его братья обычно спали, и приземлился у меня на плече. Похоже, у него тоже была бессонница.

Может, прогулка на свежем воздухе поможет нам обоим и отвлечет меня от колец, королевств, соглашений, контрактов, королей, лордов, возможных разводов, бывших жен и на удивление мягких губ Глорфинделя.

Так, а эта мысль откуда взялась.

Прочь, прочь, злые духи похоти.

Надевая рейтузы, легкую тунику и ботинки, я старался сосредоточиться на чем-то, что бы никаким образом не касалось Фина, и в итоге стал думать об орках, от них перешел к чудовищам вообще, балрогам в частности, а оттуда никуда не денешься, опять к Глорфинделю.

Черт бы побрал этого эльфа. Какой демон подвиг его после стольких лет разрушить нашу дружбу? И почему я не дал ему подсвечником по голове, а поучаствовал — не очень активно, надо признаться, но все же добровольно, — в этой ерунде?

— Да, в хорошенькую кашу мы угодили, друг мой, — сказал я ворону, который удобно уселся у меня на плече, теребя одну из моих косичек. Птица не ответила, но уронила кое-что на пол — очень уместный ответ, позволю себе заметить.

Я все еще переживал по поводу инцидента с земляникой, когда свернул на тропинку к летнему павильону Элронда. К моему глубокому удивлению, его освещал тусклый огонек свечи, и оттуда были слышны голоса и женский смех. Кто, подумал я, устроил здесь романтическое свидание посреди ночи?

Внезапно я похолодел. Глорфиндель не мог… или мог?

Это было бы как раз похоже на него — поцеловать меня, а потом пойти развлекаться со служанкой или, упаси валар, одной из фрейлин Галадриэль.

Шпионить и вынюхивать ниже моего достоинства, но, как обычо говорит Глорфиндель, «В войне и легкой-симпатии-к-кому-то годятся любые методы», а поскольку я и правда питал к Глорфинделю легкую симпатию, то решил, что один раз можно и пойти на такое, и, беззвучно подкравшись к павильону — я же, в конце концов, эльф, — пригнулся за кустом, заглядывая через решетку.

О Элберет, там была Арвен! Она сидела на полу в слишком откровенном для такого случая и времени ночи платье и с восхищением глядела на Орофина, который как раз собирался продемонстрировать, как он убил какого-то орка, но судя по хищному блеску в его глазах, сегодняшняя охота была не на орков, и клыков у добычи не было. Во всяком случае, пока.

Я все еще гадал, как нарушить их веселье, чтобы при этом Орофин ничего не повредил мне мечом, а Арвен не расцарапала мне лицо, как вдруг по дорожке промчался человек в темном плаще.

Шума от него было как от стада слонов, и Орофин прервал рассказ и потянулся за мечом, приготовившись сражаться с врагом. Арвен вскочила и спряталась за ним.

Вот вам и хваленая эмансипация современной эльфийской девушки.

— Как ты смеешь… — начал Орофин, грозя нарушителю мечом, но не успел он закончить предложение, как ураган влетел в павильон, и кулак Эстеля врезался Орофину в лицо. Галадрим рухнул на пол; из носа у него потекла кровь, и он посмотрел на стоявшего над ним в ярости молодого человека в полном ошеломлении.

Эстель зарычал на эльфа, схватил Арвен за руку, ткнул большим пальцем другой руки в сторону последнего приюта и отрывисто скомандовал: — Ты. В мой талан. БЫСТРО.

И Арвен немедленно послушалась.

Вот вам и эмансипация… но об этом я уже говорил.

А мне осталось разбираться с одним галадримом с разбитым сердцем и, возможно, со сломанным носом.

Я помог Орофину встать и предложил ему носовой платок, чтобы остановить кровь. Он прижал платок к лицу и гневно посмотрел на меня.

— Мордор, это *моя* фраза!

Я посоветовал ему подать заявку о плагиате.

Через какое-то время я продолжил прогулку по саду. Звезды надо мной сияли ярко, и я вспомнил, как мама говорила, что те, что мерцают, просто мне подмигивают. Я ей верил, конечно. Я верил и в то, что ослепну, если стану смотреть, как девушки купаются голышом, и что у меня отвалятся кончики ушей, если…

Поток моих мыслей прервался, когда передо мной предстало весьма неожиданное зрелище — лорд Келеборн, растянувшийся на ветке старого дуба, будто усталый кот. Увидев меня, он потянулся, тоже очень по-кошачьи, и улыбнулся.

— О, еще одна беспокойная душа. Здравствуй, Эрестор — что тебя выгнало в ночь?

— Здравствуйте, милорд. Похоже, этой ночью в саду больше эльфов, чем в доме. Вам тоже не спится?

Келеборн усмехнулся и снова растянулся на ветке, на этот раз на спине. Уверен, что я бы давно упал, если бы попробовал такое, но лориенские эльфы казались частью деревьев, и Келеборн точно выглядел уместно на ветке — такой большой и впечатляющий серебряный листок.

— Леди Галадриэль решила, что мое присутствие в ее спальне сейчас не требуется, и вряд ли потребуется в ближайшую пару столетий. И по-моему, ситуация не улучшится, если я найду ночлег у одной из служанок, так что я решил пристроиться на ночь здесь.

Я не стал никак это комментировать, и проигнорировал также синяк под глазом и царапины, украшавшие его лордство.

— Но хватит об этом. Мой дорогой Эрестор, скажи, а что беспокоит тебя? Что так воздействовало на твою безмятежную душу, что сон избегает тебя и гонит твое беспокойное сердце наружу, в ночь?

Я покраснел (что-то я часто в последнее время это делаю), и когда я не ответил, Келеборн добавил лукаво: «Или я неправильно выразился, и надо спросить не что, а кто?»

Я откашлялся и сказал: «Не знаю, о чем вы, милорд; пожалуй, не буду больше вас беспокоить», — и повернулся, чтобы уйти.

— Подожди. Прошу прощения, дорогой советник, я слишком далеко зашел. Но если тебя что-то беспокоит, может, я смогу помочь? Хотя конечно, если ты предпочитаешь компанию своей вороны…

Глорфинкль слетел с моего плеча и теперь копался в траве передо мной, подозрительно поглядывая на лорда Келеборна.

Возможно, мне следовало подозвать пернатого зверя и уйти, но что-то в голосе Келеборна заставило меня почувствовать, что я могу ему доверять, а мне обязытельно надо было с кем-то поговорить об этом — а в Имладрисе, разумеется, я ни с кем это обсуждать не мог. Я подошел к лорду Золотого леса и сказал: — Скажите, милорд, может ли любовь захватить так внезапно?

Келеборн внезапно насторожился.

— Любовь? О валар — любовь? Неужели я дожил до того дня, — нет, ночи, — когда ты заговоришь о любви? Неужели это возможно? Значит, нашелся удачливый эльф, который нашел походящий молоток и снес стены вокруг твоего сердца?

Драгоценности леса | Masherisha

Я нахмурился и не стал на это отвечать. Келеборн на минуту задумался, потом улыбнулся одной из своих редких искренних улыбок с теплотой, которой обычно от него не ждали.

— Понятно… поправь меня, если я ошибаюсь, но не пронзил ли тебе сердце своим мечом некий великий воин?

— Я испытываю… легкое влечение, — пробормотал я.

— Ну разумеется. А я пожилая хоббитская дама, которая целыми днями вяжет.

— Милорд, не смейтесь надо мной!

— Эрестор, пожалуйста, хватит притворяться. Он нравится тебе, ты нравишься ему — в чем проблема?

Я пожал плечами.

— Как бы это сказать, милорд… Я не желаю пополнять коллекцию трофеев Глорфинделя. Она уже и так самая большая в Средиземье, и я не вижу необходимости еще к ней что-то добавлять.

— Понятно. Ты беспокоишься, что тут не сердечные дела, а охота за новой добычей.

— Такая мысль напрашивается.

Келеборн слез с дерева и смахнул с рейтуз кусочки коры, аккуратно уворачиваясь от Глорфинкля, который пытался попасть клювом по лодыжке его лордства.

— И ты думаешь, что он повеса, легко относится к жизни и играет с чужими сердцами, разбивает их и оставляет за собой череду возлюбленных в слезах?

Я поморщился, но кивнул.

Келеборн положил руку мне на плечо и сурово взглянул на меня.

— Эрестор. Неважно, сколько Глорфиндель ни дурачится, он вовсе не глуп. Он видел падение своего дома и убийство семьи, пережил смерть любимых, сражался с балрогом, погиб при этом и вернулся из палат Мандоса. Если кто и заработал право быть назойливым, так это он.

Он помедлил, потом спросил:

— Он тебя называет дурацкими прозвищами?

— Устраивает розыгрыши, чтобы тебя смутить?

— Дарит тебе безвкусные подарки?

— Тогда, друг мой, я могу дать тебе только один совет, и лучше бы тебе к нему прислушаться.

Я поднял голову и посмотрел на мудрого и величественного эльфийского лорда, ожидая его слов.

— Обязательно, милорд — и каков ваш совет?

Келеборн сжал мне плечо.

— Запасись маслом дикого чебреца — того, что с земляничным запахом, обычно не хватает.

На этом он повернулся и полез обратно на ветку.

На пути в последний домашний приют я сказал Глорфинклю:

— Вот именно поэтому, мой пернатый друг, он лорд, а я советник — если бы было наоборот, Средиземье бы этого не пережило.

Вернувшись в дом, я услышал странные звуки из винного погреба Элронда.

Ну и нахальство! Кто посмел осквернить святая святых Элронда? Я услышал пение двух голосов, но исполняли они отнюдь не одну из прекрасных эльфийских мелодий, к которым я привык, а скорее что-то в таком роде:

Два эльфа веселых сидели

В пещере одной в Ривенделле

И выпить решили еще по одной,

Сперва погулять, а потом на покой.

Выпьем за Галадриэль — средь эльфов нет чистее,

Коль дальше будет так строга, то скоро заболеет.

За Элронда мы выпьем — он славно пьет-гуляет,

Коль дальше так и будет жить, то ввек не заскучает.

Два эльфа веселых сидели

В пещере одной в Ривенделле

И выпить решили еще по одной,

Сперва погулять, а потом на покой. »

Я оставил Глорфинкля в большом зале, зажег свечу и поспешил вниз по ступеням, собираясь призвать к порядку виновных, шумевших в убежище Элронда.

Но когда я открыл дверь в погреб, это оказались не кто иные, как Элронд и Трандуил, пьяные, как гномы на банкете.

Трандуил в дурацком бумажном шлеме сидел на бочке и выстрелами из лука сбивал бутылки с полок.

Элронд как раз сворачивал очередной бумажный кораблик — уже десятка два таких плавали по красному морю, потому что пол по щиколотку был залит красным вином — похоже, в течение вечера эти двое успели открыть все бочки и залить пол.

— Что во имя Элберет здесь происходит! — вскричал я, и лорд и король оба повернулись ко мне. Элронд глупо ухмыльнулся.

— О-о, эт’ добрый штарина Эр’штор… Привет, Эр’штор! Мы т’ флот строим, ви-ишь,в Гавани поплывем…

Он гордо указал на корабль номер 21.

Я начал рвать на себе волосы.

— Господи, лорд Элронд, вы не можете этого сделать!

Элронд надул губы и сложил руки на груди, обиженно глядя на меня.

— К’нешна могу — я ж, это, сын морехода! Вот!

— Это точно, я могу подтвердить! И мы самые-самые лучшие друзья! И я король леса! А ты шпион!

С этими словами он нацелил следующую стрелу на меня, и я убрался оттуда быстрее, чем требуется времени сказать «Гил-Гэлад».

Остаток дня прошел относительно спокойно. Элронд и Трандуил, оба страдая от жуткого похмелья, решили продолжить свою новообретенную дружбу и подписали договор, который обеспечивал военную и гумаитарную помощь для Лихолесья и поставки из королевства Трандуила в винный погреб Элронда.

Галадриэль наблюдала за позитивными переменами на дипломатическом фронте с легкой улыбкой. Келеборн стоял рядом с ней и помахивал пальмовым листом, чтобы охладить воздух, хотя вряд ли что-то могло быть холоднее тех взглядов, которые Галадриэль бросала в его направлении. И все же развод, похоже, отложили — по крайней мере, пока, — и я не сомневался, что Келеборну понадобится только пара дней, новый шелковый наряд и несколько очаровательнаых комплиментов, чтобы вернуть себе расположение леди и место в ее постели.

Но пока он размахивал листом так, будто от этого зависела его жизнь, и судя по выражению лица Галадриэль, так оно и было.

Когда все бумаги были подписаны, и все обменялись прощальными словами, я вышел на балкон, глубоко вдыхая свежий осенний воздух, и стал наблюдать за тем, как отряд из Лихолесья готовится к отбытию. Трандуил сидел на своем белом коне, но его королевский вид был слегка разрушен компрессом со льдом у него на голове и парой бумажных пакетов у седла — на всякий случай.

— Мастер Эрестор, я пришел попрощаться как следует.

Я повернулся — это был Румил. Конечно, кто, кроме галадримов, смог бы подкрасться ко мне незамеченными?

Кроме Глорфиделя, конечно. Но в этом я никому признаваться не собираюсь.

Я выдавил улыбку.

— Румил — как это мило. Надеюсь, вам понравилось в Ривенделле?

Средний из великолепных лориенских братьев послал мне сверкающую улыбку. Клянусь валар, у него как минимум 64 зуба.

— Ну разумеется, милорд! Быть рядом с вами для меня все равно что быть дома, — сказал он и галантно поклонился.

— Как-как? — наконец выговорил я.

— Только не говорите, что вы не заметили — вам ведь понравился мой подарок, правда?

Заметил? Подарок? У нас что, национальный День сведения Эрестора с ума?

Должно быть, у меня был очень озадаченный вид, потому что Румил подошел поближе — если точнее, очень поближе. Вообще-то говоря, совсем близко.

— Неужели вы думаете, милорд, что я охочусь на варгов ради каждого попадающегося мне навстречу красивого эльфа? Нет, только ради действительно впечатляющих…

Наконец даже до меня дошло.

— Так варг… варг был от вас?

Румил рассмеялся и положил руки мне на талию.

— Ну разумеется — неужели я подарю такому чуду изысканности плетеную корзинку с черникой? Это, милорд, я оставляю влюбленным служаночкам и глупеньким и неопытным юным эльфам.

И за второй раз в течение двух дней вот этого вот эльфа поцеловали, не спросив при этом разрешения, но на этот раз это был настоящий эксперт, который знал, что делает. Угол был совершенно правильный, не было неловкого нащупывания, язык у него был там, где и должен был быть, и при этом меня сжимали в объятиях сильные руки одного из самых красивых эльфов в Лориене.

И что же случилось?

Это было примерно так же возбуждающе, как целовать мою тетушку.

Или жевать сырую печенку.

Как раз когда я собирался отодвинуться, налетели Силы Зла в лице Глорфинделя. Глаза у него горели, золотые локоны летели по воздуху, и вообще он выглядел как одно из собственных льстивых изображений в галерее Элронда (типа «Героический эльфийский лорд в сияющих латах убивает большую противную зверюгу, 25’x50’). Он схватил Румила за шкирку и начал трясти как щенка.

— Это тебе от «влюбленной служаночки», орк! Ты тут МОЕГО советника лапаешь — если тебе так хочется, заведи своего! — завопил он, и кулак Глорфинделя врезался в нос Румилу; по ужасному звуку было понятно, что еще один лориенский нос получил серьезное повреждение, а потом началось черт те что.

Румил и Глорфиндель катались по полу и дрались как два бешеных пса, размахивая кулаками, и хотя на стороне Фина был боевой опыт многих тысячелетий, Румил был молод и ловок и не один раз сумел обойти Фина. Свою репутацию пылкого воина и возлюбленного он получил не просто так.

Я стоял как один из троллей господина Бэггинса и не мог пошевелиться, так что когда в комнату ворвались Элронд, Келеборн, близнецы и несколько стражников, я испытал облегчение.

— О валар, — вскричал Элронд, — что здесь происходит?

Ответа не было, только звуки боя и неразборчивые гномьи ругательства.

— Интересные выражения, — заметил Келеборн, потом решил, что пора кончать с этой ерундой, и ухватился за первую попавшуюся ему под руку конечность. Это оказалась нога Румила.

Создание реалистичной пальмы с нуля

Он оттащил протестующего и изворачивающегося галадрима за ногу, а Элладан и Элрохир ухватили Фина, но он заставил их потрудиться, стараясь вырваться.

Лорд Золотого Леса оглядел сцену и покачал головой.

— По-моему, для одной встречи разбитых носов хватит, так что мы уезжаем. Румил, иди садись на лошадь, и побыстрее. Да, кстати, Глорфиндель, ты старый дурак.

С этими словами Келеборн развернулся и покинул поле боя, а за ним стражники и близнецы, которые отпустили Глорфинделя и едва удерживались от смеха. Румил ощупывал свой сломаный нос и морщился, зло глядя на Глорфинделя, а тот не удержался и показал ему язык.

Надо же, какая взрослость.

Элронд приподнял бровь и принял позу Лорда Имладриса, буквально возвышаясь над Глорфинделем, который посмотрел на него с некоторой робостью.

— Глорфиндель, ты гвоздь в моем гробу, — сказал Элронд, вздохнул, прикрыл глаза рукой и повернулся.

— У меня болит голова… Я буду у себя… или в винном погребе…

Мы с Фином остались одни.

Да смилостивятся надо мной валар.

Мне сто раз приходилось слушать бесконечные байки Глорфинделя на тему «Как я убил балрога», но до сих пор я никогда не задумывался о точке зрения Балрога.

Старинный фолиант, мастер класс, 1 часть.

Но сейчас, стоя перед разгневанным Глорфинделем, который выглядел воином с головы до пят и был явно зол на меня, я начал сочувствовать бедной твари. Если балрог был хотя бы наполовину так напуган, как я, смерть, должно быть, показалась ему желанным избавлением.

— Ты-ы… — буквально прошипел Глорфиндель и начал медленно приближаться ко мне; глаза его буквально пылали гневом.

— Я все могу объяснить… — начал я, но меня прервал почти звериный рык.

Я даже не знал, что эльфы могут издавать такие звуки.

Я сделал шаг назад, потом два,и когда Глорфиндель рванулся вперед, то от силы его атаки я чуть не полетел через перила.

Не успел я пискнуть (а в тот момент я был вполне готов пискнуть), как Гондолинский Герой схватил меня, развернул и, перекинув меня через плечо, промаршировал через большой зал, неся меня как мешок муки.

Я колотил его по спине кулаками, но все было бесполезно. Какой позор! Эльфы стояли в коридоре, глядя на нас большими от изумления глазами, и хихикали, и я чуть не умер от стыда.

«Отпусти! Глорфиндель, я не шучу! Немедленно отпусти меня!» — крикнул я и попытался вывернуться. Но Фин держал меня крепко, и отрывисто ответил: «Еще чего — тебя нельзя даже на минуту оставить, пугало ты пучеглазое!»

Я начал пинаться.

— Или ты уймешься, Эрестор, или я тебя свяжу!

— Ты не посмеешь! — взвизгнул я и чуть не упал в обморок, когда услышал, как Элрохир окликнул Элладана и предложил ему пари, посмеет Фин или нет.

Предатели! Змеи, которых я пригрел у себя за пазухой!

Остановить Фина было невозможно. Он пронес меня через весь коридор, наверх по лестнице, и наконец прибыл к моим комнатам, вышибив дверь и сломав при этом дверной косяк.

Он бесцеремонно опустил меня и схватил за плечи так, что я стоял к нему лицом. Я к тому времени уже вскипел и крикнул:

— Отпусти меня, ты, жалкий потомок несчастного брака орка и варга!

И что же сделал этот невыносимый ненормальный эльф?

— Сначала поцелуй меня, Эрестор, и отпущу.

Я сдул прядь падавших в лицо волос.

Он хочет поцелуй? Отлично.

— Я не имел в виду в нос, Эрестор.

Я не сомневался, что со временем Глорфиндель научится высказываться точно.

Проснулся я от того, что Глорфинкль попытался улететь с одной из зеленых бархатных лент у меня в косах. Я прогнал птицу, но не сразу пришел в себя. Была еще ночь, комнату мою освещала луна, заливая спавшего рядом со мной высокого эльфа серебряными лучами.

Минуточку — высокого эльфа?

Я нахмурился. Как Фин попал ко мне в постель. И — я заглянул под одеяло — как мы оба оказались без одежды?

Попытка пошевелиться оказалась довольно-таки болезненной.

Я еще раз заглянул под одеяло. Да, деревья в Гондолине растут высокие.

По мере того, как я приходил в себя, ко мне начала возвращаться память. Память о нежных прикосновениях и произнесенных шепотом словах любви, о небесно-голубых глазах, потемневших от страсти будто штормовое небо, о слезах, горячих губах и мозолистых пальцах на моей коже, об объятиях, о вкусе Фина на моих губах и веепроникающем, ошеломляющем чувстве любви и близости.

Мой безупречно организованный мир был перевернут вверх тормашками, захвачен и перевернут Глорфинделем из Гондолина, и я сдался, вывесил белый флаг и доверил ему мою душу, жизнь и сердце на веки вечные.

Если уж делаешь, делай как следует, как говаривала моя мама.

Что ж, первое, чему учат в дипломатии, это как извлекать выгоду из любой ситуации, так что я прижался к Фину как можно ближе. М-мм… приятно. Во сне он выглядел так спокойно — крошечные морщинки в уголках его глаз почти исчезли, как и его обычная высокомерная улыбка, и я воспользовался возможностью провести по его щеке тыльной стороной руки.

Приятное ощущение. К нему легко привыкнуть. Наверное, я и привыкну.

Я уткнулся лицом в его шею, вдыхая его запах. Смесь кожи, лошадей, конюшни, мирувора, бука, надменности и иронии, запах, который накрывал меня будто мягким одеялом, таким уютным, что я заснул почти в тот же момент, как моя голова коснулась его груди.

Последнее, что я заметил перед тем, как уснуть, была пустая бутылка масла дикого чебреца на прикроватном столике.

Подтверждение

«Как нужно отмечать дни рождения»

Автор: Эллениэль
Данная писанина посвящается братьям Орофину и Румилу, ну и самому Лот-Лориену.
Дому благородных эльфов.

«Как нужно отмечать дни рождения»

В одно прекрасное утро в Лориене намечался праздник. День рождение Келеборна.
Все подданные естественно готовятся, кроме Румила, который запечатывает пригласительные в конверты. Конвертов куча, и он каждый облизывает и откладывает. Естественно не додумывается взять губку и смачивать. Наконец письма все готовы к отправке. Язык Румила похож на сдутый шарик синего цвета, который перестал помещаться в рот из-за упорной работы.

Румил: Ёбти… Ну и работа! Почему именно я?! Почему не Орофин должен этим заниматься.
В это время заходить Орофин с ленточками и шариками. Увидя брата начинает давиться от смеха. Через пять минут приобретает обратно дар речи и все же говорит .

Орофин: Да потому что ты тупой, как наш владыка! Не мог губку взять что ли?
Румил (краснея): Блин, не заметил. (косится на Орофина) тебе работа проще все равно досталась.
Орофин: Ага проще. Мне шарики надо надувать!! Е….тая работа! И все для нашего любимого владыки!! (тихо) что у него из всех щелей понос пробрал!
Румил услышал,что сказал его брат и тихо посмеялся.
Румил: Я пошел рассылать приглашения.
Орофин(надувая шарик) фафай ифи!!(помахал рукой).
В это время в своей спальне стоит в гордой позе Келеборн. Перед ним куча его дорогих тряпок и он думает что ему одеть.
Келеборн: В этом я у Элронда был. В этом я у Кирдэна был. В этом я вчера за столом был.
В этом я после Дня рождения Галадриэль пьяный в ванной валялся.(тихо) Да еще и воду холодную включили(еще тише) узнаю кто, заставлю стирать трусы всех жителей Лориена.(оборачивается к своему шкафчику, улыбается) А моих трусов то больше всех, и на все дни, месяцы и года!
Так и не выбрав что одеть Келеборн нервно орет.
Келеборн: Хаааааалдир.
В спальню к владыке залетает испуганный Халдир в мыле, резиновой шапочке, щетке и полотенцем на бедрах и с уточкой в руке.
Халдир : Я здесь Владыка!!
Келеборн стоит как столб и походу, забыл, что хотел сказать Халдиру.
Келеборн: Это что за маскарад??
Халдир Потирая спинку щеточкой) Да я ….эээ…да я просто…
Келеборн: (перебивает его) Я тебе сказал трубы починить!! Что горячая вода шла!! Ты починил?
Халдир: (прячет резиновую уточку за спину) Почти починил! Я просто в костюме сантехника. (стоит еле сдерживая смех)
Келеборн отсылает его доделывать трубы.

Халдир разгуливая по Лориену , в одном полотенце идет дальше плескаться в джакузи, зная, что владыка туда не зайдет.
Орофин с горе по палам надул все шарики и пошел украшать зал для гостей. Поставил табуретку и залез на нее чтоб достать до люстры.
Вернулся наконец Румил и решил пойти помыть руки, не зная, что в ванной плескается его старший брат. Заходит в ванную, на полу вода, стены в мыле. Можно же догадаться, что там кто то есть, но это же Румил. Спокойно моет руки. Тут открывается занавеска и взору Румила представляется мыльная фигура, которую рассмотреть почти не реально. Видно только два глаза. Румил пугается, дает фигуре мылом в глаз и выбегает из ванной, но подскальзывается и катится в зал для гостей , где бедный Орофин уже вешает последний шарик на люстру. Только осталось петельку привязать, как открывается дверь и со скоростью 40 км в час заезжает на жопе Румил, снося по дороге все что стоит с ним рядом на метр. Учесть дошла до Орофина. Бедный Орофин повис на шарике, который он еле успел привязать к люстре, т.к. табуретку сбил проезжавший Румил. Наконец дорога кончилась, и Румил врезался в стену с грохотом. Смеявшийся все это время Орофин сам упал вместе с шариком и больно ударился. В зал залетели все подданные владыки и начали откапывать Румила из кучи сломанных, перевернутых и разбитых предметов. Сговорившись, эльфы спрятали весь мусор в шкафу в зале. Видимо всем лень было убирать зал. Однако пол там все же помыли. Келеборн же наконец выбрал себе костюм для дня рождения и решил что выйдет в нем только тогда, когда начнется праздник.

Гости начинают подъезжать потихоньку. Первыми приехали гномы. Эльфы, кроме Келеборна вышли их встретить. Гимли поинтересовался, где владычица, на что ему ответили, что она уехала за сюрпризом для владыки и будет только вечером. Гномы пожав плечами вошли в дом. Там же Глоину предложили выпить вина. Он не смотря на операцию согласился выпить бакальчик. После этого ему через 10 минут становится плохо и он мчится как пуля в туалет. Туда, где плещется Халдир. Не замечая эльфа в ванной, Глоин садится на унитаз и начинает издавать характерные звуки. От чего начинает сильно вонять. Халдир сидевший в ванной чувствует этот запах и зажимает нос рукой. Ему не удобно будет выйти из ванной, когда в туалете совсем рядом поносит гнома. Да не просто гнома, а Глоина. Поэтому он решил терпеть. После 20 минут мучений Глоин вышел из туалета, не забыв закрыть дверь, что проветрилось. За ним поспешил выйти бедный и бледный Халдир. Но дверь была закрыта с наружи и эльф оказался заперт.
Гости уже активнее приезжают. Приехали уже Леголас, Трандуил, Элронд, Арвен, Глорфиндейл, Элладан, Элрохир, Кирдэн, Арагорн, Боромир, Эомер, Эовин, Мэри, Пипин, Фродо, Сэм, Гендальф, Саруман, Теоден и остальные. Орофин и Румил встречают их всех, забыв о Халдире, который долбится в дверь, что б ему открыли, или хотя бы дали противогаз.
Элронд и Трандуил мило беседуют в зале на креслах. Глорфиндейл,Леголас,Элладан,Элрохир,Арагорн,Боромир,Эомер,Эовин,Орофин и Румил сидят в комнате Румила и пьют вино, шампанское. Вскоре бухло заканчивается и Румил бежит за добавкой. Компания веселится. Тут Леголасу приспичило в туалет. Он пьяный путает туалет и выход из дома и поэтому писает прям у порога. Его замечают Гендальф и Саруман.
Гендальф: принц. Как тебе не стыдно. До туалета не дотерпел.
Леголас очень пьяный) А я не туа…Але..тте что ли??
Саруман еле сдерживая смех) как видишь нет.
Леголас машет на них рукой и уходит в дом. Там он путая комнаты заходит к Элронду и отцу.
Леголас пьяный) А вы знаете, что если прочитать слово радар наоборот, то получится радар?
Трандуил встает с кресла) Ну к сынуля дыхни.
Леголас отходя от папы) А зачем?
Элронд вместо Трандуила) да потому что от тебя алкоголем несет и ты еле на ногах стоишь.
Леголас быстро убегает и забегает в комнату к Румилу, где все уже в дюпень пьяные.
Орофин: Тебя где дебил носило?
Леголас плюхаясь на пол) писать ходил.
После его слов всем резко захотелось в туалет и все пулей выбежали из комнаты.
И причем кто куда пошел в туалет. Глорфиндейл и Арагорн на большой цветок в горшке. Им по пьянее наверное показалось, что его давно не поливали. Боромир, каким то образом умудрился залезть на окно и сходить в форточку. Эомер в помойное ведро. Эовин вообще в шкаф к какому то эльфу сходила. Гномы нашли ведро ,в котором плавало моющее средство и по очереди сходили в него. Элладан и Элрохир на улицу в огород. Только Орофин и Румил нашли сортир, но не смогли открыть(не дошло, что нужно ручку повернуть). Поэтому они решили выломать дверь. С 8 попытки они ее выбивают. Дверь падает, придавливая бедного Халдира к полу. К тому же по этой двери пробежали братья, что не обоссаться по дороге. В итоге один идет в туалет, а второй в ванную. И ник то не видит и не слышит стонов Халдира. Наконец все стало легче и они вернулись в комнату.
Другие воспитанные эльфы начали убирать за гостями. Естественно и про дверь не забыли. Халдира, с фингалом под глазом, наконец освободили от двери и он пошел в комнату к Румилу орать на братьев, ну и на гостей за компанию. Гости и братья, увидев Халдира, все дружно повесились у него на шее, и не дав ему сказать ни слова налили и заставили выпить. В итоге Халдиру становится пофиг и он начинает пить с ними.

Наступил вечер. Приехала владычица. Все готово к празднованию дня рождения владыки. За столом все, кроме Келеборна и пьяных гостей. Арвен и хоббиты начинают волноваться, где же так задержались. Саруман и Гендальф, зная о том, что остальным очень хорошо, решили не портить праздник Келеборну. На столе много еды, много выпивки. Тут наконец спустился Келеборн. От его вида реакция у все разная: Кирдэн улыбается(его почти рвет от смеха), Элронд и Трандуил в ступоре, Глоин делает вид, что ему пофиг. Арвен улыбается,она рада видеть дедушку. Галадриэль закатывает глаза. Хоббиты тихо ржут. Келеборн гордо прошел мимо них в своем..кхэ… костюме( сейчас помру от смеха, костюм блин) На нем : Зеленый кафтан, под ним: оранжевая кофта с черным чертиком, Голубые штаны с матней и с фиолетовым рисунком, тапочки розового цвета, на голове криво сидящая корона, из-под которой торчит часть волос, выпавших из прически. На шее огромный крест.
Келеборн: Я так рад вас видеть дорогие друзья!!
Все: С днем рождения.
Начали дарить подарки. Последней подходит Галадриэль.
Галадриэль: Дорогой, ты всегда у меня был оригинальным(смотрит на его костюм, гости тихо смеются) и по этому я дарю тебе, в честь нашей с тобой любви и твоего дня рождения это(сует ему в руки подарок)
Келеборн: (улыбаясь) спасибо дорогая!
Открывает коробку и оттуда достает дорогой, красивый, стильный костюм от Эстель Лориен по личному заказу Галадриэль. Глоин с готовым стаканом в руке уже собирается сказать тост для Келеборна, как тут .
Пьяные в доску Орофин, Румил и гости приходят, точнее приползают к столу, круша на своем ходу все что можно.
Глорфиндейл, увидя Келеборна в его костюме падает и начинает ржать, Боромир и Эомер бегут доганяться к столу. Румил и Эовин в обнимку стоят с полупустой бутылкой вина и о чем то очень нежно разговаривают. Леголас и Гимли сметают всю еду со стола и громко чавкают. Только Орофин, через шаг падая, подошел к владыке. Орофин, от которого которого стоит перегар на весь зал, с косыми глазами смотрит на своего владыку минуту, потом улыбается и говорит.
Орофин очень пьяный, голосом Брежнева) Уважаемый, дайте ка я вас пацалую!!(и тянется своими губами поцеловать Келеборна)
Келеборн: (задыхаясь от перегара) Орофин. Ты почему такой пьяный??
Орофин: (не найдя что ответить) Это усе Халдир виноват. ик..
Халдир: (который плохо соображает, что происходит, сидит жопой на полу) Эт не я вл..вл…владык…а. Я туть соусем не пресемз!!
Те, кто за столом давятся от смеха. Келеборн трясет Орофина и Халдира, которым пофиг на все происходящее. Он их отпускает и хочет наорать на остальных подданных. Тут всех спасают Глорфиндейл и Арагорн, которые выпив все со стола вместе с Боромиром и Эомером, теперь танцуют краковяк на столе.

Глорфиндейл, Арагорн: (хором) Я танцую пьяный на сотле. Нума нума е.
Румил Эовин) Ды я самый ик… преданный владыке эльф..ик!
Эовин: (обнимая Румила) Да да эльфи..ик! А ты умеешь?(шепчет Румилу на ухо,что то пошлое, т.к. Румил краснеет сильно)
Орофин: (влезает в разговор) Эовин, а у него язык рабочий!!(смеется)
Эовин: ПРАВДА.
Орофин: Ага!! Он им сегодня так по просьбе владыки работал(еще хуже засмеялся и все кто услышал: Леголас, Элладан, Элрохир тоже)

Румил еще больше краснеет и злится на своего брата.
Элладан: (Румилу) Ну ты мужик!! Не каждому дано по просьбе владыки языком то работать!!
Румил очень сильно злится и кидается на Орофина. Тот сообразив, начал убегать от Румила. Эльфы были пьяные, но бегали как трезвые, пока Орофин не додумался с разбегу залезть под стол. Не соображавший Румил, перелетел через стол. По пути собрал на себя остатки еды, сбил Глорфиндейла и Арагорна с ног, и упал к ногам Келеборна.
Хоббиты повытаскивали фотики и начали снимать это. Прибежали остальные эльфы и гости, которые потерялись и увидели эту картину. Тут Халдир и еще один эльф притаскивают целую бочку вина из погреба Келеборна, при этом забыв спросить разрешение самого Келеборна. Келеборн хочет уйти из зала, но эльфы, которые столпились на входе, не дают ему выйти. Келеборн психует и идет к шкафу за своим мечем. Открывает дверь в шкаф и на него падает весь мусор, который устроили с самого раннего утра Орофин и Румил.. Гости и эльфы все в пакат смеются. Из кучи торчать только ноги владыки. Одна часть эльфов его откапывает, другая делает крепкий коктейль для владыки, лишь бы успокоился. Келеборна садят за стол и суют бокал с чем то. Келеборн выпивает и походу моментально косеет. На его лице появляется улыбка и он разрешает всем гулять до потери пульса. Началась сильная пьянка, которую снимали хоббиты. Оказалось, что пьяные Эовин и Румил танцевали стриптиз на столе. Бедный Глоин с унитаза не слезал. Леголас и Гимли носились по залу и пугали всех своими скорченными лицами. Кирдэн, Элронд, Келеборн и Галадриэль пьяные, но не так как остальные, сидели и ковырялись в каких то бумажках, не забывая проливать на них вино. Гендальф и Саруман курили кальян, не забыв угостить им остальных желающих.Потом дедки стали играть в карты на дурацкие желания пойти, кого-нибудь пнуть или поцеловать. В итоге именинника запинали всего, а владычицу зацеловали.
Боромир и Эомер заблевали всю кухню, т.к. туалет все время был занят. Орофин и Халдир пьяные давали хоббитам неприличное интервью про то, откуда берутся дети и как это происходит. Арагорн и Арвен ушли в комнату Румила(ну тут все ясно). Глорфиндейл собирал деньги за стриптиз. Этот день мало, кто помнит.
Но благодаря хоббитам, которые это все выставили в Интернет, Келеборн отныне запретил празднования дней рождений в Лориене.
Конец

Подтверждение

«Как вести себя в гостях»

Данный рассказ посвящается Глорфинделю.
Увы, там где нарыл автора бессовестно забыли указать.

«Как вести себя в гостях».

После свадьбы Арагорна и Арвен Элронд пригласил всю толпу в Ривенделл. Все с радостью приняли это приглашение, кроме Галадриэль и Келеборна, которые не смогли поехать, но обещали навестить Элронда в ближайшее время. Честно говоря, идея с приглашением была не очень удачная, в чём Элронд вскоре убедился.
Первый день прошёл довольно мирно. Но на второй, Фарамир и Глорфиндель чуть не подрались из-за Эовин и разбили любимую вазу владыки. Элронд наорал на обоих и заставил их склеивать осколки. Но после «склейки» ваза приобрела фурму горшка и у неё неожиданно появилась ручка.
Трандуил ходил по дому Элронда и выискивал недостатки, придираясь к любым мелочам, ему уж больно хотелось доказать своё превосходство.
Остальные вели себя пристойно…Пока…

Элронд отдыхал в каминном зале. Читал письмо от Галадриэль. Она писала, что собирается приехать через 2 дня в Ривенделл. Владыка улыбнулся и решил как можно лучше подготовиться к приёму гостей. Тут в комнату зашёл Трандуил. Он рефлекторно провёл рукой по полке, проверяя её чистоту.
ТРАНДУИЛ:
— ОООООООоо! Элронд, что-то у тебя грязновато. А на кухне почему-то посуда немытая…
ЭЛРОНД: (раздражённо)
— Не нравится, можешь помыть! Трандуил, мне не до тебя! После завтра приезжает Галадриэль с супругом, надо подготовиться… — выходит из комнаты.
Трандуил провожает его недовольным взглядом. Вдруг он слышит тихие шага за спиной.
ТРАНДУИЛ: (не оборачиваясь)
— Леголас, это ты крадёшься в свою комнату?
Леголас останавливается. Он весь в помаде.
ЛЕГОЛАС: (сделанным голосом)
— Нет!
ТРАНДУИЛ:
— Только не ври мне. Что такое? – поворачивается и с удивлением смотрит на сына, — Ё моё! Что с тобой.
ЛЕГОЛАС: (безуспешно вытирает помаду с лица)
— Если я скажу, что ел помаду на спор, ты поверишь?
ТРАНДУИЛ: (невозмутимо)
— Нет. Надеюсь, это не Арвен работа?
ЛЕГОЛАС:
— Нет! Что ты, она теперь жена Арагорна. Я….я…просто…
ТРАНДУИЛ: (улыбаясь)
— Ты, знаешь, я не хочу знать, что ты «просто». Иди, умойся.
Леголас быстро убегает в свою комнату.

Глорфиндель в это время тайно пробирается в комнату Фарамира и кладёт ему на кровать записку. Потом хихикая удаляется. Фарамир через 10 минут заходит в комнату вместе с Арагорном.
ФАРАМИР:
— Я отвечаю, Эовин ещё пожалеет о своём выборе… — замечает записку на кровати.
АРАГОРН:
— О, что тут у нас? Фарамир, от кого это?
ФАРАМИР:
— Не знаю…но бьюсь об заклад, это Эовин осознала свою ошибку. Точно, почерк её! – читает, — «Милый, я наконец всё понимаю! Мне так тебя не хватало , Желаю увидеть тебя сегодня в 21.00 под деревом у фонтана. С любовью от меня…». Странно как-то написано…Корявенько. Ну, ничего, я люблю её и такой.
АРАГОРН:
— А ты уверен, что это от Эовин, подписи ведь нет!?
ФАРАМИР:
— Ара, мне сердце подсказывает… — мечтательно закатывает глаза. – О, Эовин, наконец ты поняла, что мы созданы друг для друга!
Глорфиндель, подслушивающий под дверью, начинает ржать, не удерживается на ногах, и заваливается прямо в комнату.
ФАРАМИР:
— Ты ещё что тут делаешь?
АРАГОРН: (помогает Глорфинделю встать)
— По-моему он подслушивал. – Игриво подмигивает эльфу, — А, Глорфи, колись?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Мне, что делать не фиг? – поспешно удаляется из комнаты.
Арагорн пожимает плечами.

Хоббиты сидят на веранде. Они откровенно скучают. Пока их друзья веселятся они не могут придумать, чем бы себя занять.
ФРОДО:
— Сэм, слышь, пошли, что ли поорем над Элрондом?
СЭМ:
— Не гоните, хозяин Фро, он и так в последний раз на нас нагнал…Лучше давайте засунем Гэндальфу в штаны ту лягушку, которую он собирается приготовить.
ПИППИН:
— Не, это всё было…**** как нудно!
МЕРРИ:
— Не говори!
Хоббиты вздыхают по очереди и продолжают сидеть.

Эомер в это время выходит из душа и видит записку на кровати. Он заинтригованный, подходит, берёт записку в руки и начинает читать.
ЭОМЕР:
— « Милый, приходи в 21.00 к дереву у фонтана. Я буду тебя ждать. С любовью от меня». – Эомер чешет затылок. – Неужели Фарамир решился признаться ему в своих чувствах…

И вот наступает вечер. Фарамир ходит, загадочно улыбаясь. Эомер целый день сидит в своей комнате, избегая встречи с Фарамиром. Эовин и Глорфиндель выходят из комнаты Эовин только к ужину. Арагорн и Арвен уже сидят к этому времени за обеденным столом вместе с остальными.
ЭЛРОНД:
— Ну, друзья мои…- коситься на Трандуила, — и недрузья, как провели день?
ФАРАМИР:
— Отлично! – смотрит с удивлением на спускающегося по лестнице Эомера, — О, а вот и Эоша!
Эомер вздрагивает и садиться подальше от Фарамира.
ЛЕГОЛАС: (до сих пор до конца не стёр помаду с лица)
— Отлично!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— По тебе заметно! – начинает смеяться, Леголас краснеет.
ЭЛРОНД:
— Лорд Глорфиндель, ведите себя пристойно!
Глорфиндель хмыкает, но замолкает.
Арвен и Арагорн переглядываются.
АРАГОРН:
— Всё было прикольно, владыка Элронд, но кто-то спёр трусы Арвен.
ПИППИН:
— Это я! Из стрингов такая клеевая рогатка вышла!
АРВЕН:
— Ах, ты недомерок!
ЭЛРОНД:
— Доця, что за выражения!?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Хреново же твоя дочь, Элронд, воспитана! – опять начинает ржать, его поддерживают дружным хохотом хоббиты.
ЭЛРОНД:
— Лорд Глорфиндель, Вы у меня сегодня дошутитесь! Попрошу Вас покинуть стол!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Без базара! А хавчик с собой можно взять? Я за день проголодался…
ЭЛРОНД:
— Берите, и валите побыстрее!
Глорфиндель берёт 2 бутылки шампанского, посылает воздушный поцелуй Эовин и уходит. Эовин улыбается ему в ответ. Гимли рыгает.
ЭЛРОНД:
— Гимли…
ГИМЛИ:
— Пойду, присоединюсь к лорду Глорфинделю. Легси, ты со мной?
Леголас кивает и не смотря на возражения отца убегает вместе с гномом. Арагорн, не долго думая убегает с Леголасом.
ГЛОИН:
— Не пойму, это они так Глорфинделя любят или…
ГЭНДАЛЬФ:
— Ох, Глоин, они любят 2 бутылки шампанского…
Тут в комнату снова заходить Глорфиндель. Он с наглым видом хватает ещё 2 бутылки вина, тарелку салата и мило улыбнувшись ошарашенной компании, удаляется.
ЭЛРОНД: (вслед Глорфинделю)
— Не хочешь нам что-нибудь оставить?
Глорфиндель молча ставит на стол перед Элрондом практически пустую бутылку шампанского.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (Элронду)
— На, я не жадный!(Эовин и Арвен) Дамы, вы к нам не присоединитесь?
Дамы встают и с радостью «присоединяются» к Глорфинделю.
Хоббиты не долго думая, встают из-за стола и убегают из комнаты.
Трандуил, Эомер, Глоин, Гэндальф, дядя Бильбо и Фарамир остаются сидеть с открытыми ртами.

В комнате Глорфинделя торжество идёт полным ходом. Арагорн с радостью переворачивает очередную предложенную ему рюмку, Леголас, успевший напиться, тихо втыкает в углу, Гимли берёт сразу же 2 стакана и пьёт из них вино, Арвен обнимает мужа, Эовин радостными воплями встречает очередную бутылку, которую тащат хоббиты. Глорфиндель встаёт:
— Предлагаю тост! За Вечернюю звезду и…
ПИППИН:
— И звездуна!
Все начинают смеяться. Глорфиндель и Эовин выпивают «на брудер шафт».
АРАГОРН:
— А давайте поиграем…Ик! В бутылочку? – раскручивает пустую бутылку из под шампанского.
ЛЕГОЛАС:
— Давай!
Бутылка останавливается на Фродо и Сэме.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Давай, Фро, покажи ему, как надо целоваться!
Фродо и Сэм краснеют. Сэм не уверенно чмокает Фродо в щёку, под фуканье остальных.
ГИМЛИ:
— Тю, так не честно!
АРАГОРН:
— Хоббиты, вы меня разочаровали… — раскручивает бутылку снова.
На этот раз выпадает целоваться Арвен и Леголасу. Арвен с радостью обнимает эльфа.
АРВЕН:
— Сейчас я покажу, как надо! – страстно набрасывается на эльфа.
Леголас, плохо соображая, что с ним происходит, тоже обнимает Арвен. Арагорн вне себя от злости. Он пытается оттащить жену от эльфа.
МЕРРИ:
— 8…9…10…11! Ого, Арвен целовала Леголаса 11 секунд! Арагорн, тебе стоит задуматься…
АРАГОРН:
— Леголас, пошли выйдем!
Леголас никак не может прийти в себя. Наконец до него доходит, что случилось. Он краснеет и невинно смотрит на Арагорна.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (как ни странно наиболее трезвый)
— Так, Арагорн, Это игра, к тому же ты сам предложил! Обойдёмся без пьяных драк! Леголас не лезь больше к его жене, жена, не лезь больше к принцу. На этом вопрос исчерпан!
Арагорн нехотя соглашается. Леголас тихонько садится в углу и изредка посматривает на него.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (смотрит на часы: 20.55)
— Я сейчас! – выбегает из комнаты.

Творческая мастерская 24.11.2011 часть 1

21.00
Фарамир в это время стоит с цветами у фонтана под деревом. Эомер подходит к нему.
ЭОМЕР: (не решительно)
— Ээээ, привет, кого ждёшь?
ФАРАМИР:
— Мою любовь!
ЭОМЕР(ТИХО)
— Блин, ну, как ему объяснимть, что я не голубой…(Фарамиру) Слушай, а вдруг твоя любовь, она вовсе не любовь, может эта «любовь» тебя не любит…
ФАРАМИР:
— Любит, любит. Зачем я иначе тут стою?
ЭОМЕР:
— А что ты сделаешь, если не любит?
ФАРАМИР:
— Утоплюсь. Или, нет, лучше повешусь у неё в комнате на своих трусах!
ЭОМЕР:
— Ну, я не знаю…Фарамир…понимаешь, ты отличный парень, если бы ты был девушкой, я бы обязательно на тебе женился, но ты не совсем девушка…
ФАРАМИР:
— Да, уж, приятно, что ты заметил…
Глорфиндель всё это время стоял за деревом и помирал со смеху.
ЭОМЕР:
— Фарамир, прости меня, но я…я …я не люблю тебя.
ФАРАМИР: (ошарашено)
— Да и я, как-то тоже…
ЭОМЕР:
— Не понял. Так на фиг ты стебался и прислал записку, и цветы…
ФАРАМИР:
— Это для Эовин, она прислала записку… — и тут до него доходит. – Эомер, нас разыграли! Кто-то зло поиздевался над нашими чувствами!
Эомер с радостными воплями обнимает Фарамира. Тут во двор выходит Гэндальф, он видит обнимающихся Эомера и Фарамира, смущается и уходит.
ЭОМЕР:
— Фух, хорошо, что ты не любишь меня…Узнаю, кто наш «шутник» и хорошенько его отхожу!
ФАРАМИР:
— А я тебе помогу!
Глорфиндель тихонько убегает в дом, еле сдерживая смех.

Проходит 2 дня. Всё готово к встрече владычицы Лориэна. Дом Элронда украшен шариками и ленточками, сам Элронд сидит у себя в комнате и выбирает наряд для приёма.
За эти два дня Фарамир узнаёт, что из всей тусовки только Фродо умеет отлично копировать почерк. Он направляется к нему и застаёт хоббита на веранде.
ФАРАМИР:
— Фродо, не вздумай отнекиваться! Я знаю, что это ты написал мне эту записку, — показывает ему бумажку, — зачем, Фро? Я думал, мы друзья…
ФРОДО: (рыдая)
— Прости меня Фарамир, но меня заставил Глорфиндель, он шантажировал меня…(всхлипывания)…он сказал, что расскажет о том, как я …как я на спор съел носок Пиппина.
Тут на веранду вышел Сэм. Заметив, что его хозяин рыдает, он тут же принялся утешать Фродо и ругать Фарамира:
— Что ты, громадина, предолбался к хозяину Фродо? Ну, написал он, ну и что? Уходи прочь! А ты, дурак, веришь! (Фродо) Ну, не плач, голубчик! Вот Вам носовичёк, вытрите носик!
Фродо громко сморкается в рукав Сэма, перепутав его с платком. Фарамир встаёт. «Как же я раньше-то не догадался! Ну, Глорфиндель, держись!»

Тут на улицу выходят все эльфы. Хоббиты и Фарамир с удивлением смотрят на процессию, въезжающую в город. Галадриэль прибыла.

Элронд лично выходит встретить владычицу и её супруга. Галадриэль мило улыбается ему.
ЭЛРОНД: (по-эльфийски)
— Добро пожаловать, владычица!
На веранде Сэм осторожно притронулся к руке Фродо:
— Хозяин…
ФРОДО:
— Да, Сэм?
СЭМ:
— А Вы бы не могли мне перевести разговор владычицы Галадриэль и владыки Элронда?
ФРОДО:
— Конечно, Сэм, с лёгкостью! Вот сейчас он сказал: « Привет!»

ЭЛРОНД:
— Я счастлив, что Вы прибыли так скоро. Надеюсь, долгая дорога не слишком утомила Вас?
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— Благодарю. Всё было отлично, только Келеборн укачался…

ФРОДО:
— А теперь Галадриэль рассказывает о семье.
СЭМ:
— Странно, только приехала и уже о семье…
ФРОДО:
— Говорит, у них ребёнок с Келеборном очередной родился.
СЭМ: (с восхищением)
— Ну, эльфы, ну, молодцы, прямо ксероксы какие-то! Как уезжали, так и не думали о пополнении, а вернулись, уже ребёнок есть! Круто!

Тут встречать Галадриэль вышел Глорфиндель. Он улыбнулся владычице, пожал руку Келеборну и пригласил всех в дом.
ЭЛРОНД:
— Галадриэль, Келеборн, как я рад снова видеть вас! Пройдёмте со мной в каминный зал, выпьем по бокалу вина, обсудим перспективы на будущее. А вашим эльфам лорд Глорфиндель устроит экскурсию по моему дому. Глорфиндель,…Где Глорфиндель?

Глорфиндель заметив, насколько Элронд увлёкся гостями, решил спокойно смыться, но в коридоре столкнулся с разъярённым Фарамиром. Не долго думая Глорфиндель развернулся и быстро погнал назад. Фарамир с воплями побежал за ним.

Элронд, отправивший на поиска Глорфинделя 2 эльфов, разговаривал с Галадриэль. Свита владычицы стояла молча, но потом один эльф всё же не выдержал:
— Владыка, Элронд, а это правда, что это тот самый Глорфиндель, победивший балрога?
ЭЛРОНД: (гордо)
— Да, это был он. Этот благородный эльф, смог справится с демоном, к тому же, он мой верный помощник.
Тут «благородный эльф» и «верный помощник» выскочил из-за угла и попытался пробежать мимо удивлённой толпы. Элронд остановил его, преградив собой путь.
ЭЛРОНД:
— А вот и лорд Глорфиндель! (тихо) Где тебя, сволочь, носило? – похлопал по плечу.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Ещё раз здрасьте. Простите, но мне пора. – пытается пробежать.
КЕЛЕБОРН:
— Куда, Вы, Глорфиндель?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Да за мной Фарамир гонится, убить хочет…
ЭЛРОНД:
— Глорфиндель хочет сказать, что у нас…у нас проводятся учения…Военные и он учит наше войско…
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (не долго думая)
— Как линять от врага! – пытается продемонстрировать, как именно надо линять.
ЭЛРОНД:
— Стой! В смысле, постойте с нами, Глорфиндель.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Да, нет уж, дела…
ЭЛРОНД:
— Я освобождаю вас временно от ваших «дел». Расскажите нам про балрога.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Ё…- Элронд наступает ему на ногу. – Хорошо. Ужрались мы значит в доску, и…- Элронд опять наступает ему на ногу, — …и пошли воевать. Как увидели балрога, вмиг протрезвели. Ну, я его конечно с одного хука в челюсть уложил, потом ещё ногами допинывал, а потом…
ЭЛРОНД:
— Благодарим за содержательный рассказ, лорд Глорфиндель, а теперь проведите с эльфами экскурсию…
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— А потом я свободен?
ЭЛРОНД:
— Да, безусловно.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Так, эльфики, смотрим туда, там у нас туалет, а слева у нас ванная, прямо по коридору, там, где стоит наместник Фарамир и показывает нам непристойные жесты, там кухня, справа за углом…
ЭЛРОНД:
— Глорфиндель, ты таким макаром всю экскурсию собираешься проводить.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Да. А там у нас…
ЭЛРОНД:
— Лорд Глорфиндель, пойдемте в сторонку …поговорим…
Элронд отходит за угол, дожидается, пока к нему подходит Глорфиндель.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Чё такое?
ЭЛРОНД:
— «Чё такое». И он меня спрашивает « чё такое».
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Заело что ли? Старый, что стряслось?
ЭЛРОНД:
— Ты «стряслось». Ты позоришь меня и весь Ривендел! «эльфики, смотрим туда, эльфики, зырим сюда!» — передразнил Глорфинделя. – «Тут у нас туалет, а там — чокнутый наместник…»
Но вдруг из-за угла показался Фарамир и с воплями: « Не уйдёшь, скотина!» направился к эльфам. Глорфиндель быстро скрылся, за ним побежал Фарамир. Элронд остался один.
Глорфиндель завернул за угол и наткнулся на Галадриэль и компанию. Эльфы с восхищением смотрели на Глорфинделя, который подбежал к ним.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Слушаем сюда! Если увидите странного мужика с дубиной или без дубины, спрашивающего куда делся Глорфиндель, скажите, что я вон туда побежал, — махнул рукой в сторону туалета, — ок?
Ошеломлённые эльфы закивали. Галадриэль удивилась, но ничего не сказала.
Глорфиндель быстро развернулся и побежал в противоположную сторону.
Эльфы переглянулись. Галадриэль пожала плечами.
Элронду в это время всё же удалось поймать Фарамира.
ЭЛРОНД:
— Слушай, давай вы с Глорфинделем отложите свои разборки на несколько дней? Уедет Галадриэль, хоть поубивайте друг друга, но ЕСЛИ МНЕ ЧТО-ТО НЕ ПОНРАВИТСЯ, Я ВАМ ТАКОЕ СДЕЛАЮ, САМИ О СМЕРТИ ПОПРОСИТЕ. И ещё одно НЕ ПОЗОРЬ МЕНЯ!
ФАРАМИР: (покраснел)
— Прости, владыка, я не буду.
Элронд похлопал его по плечу: хороший мальчик и пошёл разыскивать Глорфинделя.

Через десять минут лорд Глорфиндель мило рассказывал эльфам о доме Элронда. Владыка очень мило «поговорил» с ним и убедил провести экскурсию.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Так, вот тут у нас библиотека, пойдемте посмотрим… Отрывает дверь, и видит, что в библиотеке целуются Леголас с какой-то эльфийкой.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (резко закрывает дверь)
— НЕТ! Мы не пойдём в библиотеку, там…там ремонт. Крыша может на голову упасть и пришибить на фиг.
Один хорошенький эльф, внимательно слушающий Глорфинделя, поднял руку:
— Извините, лорд Глорфиндель, а что такое «на фиг»?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Это значит, что свалится и полный пи****.
ЭЛЬФ:
— А что такое пи***? – невинно захлопал ресницами.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Святое дерьмо! Это значит, что ты – дебил. Вспомнил о том, что Элронд настойчиво «просил» его не оскорблять эльфов. — Всё, проехали. Пошли дальше.

Глорфиндель повёл эльфов по коридору вперёд. Вдруг на одной из голов чучел-демонов, все увидели Фродо, висящего на собственных трусах. Глорфиндель засмеялся.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— О, а это главный экспонат – Фродо Бэггинс, хранитель кольца.
Эльфы с удивлением посмотрели на хоббита.
ФРОДО:
— Су***и, снимите!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Ну, как висится, уважаемый мой, Бэггинс? Оригинально Вы развлекаетесь.
ФРОДО:
— Это сволочь, Эомер, сделал! Он узнал, что это я писал письма…Глорфи, ну сними меня. – хоббит чуть не плакал.
Глорфинделю стало жаль малыша, и он снял Фродо с рога. Эльфы зааплодировали. Один из них, тот самый наивный дурачок, подошёл к Фродо и Глорфинделю.
ЭЛЬФ:
— Ух, ты! Лорд Глорфиндель, Вы такой тощий…в смысле стройный, а с лёгкостью сняли этого…недомерка.
Глорфиндель начал ржать, а Фродо с ненавистью посмотрел на эльфа и от полноты чувств, плюнул ему на сапоги. Эльф взвизгнул и скрылся.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Так, Фро, не обижай гостей!
ФРОДО:
— Ладно, не буду. Спасибо тебе, за то, что снял меня. – Повернулся к эльфам. – А ну кыш! – эльфы в ужасе расступились, и Фродо гордо прошествовал в свою комнату.
Как только он скрылся, из комнаты напротив вышла Эовин, она была одета в малюсенькое платьице и ботфорты. Увидев Глорфинделя, она подскочила к нему, запрыгнула на руки и начала целовать. Глорфиндель ответил ей взаимностью. Эльфы опять в ужасе отшатнулись. Прошёл шёпот: «Что она делает? Почему он ей это позволяет?»
ЭОВИН:
— Пошли ко мне…
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Детка, я не могу, Элронд припас… Вон стадо выгуливаю.
ЭОВИН:
— По фиг, они под дверью постоят.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Боюсь, им придется стоять весь день…
ЭОВИН:
— Ну, так не честно, пошли их подальше!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Они всё равно не поймут. Вон таращатся, как будто с Луны.
Эовин опять поцеловала Глорфинделя, и шепнула ему что-то на ушко, по видимому, что-то непристойное, так как эльф чуть покраснел, потом посмотрел на «стадо». «Стадо» стояло смирно.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (Эовин)
— Детка, я буду через час.
Эовин вздохнула и слезла с Глорфинделя. Проходя мимо эльфов, она скорчила такуууую ужасную мину, что эльфы в ужасе позакрывали лица руками.

Гэндальф в это время залез в бассейн поплавать. Вещи маг оставил не далеко от бассейна. Когда он нырнул, Пиппин и Мерри, сидевшие в кустах, высочили и, схватив вещи, смылись в неизвестном направлении. Наплававшись, Гэндальф вылез и… обнаружил, что вещи исчезли. Маг постеснялся идти через главный ход, так как из одежды на нём были только плавки, и поэтому он полез через, как ему казалось, большое кухонное окно. Ошибся. Застрял в оконной раме.

Глорфиндель привёл своё «стадо» в «ванную» — огромную комнату, с множеством разнообразных ванн и прочей ерунды. Заглянув в комнату, Глорфиндель увидел, что в одной из ванн сидят Арагорн и Арвен. На Арвен был купальник, на Арагорне – плавки.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Вашу мать! Нашли место! У меня экскурсия, сейчас тут будет толпа эльфов! Элронд нас всех прикончит.
АРВЕН: (в панике)
— Что делать?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
-Ныряйте!
Король тут же последовал совету, Арвен вздохнула и последовала его примеру.
Тут в комнату зашли эльфы. Глорфиндель поболтал немного и попытался их вывести. Но вдруг Арагорн вынырнул из ванны, у него не хватило дыхания. Эльфы обомлели, не в состоянии что-либо сказать, но их шок удвоился, когда вслед за Арагорном вынырнула Арвен.
АРВЕН:
— ФУ, Ара, они ушли? – увидела эльфов и смутилась, — Всем привет!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Знакомьтесь, эльфы, это – король Гондора – Элессар, а это – Арвен, его жена.
ЭЛЬФЫ: (хором)
— Здрасьте!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Они…они занимаются нырянием с аквалангом. Тренируются в ванне. Не будем им мешать. Пойдемте.
Эльфы хором издали: «Аааааааааа!» и поспешили удалиться.

Потом Глорфиндель повёл всех на кухню.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— А тут у нас кухня! И маг в окне. Гэндальф, что ты делаешь в окне? Занавески тыришь? Не переживайте, это наш друг – великий маг Гэндальф, он, кстати, очень мудрый, хотя сейчас и мало вериться. Эй, Гэндальф, ты долго там висеть будешь.
ГЭНДАЛЬФ:
— Пока не снимите. Слышь, Глорфи, помоги, а?
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (ехидно улыбаясь)
— ОК! Эльфы, стоять! Я сейчас! – выбегает из кухни.
Глорфиндель выходит на улицу и видит 5 точку Гэндальфа на улице. Он подскакивает к магу и изо всех сил пинает его под зад. Гэндальф с воплями влетает на кухню. Глорфиндель довольный возвращается в комнату.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Ну, что Гэндальф, трусы хоть не потерял от полёта?
ГЭНДАЛЬФ:
— Сволочь, ты! – дарит Глорфинделю злой взгляд и уходит к себе в комнату.
Эльфы тихонько стоят и изредка переглядываются.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Стадо, ща попру вас …
ЭЛЬФ:
— Простите, лорд Глорфиндель, мы так кушать хотим…
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— А я тут при чём?
ЭЛЬФ: (робко)
— А Вы не могли бы нам дать что-то пожевать…
Глорфиндель задумывается. Вдруг он улыбается:
— Могу только продать! 500 золотых и холодильник ваш!
Эльфы вздыхают и начинают сбрасываться. Глорфиндель получает свои деньги, а эльфы еду (вместе с холодильником).
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Так, сейчас идём в погреб. Покажу вам, что такое вино.
Тусовка подходит к погребу, Глорфиндель заходит первым, за ним эльфы. А в погребе идёт гульня. Пиппин в лифчике Арвен и Мерри с её же трусами на голове, сидят, абсолютно пьяные и допивают бочку лучшего вина Элронда.
ПИППИН:
— ЙО! Лорд Глорфиндель, чё такое? Присое…сосо…соединитесь к нам-с?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— F*ck! А ну пошли вон, алкаши! Хоботы, вон я сказал!
Хоббиты, шатаясь, выходят. Мерри обнимает Глорфинделя, как родного.
МЕРРИ:
— Ты, мой герой! – подпрыгивает, пытаясь поцеловать Глорфинделя.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Мерри, успокойся! Да, успокойся же! – прыгая, Мерри сбивает его с ног. – Мерри, мать твою, пошёл вон! – отпихивает, обнимающего его хоббита, — это ж надо было так нажраться!
Пиппин кусает Глорфинделя за руку.
ПИППИН:
— Не смей отвергать любовь моего друга! – ещё раз кусает.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Всё, доигрались! – он связывает Пиппину лифчиком Арвен руки, Мерри натягивает трусы на голову и выбрасывает их из погреба.
Эльфы, как всегда, в шоке.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Фууууух, надеюсь, у него не было бешенства. – Смотрит на укушенную руку.

Наконец экскурсия подходит к завершению. Глорфиндель приводит эльфов в большую, ярко освещённую комнату. С большим сюрпризом.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Тут мы фехтуем и стреляем из лука. – замечает Фарамира, сидящего в кресле, в руках у него меч.
ФАРАМИР:
— О, да! Глорфиндель, я безумно рад Вас видеть, прямо УЖАС, как рад! – на его лице появляется кривая улыбочка, но в глазах горит ненависть.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— О, здравствуй, Фарамир…Помните, эльфы, человека, который вам упорно показывал свой средний палец? Знакомьтесь – это наместник Фарамир.
ФАРАМИР:
— Я слышал, Вы, лорд, не плохо владеете, мечём. Возможно, Вы нам продемонстрируете своё умение? Я вам охотно помогу.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (надменно улыбаясь)
— Конечно, если устанете, скажите мне.
Он сбрасывет плащ, подходит и берёт меч. Фарамир встаёт и становится в центре комнаты.
ФАРАМИР: (тихо)
— Ну, что, тварь, сейчас я тебе покажу, как красть чужих невест!
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (тихо)
— От такого импотента, как ты, любая нормальная девушка сбежит. (Вслух) Нападайте, наместник!
Фарамир махнул, мечём, Глорфиндель ловко увернулся, эльфы в ужасе сбились в кучку.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (тихо)
— И это всё, на что ты способен? Да, я ожидал большего…как и Эовин…
Фарамир с воплями бросился на эльфа, опять промахнулся и сбил со стола многострадальную, сто раз склеенную, но любимую вазу Элронда. Глорфиндель заржал, Фарамир быстро встал и врезал ему в челюсть. Глорфиндель взвизгнул и повалился на пол, по пути схватив бюст с полки и Фарамира. Фарамир попытался вырваться, но у него ничего не вышло.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Что такое, Фарамир? Я тебе понравился?
ФАРАМИР:
— Пошёл ты!
Глорфиндель ударил его по голове бюстом и вскочил на ноги. Фаримир, пошатываясь, тоже встал. Они снова скрестили мечи.
На звук драки в комнату зашли Арагорн с Арвен и Эовин.
АРАГОРН:
— О, опять они дерутся! Теперь на мечах!
ЭОВИН:
— Мальчики, перестаньте!
ФАРАМИР:
— Сейчас, Эовин, я его немного «подправлю» мечём и мы перестанем!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Фарамир, не подумай, что я пошлю, но ты только языком и можешь работать.
ФАРАМИР:
— А ты и этого не можешь!

Он снова начал наступать на Глорфинделя. Эльф с лёгкостью отбивал его атаки, и всё время дразнил Фарамира. Разъярённый Фарамир крушил всё вокруг, не соображая, что делает. Тут в комнату зашёл Элронд.
ЭЛРОНД:
— ТАК! Быстро прекратите это! – посмотрел на кипишь, устроенный в комнате. – Прекратите это грёбано фехтование!
За спиной владыки стояла поражённая Галадриэль.
Фарамир и Глорфиндель враз бросили мечи и перешли на рукопашную. Элронд и Галадриэль замерли в шоке. «Стадо» продолжало, забито моститься в углу. Арагорн держал Эовин, порывающуюся присоединиться к драке, Арвен побежала за помощью в лице Гэндальфа.
ФАРАМИР:
— И что она в тебе, уроде, нашла?
Честно говоря, стройный и высокий, Глорфиндель был очень симпатичным, не смотря даже на разбитую губу, хотя сейчас больше походил на взбалмошного подростка, чем на эльфийского лорда, но в глазах Фарамира он был самым отвратительным и гадким существом Средиземья.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— То, чего в тебе явно нет!
Фарамир с криком: « Замочу, тварюка!» прыгнул на Глорфинделя, повалил на пол и собирался стукнуть его в очередной раз, но вмешался, приведённый Арвен Гэндальф.
ГЭНДАЛЬФ:
— Так, ребята, хватит! Фарамир, да отпусти ты его! Глорфиндель выплюнь кусок Фарамирского рукава! — с этими словами он оттащил Фарамира в сторону, Элронд удерживал рвущегося в бой Глорфинделя. Фарамир вырвался и вмазал Глорфинделю по лицу.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Сучка, я же просил не бить по лицу!
ФАРАМИР:
— А сам чего тогда бил? Мра**ь, ты мне фингал поставил!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Тебе не страшно! Если за угол поставить мою задницу и твою рожу, все, не отличив, решат, что это братья близнецы!
ФАРАМИР:
— Я тебя сейчас прикончу! – вырывается.
Наконец Глорфинделя и Фарамира растаскивают в разные стороны. Все расходятся. Арагорн и Арвен возвращаются в ванну, Гэндальф идёт искать Пиппина и Мерри, Фарамир уходит к себе в комнату, Глорфинделя уводит Эовин, Элронд идёт на кухню пить с Галадриэль валерьянку. По дороге они сталкиваются с растрёпанным, но счастливым Леголасом, выходящим из библиотеки.
ЭЛРОНД:
— Гхм, принц, Вы такой весёлый, полагаю, из-за чтения книг?
ЛЕГОЛАС:
— Ой, владыка, это Вы? Не видели Гимли? А то я так увлёкся…чтением.
ГАЛАДРИЭЛЬ: (сквозь смех)
— Да, заметно, насколько ты увлёкся. Это книга тебе засос на шее оставила?
Леголас прикрывает шею рукой, краснеет и быстро сбегает.
ЭЛРОНД:
— Владычица, думаю, нам не стоит заглядывать в библиотеку…Принц удивляет меня всё больше! Бьюсь об заклад, он занимался вовсе не чтением…
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— Ой, Элронд, не будь занудой! Пусть парень развлечётся! Твои сынки, вообще не известно где. – Начинает смеяться. Элронд недовольный замолкает.

Глорфиндель в это время разводит «дедовщину» у эльфов.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Так, стадо, какая зараза настучала на меня Элронду?
ЭЛЬФ: (тихо)
— Он сам пришёл…
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Выйти из строя! – эльф выходит и с опаской смотрит на Глорфинделя, — Дерьму слова не давали!
ЭЛЬФ:
— Но…но…
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— За нарушение приказа 40 приседаний. Приступить к выполнению!
Эльф начинает приседать.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Так, а теперь отвечаем, кто у нас работает дятлом?
Эльфы молчат и переглядываются.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Раз, так, я обязываю вас убрать в комнате дяди Бильбо, но учтите у него недержание и в комнате полно луж! А ещё он не умеет пользоваться туалетом, поэтому, там много куч.
Эльфы начинают плакать. Один выходит.
ЭЛЬФ: (сквозь слёзы)
— Простите, лорд Глорфиндель, это я позвал владыку, но я так испугался, так испугался… — Продолжает плакать.
Глорфинделю стало жаль эльфа, но он боялся потерять авторитет.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Так, наказание стукачу – 120 отжиманий.
ЭЛЬФ:
— От чего?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— От пола!
ЭЛЬФ:
— А можно от скамеечки. Я от пола не умею…
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Научишься! За болтовню и пререкания, количество ваших отжиманий увеличивается до 140! Приступить к выполнению!
Эльф всхлипнул и начал отжиматься. Для большей эффективности Глорфиндель, сбегав в комнату Арагорна, принёс и поставил под нос эльфа королевские потники.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (эльфу)
— Давай, давай! Старательней! И пой песню при этом! – эльф начинает петь, Глорфиндель торжествует, — а вы, лодыри, танцуйте, а то заставлю мыть парашу, и вылизывать пол на кухне! Веселей пой и громче, не проглатывай окончания слов! Резче танцуйте, мне скучно! А теперь …
Но тут это дело замечает, проходящий мимо, Трандуил.
ТРАНДУИЛ:
— Мать, моя женщина! Что это такое.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Стадо, взять! Или я вами пол на кухне вытру!– он указал на Трандуила. – Вывести врага из лагеря!
Эльфы постояли немного, подумали о том, что лучше: вывести из комнаты короля Лихолесья или вылизать пол на кухне и решили, что «прогнать врага» легче. Осторожно взяв Трандуила под руки, под радостные вопли Глорфинделя, эльфы вывели короля в коридор.
ТРАНДУИЛ: (Глорфинделю)
— Ах ты, гадина! Паршивец, скажи им отпустить меня! Я буду сопротивляться! – пытается стукнуть эльфов.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Король, а Вы знаете, где рукав пришивается?
ТРАНДУИЛ:
— Скотина, мать твою! Пустите.
Тут на вопли прибегает Леголас. Увидев, что происходит от вытаскивает кинжалы и делает шаг к эльфам, которые с ужасом разбегаются и бросают Трандуила.
ТРАНДУИЛ: (встал, отряхивается)
— Ну, Глорфиндель, конец тебе! – направляется к кухне, но Глорфиндель закрывает дверь прямо перед его носом.
Леголас стоит в шоке, он не может ничего понять.
ЛЕГОЛАС: (чуть не плача)
— Папа, что случилось?
ТРАНДУИЛ:
— Отстань, сын, не до тебя сейчас! – пытается выломать дверь.
ЛЕГОЛАС:
— Но, папа!
ТРАНДУИЛ:
— Отстань, сказал!
Леголас начинает всхлипывать, Трандуил продолжает ломать дверь. Глорфиндель в это время вылазит через окно на улицу, но, не удержавшись, падает, в тот момент, когда Трандуил выбивает двери. Приземляется Глорфиндель прямо на руки Галадриэль, гуляющей по саду с супругом и Элрондом. Галадриэль взвизгивает.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (сидя на руках Галадриэль)
— Ой, здравствуйте, владычица, а я тренируюсь прыгать с парашютом.
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— А где парашют?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Забыл…
КЕЛЕБОРН: (язвительно)
— Вы, наверное, и с балрогом так тренировались, только в тот раз Галадриэль не было.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (спрыгивает с рук владычицы)
— Владыка Келеборн, давно хотел Вас спросить: как, имея такую очаровательную жену, Вы являетесь ТАКИМ идиотом?
Келеборн, не привыкший к грубостям, начинает икать, потом он зеленеет от злости.
КЕЛЕБОРН:
— ЧТООООООООО? Да, как ты смеешь. Да я тебя…Да я тебе…
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Ой, меня прям тилипает от страха!
Тут из кустов выпрыгивает четвёрка хоббитов, за которыми гонится Гэндальф.
ГЭНДАЛЬФ:
— Отдайте! Отдайте!
Пиппин кидает Мерри какой-то предмет. Мерри пасует Фродо, а Фродо – Сэму. Сэм спотыкается, и падаете, предмет летит на землю, к ногам Глорфинделя. Это оказываются вставные челюсти. Эльф пинает челюсти, выбивая на них передние зубы, и они попадают в голову Арвен, сидящей с Арагорном в бассейне.
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— ФУУУУУуу!
АРВЕН:
— АААААААААа! Меня кто-то укусил!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Это Гэндальф, старый извращенец!
ГЭНДАЛЬФ:
— Отдайте зубы!
На улицу выбегает Трандуил, за ним хныкающий Леголас и встреченный в коридоре Гимли.
Арагорн вылавливает многострадальные челюсти и выбрасывает их из бассейна, челюсти попадают в Леголаса. Осознав, что по нему попало, принц начинает громко рыдать, Гимли пытается его успокоить.
ГИМЛИ:
— Ну, Легси, ну не плачь! Это всего лишь зубы!
ЛЕГОЛАС:
— Но это зубы Гэндальфа. – продолжает рыдать.
Арагорн вылезает из бассейна и тоже начинает успокаивать принца.
ЭЛРОНД: (прийдя в себя)
— Трандуил, заткни, своего сына, чего он ревёт, как белуга?
ТРАНДУИЛ: (погладил по голове Леголаса)
— Не плачь, сынок! (Элронду) Сам заткнись!
Глорфиндель и Галадриэль, смеющиеся всё это время, немного успокаиваются.
ГАЛАДРИЭЛЬ: (подходит к Леголасу)
— Легси, ну не плачь, что с тобой?
ЛЕГОЛАС:
— Мне не приятно, это же ЗУБЫ ГЭНДАЛЬФА! А ещё… — всхлипывает, — ещё…
ТРАНДУИЛ:
— Что ещё, сынок? Тебя Элронд обидел? Так я и ему сейчас все рёбра пересчитаю…
ЛЕГОЛАС: (Галадриэль)
— А ещё папа не хочет мне купить хомячка…
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— Трандуил, купи ребёнку хомяка!
ТРАНДУИЛ:
— Куплю, куплю, только не плачь!
ЛЕГОЛАС:
— А ещё папа не даёт мне деньги на ночные клубы…
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— Ну, ничего, без этого можно обойтись…
После этих слов, Леголас начинает выть, как пожарная сирена.
ТРАНДУИЛ:
— Да, дам я тебе деньги, дам! На.- Суёт Леголасу деньги.
Леголас считает сумму. Посчитав, тут же перестаёт плакать.
ЛЕГОЛАС:
— Ура! Гимли, тут на Морийский дискарь хватит, погнали отметим! – они встают и быстро линяют.
Трандуил стоит в шоке.
ТРАНДУИЛ:
— Меня обдурили, как мальчика. Неужели я поверил этим крокодильим слезам.
Тут к компании подходят дядя Бильбо и Глоин.
ГЛОИН: (Трандуилу)
— А чего мой сын с твоим по Ривенделу, как идиоты носятся?
ГЭНДАЛЬФ: (вставил «зубы»)
— Потому, что они и есть…
ТРАНДУИЛ:
— Гэндальф, улыбнись нам своей беззубой голливудской улыбкой.
Гэндальф улыбается и уходит под общий ржач.
ЭЛРОНД:
— Так, что тут произошло? Почему Глорфиндель прыгает из окон, а хоббиты носятся с зубами?
ТРАНДУИЛ:
— Он, он, Этот Глорфиндель, заставлял эльфов Галадриэль отжиматься и танцевать при этом и петь ещё. Я вмешался, и меня выкинули из комнаты!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Ой-ой-ой, какие мы нежные!
ЭЛРОНД:
— Лорд Глорфиндель, я Вас сейчас прикончу! Держите меня семеро!
Элородн порывается вмазать Глорфинделю, но вдруг во дворе появляется эльф, он слезает с лошади и подходит к Элронду.
ЭЛЬФ:
— Владыка, на нас напали орки, они идут сюда…
ЭЛРОНД:
— ЧТО. Да как они смеют.
Тут к компании подходят поддатые Гимли с Леголасом.
ЛЕГОЛАС: (с ужасом)
— Урчи!
ТРАНДУИЛ:
— Сынок, я и без тебя понял.
ГИМЛИ:
— Ё, вашу мать, опять? И много их?
ЭЛЬФ:
— Не меньше тысячи…
ВСЕ:
— АААААААААААААААа! Спасайся кто может!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— УРА. Развлекуха! Элронд, дай мне войско, хочу повеселиться, а то с цивилами скучно…
ЭЛРОНД:
— Я б дал, но почти никого нет, все на море отдыхать поехали…
ЛЕГОЛАС:
— Ах, море! Папа, если ты не дашь мне денег на путёвку, чес слово уплыву!
ТРАНДУИЛ:
— Сын, и в кого ты такой вымогатель.
АРАГОРН:
— Надо как-то выпутываться…Элронд, сколько эльфов ты можешь нам дать?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Нам. Я поведу воинов!
АРАГОРН:
— А морда у тебя не треснет.
ЭЛРОНД:
— Я могу дать только сотню…
АРВЕН:
— Папаня, вечно Вы экономите на всём! О какой победе может быть речь.
ЭЛРОНД:
— Посмотрим!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Я поведу войско в бой при условии, что Арагорн будет сидеть дома и сушить вёсла, а не путаться под ногами во время битвы!
АРАГОРН:
— Хрен тебе!
ЭЛРОНД:
— Согласен с Глорфинделем! Эльфы, взять Арагорна, в темницу его и побыстрее! Позаботимся о его безопасности! – мило улыбается.
ЭЛЬФЫ:
— Но он же король!
ЭЛРОНД:
— Он был бродяжником, есть и будет есть! Взять его!
Эльфы хватают вырывающегося Арагорна и тащат в темницу. Тут появляется Эовин, Эомер и Фарамир. Эовин уже одела кольчугу, с мечём, протирает шлем. Эомер и Фарамир помогают ей, в битве участвовать они явно не намерены.
ЭОВИН:
— Я иду с тобой, Глорфи!
Глорфиндель:
— Только этого мне не хватало! Прости, милая…Элронд! – машет Элронду.
ЭЛРОНД:
— Эльфы и её в темницу! – смотрит на Эомера с Фарамиром, — И ярла с наместником туда же!
АРВЕН:
— Папа, ты, что хочешь посадить Арочку вместе с этой… Эовин.
ЭЛРОНД:
— Не боись, доця, их к стенке прикуют, что бы не озоровали!
АРВЕН:
— Нет, уж, лучше и я пойду в темницу! – присоединяется к Эовин.
ФАРАМИР:
— Элронд, а нас за что.
ЭОМЕР:
— Так не честно, мы и не собираемся участвовать в сражении! Мы просто так…
ЭЛРОНД:
— А кто вас знает? В темницу! – подумал, — И Трандуила тоже!
ТРАНДУИЛ:
— ЧТО. А меня за что.
ЭЛРОНД: (ехидно улыбаясь)
— Для безопасности.
ЛЕГОЛАС:
— А можно…можно и мне…
ЭЛРОНД:
— В тюрягу? Конечно можно!
ЛЕГОЛАС:
— Нет… В битву…Можно? – невинно хлопает глазами.
Слышится вопль Трандуила: « НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ!»
ЭЛРОНД:
— Конечно можно! Только слушайся Глорфинделя!
Тут подбегают хоббиты, они открывают рты, что бы попроситься в бой, но Элронд тут же приказывает отправить и их в темницу.
ФРОДО:
— НЕТ. (упирается) СЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭМ! Я не хочу. Там Эомер, он меня опять за что-то подвесит!
СЭМ:
— Не бойтесь, хозяин Фро, мы сами его подвесим!
Гэндальф выходит во двор, вздыхает и ничего не говоря идёт в тюрьму, его примеру следуют Глоин и дядя Бильбо.

Элронд даёт обещанную сотню воинов Глорфинделю и они отправляются на встречу оркам. К ним присоединяются Леголас и Гимли, который наотрез отказался отпускать друга одного.
Галадриэль со вздохом пожелала всем удачи и опять пошла пить валерьянку.

Не прошло и пол часа, когда эльфы и Гимли увидели орков. Их действительно было не меньше тысячи.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Кто попытается слинять, клянусь, вылижет весь дом Элронда языком. Я лично это проконтролирую!
Орки заметив эльфов разразились ржачем. Огромный, как скала лидер – урук-хай, вышел вперёд:
УРУК-ХАЙ:
— Эй, ушастые, вы, что отряд камикадзе-мазахистов. – дружный ржач орков. – Или просто Элронду надоели?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— А вы, что отряд недоносков?
УРУК-ХАЙ:
— А, ты кто такой? – с удивлением посмотрел на Глорфинделя.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Бабушка твоя!
УРУК-ХАЙ: (не услышал сказанного Глорфинделем, но ему показалось, что эльф упомянул его бабушку, что орка несколько смутило)
— Кто. Что ты сказал, придурок?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Я сказал, что спал с твоей бабушкой! ****!
УРКУ-ХАЙ: (своим оркам)
— Что за чокнутый эльф.
Для орков эльфы были такими себе скромными, прекрасными созданиями, которые не то, что бы матом, вообще не позволяли себе ругаться. А тут такое! Урук-хай, будучи не таким идиотом, как большинство его войска, решил разобраться в чём тут дело..
УРУК-ХАЙ:
— Эй, ты, да, ты – бляндинистый, иди сюда, поговорить надо! – махнул Глорфинделю.
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (эльфам)
— Слышали, этот *** хочет со мной переговоры переговаривать! Я сейчас со смеху помру!
Тем не менее Глорфиндель вышел на середину опушки, где они встретили орков, — нейтральную территорию. Урук-хай возвышался над стройным и, казалось, хрупким Глорфинделем, как гора, не смотря на то, что эльф считался высоким даже среди эльфов.
ОРКИ:
— Пусть ушастый бросит оружие!
Глорфиндель бросает меч и плюёт, чуть не попадая на сапог орка.
УРУК-ХАЙ: (кладёт оружие и лук на землю)
— Слышь, эльф, не плюйся на меня!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Ё моё, ты для этого меня звал? Предупредить, что бы я не плевал на твою обувь?
УРУК-ХАЙ:
— Слышь, чмо! Мы хотим Элрондову халупу! Обещаем быть с эльфами поласковей, есть не будем, продадим куда-нить. Согласны? Сдавайтесь, мать вашу! Вам не победить нас! – смеётся.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Я согласен, но с одним условием…
Эльфы и орки от изумления пооткрывали рты. Никто не ожидал такого поворота событий.
ЛЕГОЛАС: (Гимли)
— Что он делает?
ГИМЛИ:
— Не знаю…Он сошёл с ума…
Урук-хай засмеялся, он не ждал, что победа будет такой простой.
УРУК-ХАЙ:
— Что? Какое условие. – его голос был подобен раскатам грома, этого орка побаивались даже его подчинённые, но Глорфиндель, нагло улыбаясь, смотрел прямо ему в глаза.
В воздухе повисла тишина.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— При условии, что твои орки дружно споют песню Бритни Спирз. Хором.
Урук-хай взвыл от злости и разочарования. Глорфиндель звонко рассмеялся.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Что такое, орк, обломался?
УРУК-ХАЙ:
— А как ты отнесёшься, если я сейчас разорву тебя на мелкие кусочки и раздам своим ребятам на сувениры.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— А как ты отнесёшься, если я засуну тебе в зад вон тот твой большой лук и 2 раза проверну, против часовой стрелки.
УРУК-ХАЙ:
— Попробуй! – с этим криком он набросился на Глорфинделя, эльф увернулся, но орк всё же успел ударить его по плечу.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Моя мама меня и то больнее шлепала!
УРУК-ХАЙ: (в бешенстве)
— Я убью тебя, эльф, а голову насажу на копьё! – высказывание орка, как не странно, рассмешило Глорфинделя.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— О! То же самое мне говорила моя последняя девушка!
УРУК-ХАЙ:
— Ты, смеешь издеваться надо мной. – перспектива быть похожим на девушку этого наглого эльфа орка совсем не привлекала.- Ну, ничего, после нашей с тобой «беседы», вряд ли, ты понравишься хоть какой-нибудь девушке!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— А на тебя и до «беседы» никто не смотрел! Завидно?
У орка чуть не началась истерика, он с трудом сдержался, что бы не показать эльфу своих чувств.
УРУК-ХАЙ:
— Пора укоротить твой язык, эльф! Кстати, как тебя зовут?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Что такое? Я тебе понравился? Эй, эльфы, я начинаю побаиваться этого орка! Он хочет со мной познакомиться! Заигрывает! (орку) Прости, детка, но я женщин люблю… К тому же боюсь моя девушка нас не поймёт.
УРУК-ХАЙ:
— Я хочу знать имя моей жертвы!
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (игнорируя урук-хая)
— Эльфы, он хочет на мне жениться, не знаю, он меня почти уговорил! Ну, что соглашаться? – эльфы начали смеяться. Они совсем осмелели и с пренебрежением смотрели на орков.
УРУК-ХАЙ: (в отчаянии)
— Эльф, ты меня задрал!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Ну, хорошо, меня зовут Глорфиндель.
Урук-хай задумывается. Не тот ли это самый Глорфиндель, заваливший балрога?
Глорфиндель в это время начинает рассказывать, как много чучел -орков стоит у него в комнате.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— …короче до фига! Помню, разделывал последнего орка, жирный попался…
Орки с ужасом переглядываются. Вдруг они разворачиваются и разом дают дёру. Урук-хай видит это, он в бешенстве:
— Назад, ублюдки! Их сотня, а нас тысяча один! Вернитесь! – но орки не обращая внимания, разбегаются.
УРУК-ХАЙ(Глорфинделю)
-Я ещё вернусь, эльф! – бежит догонять своё войско.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Орк, ты прям, вылитый Терминатор! Эльфы, добивай врага! – эльфы с весёлыми воплями ринулись за орками.

ЛЕГОЛАС: (добивает орка)
— Гимли, спорим, у моего орка мозг больше!?
ГИМЛИ:
— Сейчас посмотрим!

Через пятнадцать минут сражение завершилось. Эльфы и Гимли, довольные, возвращались к Элронду.
ГИМЛИ: (весело)
— Ой, Легси, вернёмся, напьёмся до чёртиков!
ЛЕГОЛАС: (грустно)
— Нет, я с этим завязал…
ГИМЛИ:
— С чем, с чёртиками? Ну, тогда давай напьёмся до голого Арагорна…
ЛЕГОЛАС:
— Нет, с выпивкой…
ГИМЛИ:
— Чего.
ЛЕГОЛАС:
— Ну, ты прошлое лето помнишь?
ГИМЛИ:
— Конечно, да.
ЛЕГОЛАС: (со вздохом)
— А я не помню…
ГИМЛИ:
— Аааа, тогда понятно…

Элронд встретил воинов возле дома.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Йо! Элронд, траблы устранены! (войску) Смирно!
Эльфы и, даже Гимли, выпрямились и замерли.
ЭЛРОНД:
— Лорд Глорфиндель, какие мы понесли потери?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Мы потеряли 20 бутылок вина и 60кг закуси… Ни эльфийских ни гномских потерь мы не понесли.
ЭЛРОНД:
— Отлично. Но позвольте усомниться в ваших словах по поводу вина и еды. Я полагаю, вы просто применили…
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Как Вы можете? Вы во мне сомневаетесь.
ЭЛРОНД:
— Да.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Тю, мог бы и поблагодарить. Мы как не как победили!
ЭЛРОНД:
— Поздравляю Вас с победой!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Кто бы сомневался!?
ЭЛРОНД:
— Глорфиндель, будьте поскромнее!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Тащите еду — жрать хочу! Тащите Эовин, хочу…
ЭЛРОНД:
— Цыц! Глорфиндель, где ты находишься?!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— …забрать свой щит … Элронд, а ты что подумал?
ЭЛРОНД: (смущенно)
— Какая разница…Пойдемте отметим очередную победу над орками!

Все пошли праздновать победу, даже забыв о заключённых в темнице.
Через полтора часа празднований пьяный в стельку Леголас, проходя мимо темницы слышит тихое пение: « Золотые куполааааааа ааааааааааа!» и следующие за этим овации и голос Гэндальфа:
— Ара, повтори на бис «Владимирский централ»!
ГОЛОС АРАГОРНА:
— Владимирский централ…Ветер северный!
Тут то Леголас и вспоминает, о том, что многих не было на банкете из-за того, что их не выпустили из темницы. Он быстро, (для пьяного) бежит к Элронду за ключами.

В темнице.
Арагорн уже в 8 раз поёт про централ и 5 про Мурку. Он стал прям таки народным артистом.
ФАРАМИР:
— Арагорн, а ты не ходил на пробы в «Фабрику звёзд»?
АРАГОРН:
— Прикинь, не взяли! Я пел «Чёрный бумер», а мне сказали, что там чё-то с репом не то…
АРВЕН:
— Милый, тебе сказали, что у тебя не с репом что-то не то, а с репой твоей…
ЭОМЕР:
— Тю, там только попсу и пропускают, типа Леголаса или Глорфинделя…
ЭОВИН:
— Рот закрой! Знаешь, как клёво Глорфи поёт, когда в ванне моется!
ЭОМЕР:
— А может я тоже клёво пою. Только никто не спрашивал.
АРАГОРН:
— Так спой!
ЭОВИН:
— Ой, чё-то долго за нами никто не идёт.
ФРОДО:
— Наверное наших порешили…Орки захватили город…
ПИППИН:
— Тогда отлично, что мы тута сидим! Орки сюда-то не полезут!
МЕРРИ:
— Идиот, нет слова «тута», есть только «тама»! Кстати, Арагорн, а вдруг Фро прав, и тама уже орки лазят? Они ж всё вино выжрут!
ГЭНДАЛЬФ:
— Ничего, я почти допил запасы вина Элронда, а в бочку написал. Пусть враги попьют.
АРВЕН:
— ФУУУУУУУУУу! Гэндальф!
АРАГОРН:
— Что бы там ни было, а мы будем драться до последнего! Правда?!
ВСЕ: (вяленько, без воодушевления)
— ДАааааа!
Тут в темницу зашли Леголас и Гимли.
Леголас:
— Привет, вам, друзья мои! Я припёрся вас спасти!
ГИМЛИ:
— И я за тем же.
ЛЕГОЛАС:
— За чем?
ГИМЛИ:
— А, по фиг, пошли дальше праздновать! – пытается уйти.
ЛЕГОЛАС:
— Нет! Гимлер, стоять. Забыл кого бояться надо?!
ГИМЛИ:
— Нет, бояться надо пьяного Глорфинделя, у которого меняется ориентация…В зависимости от количества употреблённого им спиртного.
ЭОВИН:
— Неправда, он и пьяный меня любит!
АРАГОРН:
— Пьяный, он и меня любит!
АРВЕН:
— ЧТО.
МЕРРИ: (робко)
— Легси, а что наши продули? И в городе полно орков?
ЛЕГОЛАС:
— Нэт! Там токо один орк…
ВСЕ:
— КТО.
ЛЕГОЛАС: (довольно)
— Я!
ФРОДО: (тихо)
— М-да, допился принц…
СЭМ:
— Простите меня, но, Леголас, ты ведь принц…
ЛЕГОЛАС:
— Я орк! Кто хочет поспорить.
ТРАНДУИЛ:
— Сын, ты совсем рехнулся. Чудовище….
ЛЕГОЛАС:
— А ты…ты – отец орка!
ТРАНДУИЛ:
— Всё, Леголас, поплывёшь к мамке в Валинор!
ЛЕГОЛАС:
— Не хочу в Валинор, там много эльфов!
ТРАНДУИЛ:
— А ведь я знал, что надо было тебя матери после развода сплавить!
Гимли, а ты кто?
ГИМЛИ:
— А я – варг орка! Ё!
ГЛОИН:
— Гимли…
ЛЕГОЛАС:
— Так, варг, вези меня подальше oт этих эльфявых! – прыгает на спину Гимли и «уезжает» из темницы.
Дядя Бильбо жалеет Глоина и Трандуила.
ДЯДЯ БИЛЬБО:
— Ой, да не переживайте вы! Вон Фродо с 12 лет считал себя бобром и деревья грыз.
ТРАНДУИЛ:
— И когда это прошло?
ДЯДЯ БИЛЬБО:
— А разве я говорил, что это прошло?
Трандуил вздыхает.
Остальные в это время выходят из темницы подышать свежим воздухом. Все кроме Пиппина.
МЕРРИ:
— Пип, пошли уже, нас выпустили.
ПИППИН:
— Не могу поднять ногУ.
МЕРРИ:
— Не ногУ, а нОгу, ударение на «о».
ПИППИН:
— Всё равно, не мОгу. Я ушибся.
МЕРРИ:
— Бродяжник, помоги Пиппу, у него копыто сломалось.
Арагорн хотел сказать, что-то типа: « я не бродяжник», но передумал и пошёл за Пиппином.

Леголас в это время пугает эльфов, гоняясь за ними на Гимли. Это видит Гэндальф и Трануил.
ГЭНДАЛЬФ: (Трандуилу)
— Вашество, мне кажется принцу пора домой или в вытрезвитель.
ТРАНДУЛ: (со вздохом)
— Знаю… Легси, иди сюда!
ЛЕГОЛАС:
— Нет!
ГЭНДАЛЬФ:
— Принц, вернитесь на родину!
ЛЕГОЛАС:
— Нет, я не вернусь домой к папе и не поплыву в Валинор к маме. Распевает «Can’t Take Me Home».
Тут на улицу выходит Элронд. Он видит Леголаса. Вздыхает.
ЭЛРОНД:
— Трандуил, ну забери этого монстра с раздвоением личности!
ТРАНДУИЛ:
— А что мне за это будет.
ЭЛРОНД:
— Я не прибью твоего сына!
ТРАНДУИЛ:
— Попробуй к нему подойди! Знаешь, как он кусается! (Леголасу) Сынок, иди к папе.
ЛЕГОЛАС:
— Нет!
ТРАНДУИЛ:
— Орчье отродье!
ЭЛРОНД:
— Я дам тебе сундук золота! Трандуил, ну, пожалуйста!
ТРАНДУИЛ:
— Я ничего не слышал!
ЭЛРОНД:
— Два сундука. Это моё последнее слово! – видит, как Леголас вцепившись зубами, висит на ноге Арагорна. – Ладно! Трандуил, 3 сундука! Умоляю тебя.
ТРАНДУИЛ:
— Ладно, уговорил…
Трандуил подходит к Леголасу.
ТРАНДУИЛ:
— Орк, пошли со мной. Я разрешу тебе повыть на луну. Пошли, солнце.
Леголас задумывается, но всё же идёт с отцом. Элронд от радости обнимает Гэндальфа.

Через час Элронд устраивает собрание. На нём присутствуют все гости и Глорфиндель.
ЭЛРОНД:
— Я собрал вас здесь, что бы сообщить о том, что…
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Что вам пора по домам. Всем кроме Эовин.
ЭЛРОНД:
— А ОСОБЕННО Эовин!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Если выгонишь Эовин, выгоняй и меня!
ЭЛРОНД:
— ОК! Глорфиндель, ты свободен!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Отлично, я уезжаю в Лихолесье…
ТРАНДУИЛ:
— НЕТ! Только не делай поспешных выводов, Глорфи! Я уверен Элронд не это имел в виду!
ЭЛРОНД:
— То!
ТРАНДУИЛ:
— Ах так!? Знаешь, Элронд, мой сынок и его друг Гимли очень просились побыть у тебя в гостях подольше. Ты ведь не будешь против?
ЭЛРОНД:
— Буду. Ладно, Глорфи, оставайся.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Не надо мне поблажек.
ЭЛРОНД:
— Ну, пожалуйста, ну, лорд Глорфиндель, (тихо) я так не хочу видеть этих идиотов в Ривенделе.
Тут на совете появляется Галадриэль.
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— Привет всем! Келеборн съел вчера что-то не то и не сможет появиться на совете. Он с унитазом обнимается…
ЭЛРОНД:
— Поблагодарим, друзья мои, владычицу за пикантные подробности личной жизни её супруга.
ГАЛАДРИЭЛЬ: (не заметив иронии)
— Не за что. А знаете, что с ним происходит, когда он поест крабовых палочек? Его раздувает и…
ЭЛРОНД:
— Не знаем, и знать не хотим.
ГИМЛИ:
— А я хочу!
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— …а потом он покрывается зелёными пятнами и…
ЛЕГОЛАС:
— Владычица, я сейчас вырву…
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— Правильно! Потом он рвёт! В прошлый раз испачкал и себя и меня…
ГИМЛИ:
— Негодяй! Как он смел, пачкать Вас!?
ЛЕГОЛАС:
— Ой, хватит!
ГАЛАДРИЭЛЬ: (Леголасу)
— Ребёнок, тобой и так весь Ривендел пугают! Не вздумай рвать прямо на совете.
ЛЕГОЛАС:
— А Вы не говорите больше таких гадостей!
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— Аааа, так это тебе из-за моего рассказа плохо стало. Тебе купили хомячка?
ЛЕГОЛАС:
— НЕТ!
ТРАНДУИЛ:
— Галадриэль, не напоминай ему! А то опять начнёт деньги клянчить!
ЭЛРОНД:
— Весь в папу!
ЛЕГОЛАС: (гордо)
— И горжусь этим!
ЭЛРОНД:
— Я думаю, перед тем, как все разъедутся по домам…(тихо) быстрей бы уже… Так, вот, я думаю, нам стоит поделиться впечатлениями. Фродо, что ты скажешь нам? Тебе понравилось в Ривенделе?
ФРОДО:
— Нет!
ЭЛРОНД: (возмущённо)
— Почему это.
ФРОДО:
— Да, меня Эомер за трусы подвесил! А потом ты меня в темницу посадил. Владыка, знаешь, какие там тараканы. Они меня чуть не съели!
СЭМ:
— ДА! Я их всех поймал! – протягивает Элронду трёхлитровую банку с тараканами.
ЭЛРОНД:
— Так… Арагорн, а тебе-то как?
АРАГОРН:
— О, Элронд, всё было круто!…А можно я буду называть тебя «папа»?
ЭЛРОНД:
— НЕТ!
АРВЕН:
— А я?
ЭЛРОНД:
— А тебе можно. Леголас, а ты как провёл время.
ЛЕГОЛАС:
— Ну, в принципе не плохо. Только где-то потерял телефон одной симпатичной эльфийки с которой мы в библиотеке…
ЭЛРОНД:
— Леголас, нам не интересно, что и с кем у тебя было в библиотеке…
ЛЕГОЛАС:
— И не только в библиотеке.
ЭЛРОНД:
— Гимли?
ГИМЛИ:
— А? Чё? Ничё так я повеселился! Только Леголас всё время где-то со своей девушкой пропадал. Поэтому я был вынужден играть с Гэндальфом на деньги в карты. Кстати, маг, когда ты бабки вернёшь?
ГЭНДПАЛЬФ: (делая вид, что не слышал вопроса Гимли)
— Ну, а я не помню, когда я так в последний раз веселился.
ДЯДЯ БИЛЬБО:
— Зато я помню! Когда мы с тобой ходили в прошлом году в оркский гей-клуб.
Все смеются. Гэндальф замолкает и краснеет.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Слушайте! Я вчера после нашей пьянки просыпаюсь под столом и вижу: ко мне идёт мужик, одетый во всё в белое! Ё моё, думаю, допился! До «белочки», санитары приехали! Присмотрелся, а это Гэндальф!
ЭЛРОНД: (тихо)
— Глорфиндель, заглохни! (вслух) А что скажут наши многоуважаемые лориэнские эльфы.
ГАЛАДРИЭЛЬ:
— О, всё было отлично! Я успокаивала рыдающего Леголаса, носила на руках Глорфинделя, и делала много разных, не менее весёлых вещей!
ЭЛРОНД:
— Я очень рад, что Вы отлично провели время. А, что скажут ваши эльфы?
Эльфы стоят и с опаской смотрят то на Элронда, то на Глорфинделя. Один нерешительно выходит.
— Ну… Мы тоже увидели много интересного…Например живой экспонат, который плюётся – Фродо Бэггинс…А ещё лорд Глорфиндель продал нам …холодильник. А ещё мы видели хоббитов-гермафродитов, в белье леди Арвен… — Арвен начинает душить Пиппина и Мерри, но Арагорн оттаскивает её. – А ещё мы были свидетелями того, как маг Гэндальф за чем-то крал занавески, а леди Арвен и король Элессар ныряли без акваланга в ванне. А ещё, лорд Глорфиндель научил нас словам «даун», «идиот», «дерьмо» и «полный ****». Жаль, владыка Элронд, что у вас ремонт в библиотеке, мы так хотели…
ЭЛРОНД:
— ГЛОРФИНДЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЛЬ.

Глорфиндель тихонько смылся с совета, когда эльф начал рассказывать про экскурсию, но встретил Эовин…
ЭОВИН: (схватила Глорфинделя за грудки)
— Ах, ты гад, какого ты запёр меня в тюрягу?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Я…я…
ЭОВИН: (тряхнула эльфа)
— Не заикайся! Отвечай чётко, как в армии!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Я… для твоей безопасности. А ты не могла бы вернуть мне щит…
Эовин бросает щит на землю, попадает на ногу Глорфинделя.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— ААААЙ!
ЭОВИН:
— На, забирай свой щит! Можешь его поцеловать, он мне не нужен! – разворачивается и собирается уйти.
ФАРАМИР: (сидя в кустах)
— ЕС! Правильно, Эовин! Брось этого урода!
ГЛОРФИНДЕЛЬ: (пинает щит)
— Эовин, зачем мне этот щит, если ты меня бросишь? Ты лучше сотни щитов!
ЭОВИН:
— Ну, я что-то не верю в твои слова…Больше чувства!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Отлично! – хватает Эовин и целует.
ФАРАМИР: (сидящему рядом в кустах Эомеру)
— Всё! Я пошёл! Смотри, этот гад к ней пристаёт!
ЭОМЕР:
— Стой! Нас на этот совет отправят! Сиди тут тихо! – хватает Фарамира за ногу.
ЭОВИН: (которую уже отпустил Глорфиндель)
— Гы-гы! Вау! Ладно, я тебя прощаю!
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Предлагаю уничтожить щит, из-за которого мы поссорились! – кидает щит в кусты и попадает по голове Фарамиру.
Фарамир:
— ААААААААААААААААААААААА! – падает.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Ой, что это?
ЭОМЕР: (из тех же кустов)
— Ква!
ЭОВИН:
— Милый, это какая-то галимая лягушка.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Странно…
ЭОВИН:
— Сейчас я её заткну! Кидает шлем в кусты.
ВОПЛЬ ИЗ КУСТОВ:
— КВА. Ай-ё!
ЭОВИН: (обнимает Глорфинделя)
— Я с ней разобралась. Пошли ко мне.
Тут появляется разъярённый Элронд:
— ААААААААААААА! Глорфиндель, убью.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— МАМА. Спасите! Он не шутит.
За Элрондом показываются Гэндальф и остальная тусовка.
Гэндальф:
— Элронд, стой, досчитай до 10 и тогда говори.
Элронд останавливается и сосредоточенно считает.
ГЭНДАЛЬФ:
— Ну, что посчитал?
ЭЛРОНД:
— Да.
ГЭНДАЛЬФ:
— Что ты теперь хочешь сказать?
ЭЛРОНД:
— Глорфиндель, я убью тебя.
ФРОДО:
— Да, довели владыку то дурочки…
СЭМ:
— И не говорите.
ПИППИН:
— Глорфиндель, побей его первым!
АРАГОРН: (ЭЛРОНДУ)
— Папа, не надо!
ЭЛРОНД:
— Какой я те папа. Бродяжник ты галимый!
АРВЕН:
— ПАПА! Он мой муж!
ЭЛРОНД:
— Глорфиндель, сволочь, я тебе сейчас всё припомню! И ремонт, и «******», и прыжки с парашютом! – трясёт испуганного Глорфинделя, — Жаль тя орки не добили. Ничего, я это исправлю!
ЭОВИН: (прыгает на спину Элронду)
— Оставь его в покое, маразматик старый!
ЭЛРОНД:
— УБЬЮ. – продолжает трясти Глорфинделя.
Тут вмешиваются Арагорн и Леголас. Арагорн снимает со спины владыки воинственную Эовин, Леголас выдирает из рук Элронда Глорфинделя. Наконец у них получается. Гэндальф, дядя Бильбо и Глоин держат Элронда, Эовин и Галадриэль поднимают с земли Глорфинделя, Арвен жалеет оцарапавшегося о Эовин Арагорна. Трандуил ругает Элронда, хвалит Леголаса и сплетничает с Галадриэль.
ЭОВИН: (обнимает Глорфинделя)
— Не подпускайте к моему котику этого психа!
ЭЛРОНД:
— Я- то твоему «котику» хвостик оторву!
АРАГОРН:
— Папа, не нервничайте, это вредно для вашего здоровья.
ЭЛРОНД:
— Я тебе не «папа»!
АРАГОРН:
— Прости, батяня!
ГЛОИН:
— А где Гимли?
Тут Гимли вытаскивает за ноги Фарамира и Эомера. Он заметил их в кустах и решил разобраться, в чём тут дело.
ГИМЛИ:
— Народ и моя многоуважаемая, прекраснейшая…
ЛЕГОЛАС:
— Гимли, перестань, мне не удобно…
ГИМЛИ:
— …Галадриэль. Легси, я и не о тебе. Короче, зырьте, что я надыбал! – толкает Фарамира.
ФАРАМИР:
— А! Эовин, зачем тебе этот …
ЭОМЕР:
— Заткнись, Фарамир, не видишь, мы попали! При чём конкретно.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Опа, да это же наши «лягушки»!
Фарамир стонет и чешет ушибленную голову. Эомер пытается встать.
ТРАНДУИЛ:
— М-да. По-моему пора расходиться по домам.
ЛЕГОЛАС:
— Ты прав папа. У Элронда такие плохие повара! Они нас уже 3 день не кормят!
ЭЛРОНД: (тихо)
— Это, что бы вы быстрее свалили.
ГЛОИН:
— Оххххх. Я думаю, нам стоит отправляться домой. Завтра же. А то боюсь, хозяин нас перебьёт.
Все соглашаются.
ЭЛРОНД:
— О, да! Наконец то! – не смог сдержать своих эмоций.

И вот наступило завтра. Гости собрали чемоданы и готовы были ехать. На крыльцо попрощаться вышел Элронд и даже его сынки-отморозки Элладан и Эрлоир, неизвестно откуда появившиеся. Не было только Глорфинделя и Эовин.
ЭЛРОНД: (Эрлоиру)
— Cгоняй, посмотри, где прохлаждается этот…лорд Глорфиндель.
ЭЛРОИР:
— Сейчас, папа. – Убегает.
Элронд прощается с гостями. Владыка обнимет каждого, говорит, что будет скучать, но упорно не приглашает больше в гости. Леголас рыдает, Трандуил, Гимли и Глоин его успокаивают, Галадриэль потдерживает еле живого Келеборна, который опять съел что-то не то, Фродо, Сэм, Пиппин и Мерри, как всегда, обнимаются, дядя Бильбо и Гэндальф стоят с удочками, они собрались на рыбалку, Арагорн рассказывает анекдот Арвен, Фарамиру и Эомеру.
АРАГОРН: (Элрнонду)
— Папа, не переживайте, мы с Арвен ненадолго уезжаем, только сгоняем в Гондор и назад, к Вам! – обнимает сопротивляющегося владыку.
ЭЛРОНД:
— Нет! Вот вам путёвка в кругосветное путешествие в один конец! Подарок к свадьбе!
АРВЕН:
— О, папа, это так мило!
Успокоившийся было Леголас, опять начинает рыдать.
ЛЕГОЛАС:
— О, Арагорн, это так романтично! Вы с Арвен объедите всё Средиземьё вместе! Я так счастлив за вас!
Арагорн обнимает Леголаса.
АРАГОРН:
— Не плачь, Легси, я вернусь и всё тебе расскажу.
ГИМЛИ:
— Только с подробностями, Ара! – тоже обнимается с Арагорном и они начинают рыдать.

Эрлоир в это время находит Глорфинделя, который выводит из конюшни лучшего коня Элронда.
Эрлоир:
— Так, что это ты, Глорфиндель делаешь?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Эовин нужен конь. Мы едем в Ристанию, моему Асфалоту нужен отдых. Меня-то он повезёт, а вот Эовин не хочет…
ЭРЛОИР:
— Чё-то мне кажется, это папе не понравится.
ЭОВИН:
— Ну и что?!
ЭРЛОИР:
— Так, пошёл я. Расскажу всё папе…
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Ну, что ж, ты не оставляешь мне выбора… Асфалот, фас! – указывает на Эрлоира.
Конь подбегае, хватает сына Элронда за шиворот.
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Асфалот, зарой добычу во дворе. Можешь его немного попинать.
ЭРЛОИР:
— Тебе это так не пройдёт Глорфиндель! ААААААААААА!
Конь выносит Элроира. Эовин садиться на коня.
ЭОВИН:
— Милый, а твоя лошадка не прикончит этого идиота?
ГЛОРФИНДЕЛЬ:
— Нет! Что ты! Всё будет хорошо.
Асфалот возвращается. Глорфиндель гладит его, потом садится, и они с Эовин покидают Ривиндел.

Элронд наконец-то избавился от гостей. Весёлый, он решает совершить конную прогулку по своим владениям. Владыка направляется в конюшню и первое, что видит – зарытого по плечи Эрлоира во дворе. Он пробегает мимо сынка, забегает в конюшню.
На весь Ривендел раздается истерический вопль Элронда:
— ГЛОРФИНДЕЛЬ.

Мастер-класс: История создания медного колье «Eryn Lasgalen» («Лес зеленой листвы»)

Эриадор (на синдарине «одинокие земли») — обширная местность к западу от Мглистых гор. Южной границей Эриадора считается река Гландуин, северной — залив Форохел, западной — Голубые горы и залив Лун, а также берег Моря.

Хоббитания (Хоббитшир, Шир) — страна, населённая хоббитами и расположенная в северо-западной части Средиземья, в Эриадоре. На западе граничит с Линдоном, на севере — с Артедайном и Арнором, на юге — с Минхириатом. Восточная граница не определена чётко; естественным рубежом является река Брендивин, за которой расположен хоббитский эксклав — Бэкланд (в некоторых переводах Заскочье или Забрендия). Максимальные размеры Хоббитании составляют 50 миль от западных взгорий до южных болот.
Хоббитания была основана в 1601 году Третьей эпохи хоббитами под управлением братьев Марчо и Бланко, получивших ленную грамоту от князя Арнора.
Страна состоит из четвертей, или четей: Северной, Западной, Восточной и Южной. Кроме того, в 1462 г. (3062 год Т. Э.) в его состав отдельными частями вошли Бэкланд (местность за рекой Брендивин) и Западный Кром. Главой Шира являлся тан, хотя эта должность была формально выборной, фактически существовала аристократическая республика, так как таном автоматически становились представители наиболее знатных семейств; с 1979 по 2340 гг. Т. Э. танами становились представители рода Староскоков, а затем — Туков. Тан, который первоначально должен был замещать князя во внутренних делах Шира, постепенно стал номинальным главой страны; он созывал сходы, был воеводой дружины и ополчения хоббитов.
К концу Третьей Эпохи должность тана стала формальной. Реальной властью обладал мэр Мичел Делвинга, избиравшийся раз в 7 лет на ярмарке в Белых Увалах. На мэре лежали обязанности почтмейстера, начальника полиции и многочисленные церемониальные функции.
Благоприятный климат и трудолюбие жителей делают Хоббитанию страной с достаточно эффективным хозяйством. Основу экономики составляет сельское хозяйство фермерского типа (земледелие, животноводство), в меньшей степени — охота. Рыболовство развито мало, и им занимались, прежде всего, жители Бэкланда. Ремёсла, хотя и распространены достаточно широко, обслуживают, прежде всего, нужды местного населения.

3. Вековечный Лес

Старый Лес (Вековечный Лес) — небольшой лес, расположенный к востоку от Хоббитании в Бэкланде (Забрендия).
Вековечный Лес — это практически всё, что осталось от первобытных лесов, покрывавших большую часть Эриадора в Первую Эпоху. В то время Старый Лес был всего лишь северной опушкой огромного леса, своими южными границами примыкавшего к Фангорну.
На востоке Старый лес граничит с Могильными холмами (Могильниками), его западной границей выступает большая изгородь, которую установили хоббиты из Бэкланда после того, как вырубили часть леса, расчищая территорию для нового поселения.
Хоббиты считали, что деревья в Старом лесу были в каком-то смысле «разбужены» и вели себя враждебно по отношению к ним. Они качались, когда не было ветра, шептались в ночи и заводили путников в чащу. Когда деревья начинали расти слишком близко к изгороди, хоббиты вырубали их и выжигали.

Поселок в Эриадоре, к северо-востоку от Хоббитании и к югу от Форноста. Пригорье лежит на пересечении двух дорог — Великого Тракта и Зелёного Тракта (Неторного Пути). Здесь находится трактир «Гарцующий Пони». К Западу от Пригорья находятся Могильники и Вековечный Лес. После падения Арнора в Третью Эпоху Пригорье являлось фактическим торгово-административным центром на территории от Хоббитании до Раздола и крупнейшим поселением людей в Эриадоре.

5. Река Барандуин
Река Барандуин (Брендидуим) — река, протекающая на территории Эриодора. Длина реки — 550 миль, это самая длинная река Средиземья после Андуина, Силдуина и Грейфлуда. Название Барандуин на синдарине означает «золотисто-коричневая река».

6. Митлонд (Серебристые Гавани)

Порт на западном побережье Средиземья, населенный эльфами. Находится под владычеством Кирдана Корабела. Из Серебристой Гавани отплывают в на Заокраиный Запад корабли эльфов, пожелавших расстаться со Средиземьем.

Королевство в Средиземье, располагавшееся на северных отрогах Мглистых гор к северу от так называемых Сирых равнин. Название «Ангмар» содержит корни эльфийских слов «железный» и «жилище». Столицей Ангмара являлась крепость Карн Дум. Основное население составляли орки. С момента своего возникновения (около 1300 года Третьей эпохи) в течение почти 700 лет Ангмар вёл беспрерывные войны с северными дунаданами.

Арнор (Королевские Земли) — северное королевство дунаданов в Средиземье, основанное Элендилом в 3320 г. В. Э. Фактически просуществовало до 862 г. Т. Э.
Королевство находилось между Мглистыми Горами на востоке и Синими Горами — на западе. На юге граница проходила по рекам Седонне и Гландуину, сливавшимся возле Тарбада. Столица королей располагалась в Аннуминасе на озере Ненуиал.
В дни расцвета Арнор включал в себя весь Эриадор, кроме Линдона и земель восточнее Седонны и Гремячей, где лежали Имладрис и Эрегион. Впоследствии на территории Арнора образовался Шир.

Ривенделл (Раздол, Имладрис (Имлад — «долина» или «лог», а рис —«ущелье, лощина») — скрытое убежище Элронда, созданное им в Эриадоре в 1697 г. В. Э. для защиты от Саурона. Это место находилось в глубокой долине у западного подножия Мглистых Гор и оставалось скрытым благодаря кольцу Элронда — Вилье— вплоть до окончания Войны Кольца. Тот, кто туда попадал, мигом вылечивался от усталости и тоски, от забот, страхов и всех болезней. После уничтожения Кольца Всевластья сила Кольца Элронда иссякла, и тот уплыл за Море, однако Ривенделл какое-то время остался под властью его сыновей — Элладана и Элрохира.

10. Мглистые горы

Самый большой горный хребет в Средиземье. Представляют собой пристанище орков, гоблинов и троллей, а также слуг Манвэ — орлов, которые поселились на вершинах гор. В Мглистых горах берут начало многие реки Средиземья, в частности Великий Андуин.

Мория (Казад-дум, Чёрная Пропасть) — огромный подземный город, раскинувшийся под тремя пиками Мглистых гор — Карадрасом, Келебдилом и Фануидолом. Западные врата Мории выходят на Эрегион, восточные — к Зеркальному озеру и далее к Лориэну. Этот дворец представляет собой вереницу палат и зал, расположенных на нескольких уровнях. Ниже всего находятся легендарные копи, в которых гномы добывали мифрил (по некоторым сведениям, глубина копей — 12,500 футов, то есть 3810 метров). Протяженность главного коридора, от западных ворот к восточным, составляет не менее сорока миль (шестидесяти четырех километров) по прямой. В течение многих тысяч лет обитателями Мории являлись гномы династии Дьюрина. Богатство Казад-Дума было не в железе, серебре или золоте, а в драгоценном металле, мифриле, который был найден только здесь. Но гномы, исчерпав более доступные мифриловые жилы, стали копать слишком глубоко и пробудили очень мощное и таинственное зло, которое они назвали Великое Лихо Дарина. Гномы были вынуждены бежать из Казад-Дума. После этого Казад-Дум стал местом страха и зла, и эльфы назвали его Мория (Чёрная Бездна).

Андуин, или Великая Река — самая длинная река в Среднеземелье. Протекает к востоку от Эриадора. Андуин переводится как » Длинная Река «. Приблизительная длина реки составляет 1 388 миль (2 233 км). Можно сказать, что Андуин служил как бы границей между тьмой и светом до падения Саурона.

Фангорн (на синдарине — «бородатое дерево») — древний лес на южных отрогах Мглистых гор. Его границы проходят по рекам Энтава и Кристалимка. Фангорн представляет собой остаток первобытного леса, некогда покрывавшего весь Эриадор. В Третью эпоху только в Фангорне сохранились энты. В годы Войны Кольца изенгардские орки нанесли лесу немалый ущерб, но после поражения Саурона Фангорн разросся ещё больше. Своё название Фангорн получил по имени старейшего из энтов, хранителя леса.

Лориэн (в переводе с квенья — «край сновидений») — лес в междуречье Андуина и Келебранта, к востоку от Мглистых гор. Жителями Лориэна были лесные эльфы — галадрим, ведущие свой род от авари.
В конце первой эпохи эльфы переселились на восточный берег Андуина, чтобы избежать соседства с гномами. В то время лес назывался Лоридан. Среди вновь прибывших эльфов был Амдир, который стал первым владыкой эльфов. Вместе с ним пришли Галадриэль и Келеборн, которых эльфы впоследствии выбрали своими владыками. После этого леса на западном берегу Андуина получили имя Лаурелиндоринан (Долина Золотого Пения). Позже Лаурелиндоринан стал именоваться Лотлориэн (Кветлориэн) — цветущий Лориэн. Леса на восточном берегу Андуина именовались Лоринанд (Золотая долина), а позднее — Лориэн. Густая серебряная листва деревьев Лотлориэна осенью становится ярко-золотой и держится на ветвях до прихода весны. Весной прошлогодняя листва опадает, устилая лесные поляны золотом, а на ветвях, одновременно с новыми листьями, распускаются золотисто-жёлтые цветы, наполняющие воздух медовым благоуханием.
Жилища обитателей Лориэна размещены на деревянных помостах в ветвях мэллорнов. На высочайшем из мэллорнов находились палаты Келеборна и Галадриэль.
Посреди Лориэна расположен Керин-Амрот — Курган Горестной Скорби, на котором похоронен первый властитель Лориэна. Как гласит Алая Книга, там «даже в самые суровые зимы не увядают всегда живые цветы и шелестит о прошлом вечнозеленая трава».
Лориэн долгое время оставался в стороне от войны против Саурона. Подобно Дориату, Лориэн до поры не участвовал в сражениях против Саурона и оставался загадкой для жителей окрестных земель. В годы Войны Кольца на него трижды нападали орки из Дол-Гулдура, однако Лориэн устоял. С падением Саурона лориэнское войско захватило Дол-Гулдур. Вскоре после этого в начале четвёртой эпохи Галадриэль покинула Средиземье, а Келеборн увёл своих подданных в Лихолесье, и с их уходом история Лориэна завершилась.

Изенгард («Железная крепость») — крепость в долине Нан-Курунир на южной оконечности Мглистых гор, одна из главных в Средиземье. Изенгард был частично естественным горным образованием, а частично творением рук нуменорцев. Кольцом его опоясывали каменные стены высотой не более 100 футов (около 30 метров) с единственными воротами, расположенными на юге. От ворот дорога вела к бродам на реке Изен. Внутреннее пространство представляло собой окружность диаметром в милю, изначально наполненным зеленью, фруктовыми деревьями, которые питались от потоков сбегавших с гор к озеру, но во времена владычества Сарумана зелени уже не было. В центре кольца стояла башня Ортханк высотой более 500 футов (около 150 метров), одна из трех важнейших башен Гондора.

Видео мастер-класс | Как сделать искусственное дерево. Бонсай своими руками.

Рохан (Ристания, Мустангрим) — государство Средиземья, расположенное севернее Белых гор, отделяющих Рохан от Гондора – союзного государства. На западе Рохан граничит с Изенгардом и Дунландом. Земли часто описываются как «море травы», и представляют собой обширные равнины. Жители этого степного зовутся рохирримами.
Столицей Рохана является горный форт Эдорас, лежащий практически на склонах Белых Гор. Другой крупный город — Альдбург, столица Истфолда и город Эорла Юного. Дунхарроу — убежище в Белых Горах. Хельмова Падь — долина в Белых Горах, в которой расположен Хорнбург, главная крепость Рохана.
Люди Рохана высокие, красивые, светлокожие, и в большинстве своём — зеленоглазые и с волосами пшеничного цвета. Практически все мужчины носят бороды. Рохирримы были известны как талантливые и непревзойдённые наездники. Армии Рохана почти полностью состояли из конных воинов, которых разделяли на нерегулярные единицы — э́ореды — до 2000 всадников. Описывают их вооружёнными длинными копьями, длинными мечами и круглыми щитами, одетыми в лёгкие шлемы и плетёные кольчуги.
В Войне Кольца Рохан принял деятельное участие. Первоначально государство старалось сохранять нейтралитет в столкновениях Гондора и Мордора, однако реальность оказалась таковой, что Мордор развязал войну с Роханом руками Сарумана.

Лихолесье (Mirkwood, Чернолесье, Сумрачный лес)— обширный лес к востоку от Мглистых Гор, за рекой Андуин. Остаток первобытного леса, покрывавшего в древнейшие времена значительную часть территории Средиземья. На севере Лихолесье подходит к самым Серым горам, на востоке граничит с Эребором, а от его южной оконечности начинаются Бурые Равнины.
Изначально этот лес населяли лесные эльфы, которыми правил король Орофер, а впоследствии — его сын Трандуил. Лес называли «Великим Зеленолесьем», «Великой Пущей» («Eryn Galen») примерно до 1100 года Третьей эпохи, когда на лес пала тень тёмного властелина Саурона, и люди начали называть его «Taur-e-Ndaedelos» («Лес Великого Страха») — по-английски, Mirkwood («Лихолесье»). Саурон утвердился в крепости на холме Дол Гулдур (Дул-Гулдур), вынудив Трандуила и его народ уйти на северо-восток.
Примерно в 2941 году Белый Совет напал на Дол Гулдур, и Саурон бежал в Мордор, после чего его влияние в Лихолесье на некоторое время уменьшилось.
5 апреля 3019 года Трандуил, Галадриэль и Келеборн встречаются возле Дол Гулдура, и объединённые силы лесных эльфов Лихолесья и Лориэна уничтожают остатки орков, Тёмную башню разрушают, а «Лихолесье» с тех пор носило название «Eryn Lasgalen» («Лес Зеленой Листвы»).

18. Одинокая гора

Одинокая гора (на синдарине — Эребор) расположена в северо-восточной части Средиземья, к югу от восточной оконечности Серых Гор (Эред Митрин) и к западу от горной системы Железных Холмов; таким образом, со всех сторон света Эребор окружён безлесными степями (что и повлияло на образование топонима — Одинокая Гора).
Под одинокой горой расположено королевство гномов, которое заложил в 1999 году Третьей Эпохи Траин I, сын Наина, после исхода гномов из Мории. В Эреборе был найден драгоценный Камень Камней Аркенстон — Сердце Горы. Королевство Эребор стали называть Подгорным королевством, а его правителя — Подгорным королём или Королём-под-Горой.

Го́ндор (синд. Земля камня) — южное государство Нуменорцев в Средиземье. Основано Элендилом после гибели Нуменора в 3320 году Второй Эпохи. Гондор располагался в землях, прилегающих к устью Андуина. В разные времена его границы были разными, но в период своего расцвета (1050-1366 Т.Э.) он доходил: на севере — до Келебранта и южной опушки Мирквуда, на западе — до Гватло, на востоке — до моря Рун, а на юге — до реки Харнен (кроме того, в Гондор входили Умбар и прибрежная полоса от устья Харнен до Умбара). В землях к западу от реки Левнуи (мыс Андраст и Друвайт Йаур) нуменорцы никогда не пытались создавать постоянных поселений, но держали там береговые военные силы и поддерживали маяки на оконечности мыса, поэтому река Левнуи также считалась границей Гондора.
Хотя первоначально столицей Гондора был Осгилиат, в 1640 году Т.Э. столица была перенесена в Минас-Анор — «Башня Заходящего Солнца»(изначально опорную крепость на правом берегу Андуина). Из крепостей и городов Гондора известны Осгилиат, Минас Анор (позднее Минас-Тирит — «Башня Стражи») Минас-Итиль — «Крепость Луны»(позже захвачен назгулами и переименован в Минас-Моргул –»Крепость Темных Сил») , Дол Амрот, Пеларгир-на-Андуине. В состав Гондора также входили Ламедон, Бельфалас, Дор-эн-Эрниль, Лебеннин, Лоссарнах (или просто Арнах), Анориэн, Итилиэн (северный и южный), долина Рингло, долина Мортонд, Анфалас, Этир Андуин (устье Андуина), Пиннат Гэлин.
Сначала Гондором управляли двое сыновей Элендила — Исильдур и Анарион. Элендил и Анарион погибли во время осады Барад-Дура, а Исильдур был убит в Ирисной Низине в пойме Андуина. Правление перешло к сыну Анариона — князю Менелдилу. Таким образом, потомки Анариона были князьями Гондора долгое время — вплоть до последнего князя Эарнура.
Из Нуменора Элендиль и его сыновья привезли с собой семь палантиров (Зрячих Камней, позволявших обмениваться сведениями и наблюдать за дальними землями), подаренных когда-то эльфами. В Гондор попало четыре из семи и они были установлены в башнях (в крепостях): в Ангреносте, в Минас-Анор, в Осгилиате и в Минас-Итиль. Другим привезенным сокровищем был росток Белого Древа (происходившее от дерева, саженец которого был привезен когда-то с Тол Эрессэа).
В тот период, когда в Гондоре не было королей (с 2050 Т.Э. до конца Третьей эпохи), им правили Наместники. Они обладали всеми правами и обязанностями королей, но не сидели на королевском троне, не носили корону и скипетр, не поднимали королевского знамени. Они принимали правление, давая клятву «править именем короля до его возвращения», но вскоре эти слова стали всего лишь ритуалом, хотя многие верили в будущее возвращение короля.
Возвращение князя произошло спустя почти тысячу лет. В 3019 г. король Элессар, он же Арагорн, как наследник Элендиля и Исильдура, стал королём Воссоединённого Королевства, и вернул Гондору все утраченные владения (кроме Рохана). Был найден и высажен саженец Белого Древа.

Мастер-класс: История создания медного колье «Eryn Lasgalen» («Лес зеленой листвы»)

Старый Лес — это практически всё, что осталось от первобытных лесов, покрывавших большую часть Эриадора в Первую Эпоху. В то время Старый Лес был всего лишь северной опушкой огромного леса, своими южными границами примыкавшего к Фангорну.

На востоке Старый Лес граничит с Могильниками (англ. Barrow-downs), его западной границей выступает большая изгородь, которую установили хоббиты из Бэкланда после того, как вырубили часть леса, расчищая территорию для нового поселения.

Хоббиты считали, что деревья в Старом Лесу были в каком-то смысле «разбужены» и вели себя враждебно по отношению к ним. Они качались, когда не было ветра, шептались в ночи и заводили путников в чащу. Когда деревья начинали расти слишком близко к изгороди, хоббиты вырубали их и выжигали. Это делало деревья ещё более враждебными к ним.

Средоточием Старого Леса являлся Старый Вяз (англ. Old Man Willow, варианты перевода — Старый Лох, Дядька-Ива), по-видимому, — один из хуорнов либо одеревеневших энтов.
Также на восточной окраине Леса, неподалёку от Могильников Тирн Гортада, находится обиталище Тома Бомбадила.

Лихолесье (англ. Mirkwood, в других переводах «Сумеречье»,«Чернолесье», «Чёрный или Сумрачный лес») — в легендариуме Дж. Р. Р. Толкина огромный лесной массив, расположенный в Рованионе (Средиземье), к востоку от Мглистых Гор, за рекой Андуин. Остаток первобытного леса, покрывавшего в древнейшие времена значительную часть территории Средиземья. На севере Лихолесье подходит к Серым горам, на востоке граничит с Эребором, а от его южной оконечности начинаются Бурые Равнины. К северо-востоку от Лихолесья (примерно в 40 милях) находится Одинокая гора.

Изначально этот лес населяли лесные эльфы, которыми правил король Орофер, а впоследствии — его сын Трандуил. Лес называли «Великим Зеленолесьем», «Великой Пущей» (синд. Eryn Galen) примерно до 1100 года Третьей эпохи, когда на лес пала тень Тёмного Властелина Саурона, и люди начали называть его «Taur-e-Ndaedelos» («Лес Великого Страха») — по-английски Mirkwood («Лихолесье»). Саурон утвердился в крепости на холме Дол Гулдур, вынудив Трандуила и его народ уйти на северо-восток. Со временем в Лихолесье появлялось всё больше злобных тварей — орков, троллей, гигантских пауков. Лес с востока на запад пересекала старая Гномья Дорога — Мен-и-Наугрим, но из-за её относительной близости к Дол Гулдуру дорога была заброшена. Эльфы использовали тропу севернее — она заканчивалась где-то в болотах к югу от Эсгарота, что на Долгом Озере.

В 2941 году Третьей эпохи (эти события описаны в повести Хоббит, или Туда и обратно) Бильбо Бэггинс вместе с Торином Дубощитом и двенадцатью другими гномами прошёл через Лихолесье. Там они наткнулись на гигантских пауков. Бильбо спас гномов, но вскоре после этого они были схвачены лесными эльфами, бежали из плена и освободили Эребор от дракона Смога. Примерно в это же время Белый Совет напал на Дол Гулдур, и Саурон бежал в Мордор, после чего его влияние в Лихолесье на некоторое время уменьшилось.

Многие годы спустя Голлум, после того как его выпустили из Мордора, был схвачен Арагорном и приведён к Трандуилу, но бежал, воспользовавшись набегом орков.

Весной 3019 года Третьей эпохи орки напали на эльфов Трандуила, но эльфы выдержали натиск и погнали орков на юг, в Дол Гулдур. В то же время орки напали на Лориэн, однако эльфы Келеборна одержали победу и перешли на восточный берег Андуина в погоне за орками. 5 апреля 3019 года Трандуил, Галадриэль и Келеборн встречаются возле Дол Гулдура, и объединённые силы лесных эльфов Лихолесья и Лориэна уничтожают остатки орков, тёмную крепость разрушают, а «Лихолесье» с тех пор носило название «Eryn Lasgalen» («Лес Зеленой Листвы»).

На юге леса с тех пор правил Келеборн, на севере — Трандуил; центральную же часть леса заселили люди, потомки Беорна. Поскольку точных сведений не имеется, можно предположить, что у Трандуила, кроме сына Леголаса, могло быть несколько дочерей. Эльфийское население Лихолесья составили Синдар, Авари и лориэнские галадримы в южной части леса.

Фангорн (англ. Fangorn, на синдарине — «бородатое дерево») — в легендариуме Дж. Р. Р. Толкина — древний лес на южных отрогах Мглистых гор в Средиземье. Его границы проходят по рекам Энтава и Кристалимка.

Фангорн представляет собой остаток первобытного леса, некогда покрывавшего весь Эриадор. В Третью Эпоху только в Фангорне сохранились энты. В годы Войны Кольца изенгардские орки нанесли лесу немалый ущерб, но после поражения Саурона Фангорн разросся ещё больше.

Своё название Фангорн получил по имени старейшего из энтов, хранителя леса (см. Древень).
Во «Властелине Колец» на опушке Фангорна хоббитам из Братства Кольца Мерри и Пиппину удалось спастись от орков благодаря внезапной атаке рохиррим. Последовавшая за тем их случайная встреча с Древнем оказала влияние на решение энтов напасть на Изенгард. Кроме того, в Фангорне Арагорн, Гимли и Леголас впервые встретились с возродившимся Гэндальфом Белым.

Оцените статью
Скрапбукинг, вышивка, вязание и другие виды рукоделия